Глава 27.

Глава 27.

*Руслан*

Я стою в аэропорту, спокойно ожидая прибытия рейса из Твери. Рядом со мной находится мой водитель, Александр, опытный и надёжный сотрудник, который уже много лет работает со мной, и несколько сотрудников охраны, незаметно, но внимательно контролирующих ситуацию вокруг. Они ненавязчиво следят за окружающими, обеспечивая необходимый уровень безопасности и комфорта. На информационном табло появляется долгожданное объявление о прибытии самолёта, и я, слегка повернув голову, коротко киваю водителю, давая ему понять, что бы он приготовил машину.

Первыми из зала прилёта выходят туристы, следом появляются мои родители. Мать сразу улыбается, заметив меня издалека, и ускоряет шаг навстречу. Я уверенно и спокойно подхожу ей навстречу, тепло обнимаю и мягко целую в щёку.

— Здравствуй, сынок. Я так соскучилась, — нежно и искренне произносит она, с теплом в голосе и во взгляде.

— Рад тебя видеть, мама, — отвечаю я ровно, но доброжелательно улыбаясь.

Отец стоит немного в стороне, сохраняя дистанцию и невозмутимость. Я подхожу к нему, уверенно протягиваю руку для рукопожатия и спокойно приветствую:

— Здравствуй, отец.

Он крепко пожимает мою руку и едва заметно кивает в ответ, произнося коротко:

— Руслан.

Его взгляд остаётся строгим и оценивающим, в глубине глаз отчётливо читается сдерживаемый гнев. Он явно ещё не отошёл от новости, что у него давно появился внук, о существовании которого он узнал только недавно. Наш последний телефонный разговор закончился резкими словами с его стороны, и я понимаю, что он до сих пор зол на меня за то, что я упустил столь важный момент в жизни нашей семьи. Я спокойно отступаю в сторону, позволяя сотрудникам охраны взять на себя багаж родителей. Александр уже предусмотрительно открыл дверь автомобиля и почтительно ожидает, пока мои родители займут свои места в салоне.

По дороге в новую квартиру, которую я специально арендовал в непосредственной близости от Веры, чтобы быть ближе к своему сыну, в салоне машины устанавливается сдержанная тишина. Мать изредка задаёт поверхностные вопросы о погоде, городе и моих делах, но не углубляется в подробности. Отец же молча смотрит на мелькающие за окном пейзажи, явно сосредоточенный на своих мыслях.

Новая квартира, в которую мы приезжаем, расположена в одном из самых престижных и роскошных домов Санкт-Петербурга. Интерьер поражает своей роскошью и безупречностью: высокие потолки с элегантными люстрами, просторные комнаты с дизайнерской мебелью, панорамные окна, открывающие захватывающий вид на исторический центр города. Каждая деталь интерьера подчёркивает высокий статус и безукоризненный вкус. Если всё будет хорошо, то очень скоро я перевезу сюда свою семью. Думаю Вере понравится здесь.

Родители спокойно осматриваются, и я помогаю матери расположиться, указывая на всё необходимое для комфортного проживания. Отец, игнорируя бытовые моменты, проходит прямо в гостиную и замирает возле огромного окна, внимательно рассматривая городские улицы и достопримечательности.

Я подхожу к нему и спокойно предлагаю:

— Может, выпьем?

Он, не поворачиваясь, соглашается одним кивком головы.

Я делаю едва заметный жест в сторону домработницы — она приходит сюда каждый день на несколько часов, чтобы привести квартиру в порядок. Сейчас она как раз заканчивает уборку. Через минуту она возвращается из кухни с бутылкой дорогого коньяка и двумя низкими широкими бокалами на подносе. Я забираю всё с лёгким кивком, и она сразу же уходит, не мешая нам. Наливаю крепкий, тягучий напиток и передаю один из бокалов отцу.

— За встречу.

Отец кивает и медленно отпивает из бокала, внимательно смотря на меня и затем спокойно задаёт вопрос:

— Какие у тебя планы?

— Я намерен вернуть свою семью.

