Глава 45

Башка трещала немилосердно, и глаза разлепить стало настоящим подвигом, но Воронов собрал всю свою волю в кулак и выполз из постели.

Нечего был вчера устраивать посиделки с мини-баром. У него, конечно, проблемы, но кому какая разница? Проблемы нужно уметь преодолевать, а не заливать алкоголем.

К сожалению, он до мелочей помнил вчерашний разговор с женой и выражение едва ли не брезгливости на её красивом лице.

Михаил втолкнул себя в душевую и привалился голым плечом к холодной стене. Это слегка привело его в чувство.

Паршиво. Паршиво вчера всё закончилось. И главное, он не собирался с ней препираться. Но весь её вид… он буквально кричал о том, что Светлана успешно оставляла прошлое позади.

А он вдруг осознал, что не готов так быстро становиться этим прошлым.

Откуда эта хрень вообще вылезла? Откуда все эти мысли?

На вопрос пришёл удивительно чёткий ответ — перед ним встало бледное и расстроенное лицо Алины. Её путанные объяснения, её тоскливый взгляд…

Ну… он ведь не разочаровывался? Ведь всё же было нормально, всё было в порядке. Что это за отношения, которым угрозой может стать любая ссора?

— Хороший вопрос, — пробормотал он и решительно дёрнул пробковый кран.

Ледяная вода обрушилась на него безжалостным водопадом и на время отключила всякие мысли.

Ледяной душ помог ненадолго — вернувшаяся было бодрость тут же его покинула, стоило только спуститься на первый этаж и наткнуться на Светлану и Катаева.

Слиплись, твою-то мать, как сиамские близнецы!

Стоило ли удивляться, что и утренний разговор ни черта не сложился?

И после этого разговора ему ещё пришлось провести две важные встречи, на одной из который у него интересовались его нынешней вовлечённостью в дела фонда жены.

Михаил с мрачным удовлетворением заверил, что его вовлечённость сильна как никогда и в будущем лишь взрастёт. Пусть делают выводы.

Завершившиеся переговоры были негласным сигналом решать — оставаться или съезжать.

Он собрался было позвонить Алине, чтобы узнать, стоит ли, ну или в лучшем случае сообщить, что приедет сегодня и им вообще-то придётся завершить их разговор. Прошло достаточно времени, чтобы она определилась со своими мыслями и эмоциями в отношении того, что произошло. И он хотел бы их услышать.

Но в итоге он передумал. Болезненное любопытство и в целом хреновое настроение подстрекали его снова провернуть трюк с внезапным, необъявленным появлением. Стоило признать, он почти ожидал застать ту же картину — Алину в объятиях своего сына.

Ошибся. На его требовательный звонок дверь отворилась почти мгновенно.

Алина стояла на пороге в пижамных штанах и потёртой футболке. Хлопала глазами и ждала объяснений.

— Не хотел тревожить звонком, — буркнул Михаил, отметив её неряшливый вид.

Да, в таком виде вряд ли она будет прятать кого-нибудь в шкафу или у себя под кроватью. Правда, пришлось отметить тот факт, что его это умозаключение не то чтобы порадовало. Скорее оставило безразличным.

— С чего ты решил, что потревожишь? — она нахмурилась, но всё-таки посторонилась, позволяя ему войти.

— Ну, наш последний с тобой разговор закончился не особенно позитивно.

Он вошёл, стряхнул с себя пальто и повесил его на крючок в её скромной прихожей.

— Алина, нам всё-таки придётся завершить наш разговор и заодно решить, что мы будем делать с новогодними праздниками. Ты же, надеюсь, не против?

— Чаю? — вместо ответа предложила она.

— Обойдусь, — отказался он почти рефлекторно, но направление взял на кухню.

Присев на край углового диванчика, подождал, пока она устроится у окна. Её тонкий силуэт сейчас резко контрастировал с занесённым снегом пейзажами за окном. Прежде он обязательно бы на какое-то время залюбовался. Сейчас в голове клубилось столько всего, что он её едва замечал.

Надо же, как его тревожность повысилась.

Хреново, Воронов, очень хреново.

— Всё завершилось… удачно?

Она, конечно, имела в виду его деловые вопросы.

И он решил не давить, а подыграть. Зачем нос воротить, когда твоими делами интересуются.

— Да. Даже лучше, чем можно было бы ожидать. У нас в кармане несколько очень перспективных сделок. И ещё пара предложений по развитию фонда, но это скорее по линии Светланы. Я ей пока не успел передать.

Имя жены слетело с его уст как-то само собой, слишком естественно.

Алина кивнула.

— Вы продолжите сотрудничество.

— Не вижу смысла отказываться. Это очень важный для нас плюс к репутации.

— Всё меряется с точки зрения выгоды, — бледно улыбнулась она.

Он не услышал в её голосе осуждения, но всё равно замечание слегка его покоробило.

— Это бизнес, Алин, — решил он напомнить. — В бизнесе всё меряется именно этими категориями. Не думаю, что для тебя это открытие.

Алина кивнула, но словно лишь для того, чтобы дать понять, что не собирается спорить. Хотя, возможно, осталась при каком-то своём, ему неведомом мнении.

Она вообще выглядела какой-то… закрытой. Задумчивой, тихой, безрадостной.

Впрочем, чему радоваться?

— Верно, — она опустила взгляд. — Я как-то до сих пор не привыкла к этой… деловой стороне твоей жизни. Там многое по-другому. Там нет места сантиментам, так ведь?

— На сантиментах я бы далеко не уехал, — подтвердил Михаил, гадая, куда она клонит. — Но это не значит, что я бессердечный делец, у которого вместо сердца бумажник. Ты вроде бы знаешь об этом.

И снова кивок.

— И надеюсь, ты не примешь за бессердечие моё желание всё-таки разобраться, что произошло. Вряд ли мы сможем настроиться на праздничное настроение, если между нами останется эта недоговорённость. Согласна?