Отец пристально смотрит на меня, не отводя глаз:

— Как ты мог вообще допустить, чтобы твоя жена скрыла от тебя беременность и рождение ребёнка?! — голос отца звучит жёстко, почти срываясь. — Куда ты смотрел, сын?!

Я стискиваю челюсть, взгляд замирает на одном из бликов на стекле. Несколько секунд молчу, сдерживая бурю внутри. Словно кто-то снова срывает пластырь с незажившей раны. Мне самому тошно от того, что произошло. Я не сплю ночами, прокручивая всё до мелочей, выискивая, где именно я потерял контроль над своей жизнью и сошёл с правильного пути. Ненавижу себя за это. Но больше всего не могу простить себе то, что дал Вере уйти. Надо было любой ценой удержать её...

— Я допустил серьезную ошибку, которую намерен исправить в ближайшее время. — Давлю голосом и тем самым даю понять, чтобы он не ковырял мои раны. На некоторое время это срабатывает. Отец замолкает и успокаивается, как и я.

— Что насчёт Веры? — уточняет отец, — Как она реагирует на твои попытки вернуть отношения?

— Пока держится на дистанции, — спокойно поясняю я. Но как я уже говорил, я их верну обратно!

Отец внимательно слушает и после короткой паузы добавляет:

— Насколько я понимаю, она явно не собирается снова становиться твоей женой?

Сжимаю до скрежета зубы, удерживая бурю внутри. Он снова и снова ковыряет мои раны своими острыми замечаниями и вопросами. Но я достойно выдерживаю очередной удар и довольно терпеливо отвечаю на очередной вопрос:

— Она гордая и упрямая, но я добьюсь её прощения. Рано или поздно, она снова станет моей женой!

Отец внимательно вслушивается в мои слова и после короткой паузы продолжает:

— Каким образом ты собираешься реализовать свои планы? Надеюсь, ты понимаешь, что я не потерплю ни давления на неё, ни тем более какого-либо принуждения.

— Я не монстр, отец. Перестань навешивать на меня этот ярлык. Да, я оступился — запер её дома, когда она заговорила о разводе. Но это был единственный раз, и только потому, что мной тогда управляло отчаяние. Я боялся её потерять. Позже не раз пожалел о том, что позволил себе такую грубость. Вера вернётся ко мне по собственной воле, осознанно. И это всё, что тебе нужно знать. Просто не мешай.

Я выдыхаю, стараясь сбросить напряжение. Затем делаю глубокий вдох и решаюсь сообщить ему вторую новость.

— Мне поступило предложение занять должность губернатора Санкт-Петербурга, — говорю я без тени сомнения. — Влиятельные и авторитетные люди предложили мне свою поддержку, и я намерен воспользоваться этим шансом. Для меня это не только статус, но и гарантия того, что моя семья получит безопасность и достойное будущее. Я верну всё, что по праву принадлежит мне.

Отец смотрит на меня пристально и серьезно. В его взгляде мелькает лёгкая тень удивления от услышанного, однако он быстро берёт себя в руки, возвращая своему лицу привычную непроницаемость.

— Политика — грязное и опасное дело, Руслан. Я всю жизнь работал в правоохранительных органах и слишком хорошо знаю, какие последствия могут быть у политических игр. Теперь и ты это понимаешь не хуже меня. Ты уверен, что действительно готов снова в это ввязаться?

— Я уже всё решил и осознаю все риски, отец, — отвечаю я твёрдо.

Отец делает ещё один глоток, затем после короткого молчания говорит с лёгким оттенком ультиматума в голосе:

— Ты взрослый человек, Руслан, и сам принимаешь решения. Но помни: для меня на первом месте всегда была и остаётся семья. И для тебя это должно быть так же. Делай то, что считаешь нужным, но семью верни. Я не позволю, чтобы моя невестка и внук страдали из-за твоих амбиций.

— Верну! Можешь не сомневаться, отец! И… У нас всё будет хорошо!

Он молча кивает, соглашаясь со мной, и мы заканчиваем разговор, глядя на огни города за окном.