Глава 36

Очередное заседание, которое, как я надеялась, продвинет нас с Калугиным в нашем разводе, замаячило на горизонте. Я порядком успокоилась по поводу того, что что-то пойдёт не так. Алёна заверила меня, что никакие мошеннические махинации Ильи его семьи коснуться не должны. Я верила сестре, она, как никто была заинтересована в том, чтобы я не пострадала.

Наша поездка с Костей завершилась весьма удачно. По дороге я только и делала, что представляла себе, как меня арестовывают, ну или везут в отделение полиции, чтобы допросить, но на деле всё закончилось быстро и без особых нервов.

Сообщив органам правопорядка, что с Ильёй мы не встречаемся нигде, кроме как в суде по поводу развода и раздела имущества, среди которого не числится никаких криминальных фирм, я объяснила, что у меня даже нет ключей от квартиры, к которой они прибыли. И ни капли не соврала – Калугин поменял замок, так что доступа к некогда совместному жилью у меня больше не имелось. В остально майора полностью удовлетворило всё то, что я рассказывала. А сам факт, что я не стала бегать от встречи с полицией, разумеется, сыграл на моей стороне.

– Мам, а пельменей нам не хватит разве? – задумчиво спросил Иван, когда мы с сыном раздухарились и приступили к лепке второй сотни.

– Хватит, – вздохнула я, отряхивая руки. – Что-то я переборщила, – улыбнулась сыну.

В последнее время я старалась проводить с Ваней хоть немного времени. Увлечённая миллиардом забот, я всё же не хотела, чтобы сын чувствовал себя брошенным. Темы Калугина и его ухода мы не касались. Илья словно бы забыл об Иване, а сын на это реагировал весьма спокойно. Ну, или делал вид, что это так. Один раз я попыталась завести разговор, но по реакции Вани поняла, что лучше этого не делать. На том пока всё так и оставили.

– Всё же давай долепим, – решительно сказал сын. – Еду выбрасывать нельзя.

Мы с ним вновь принялись за готовку, но через пару минут меня отвлёк звонок, поступивший на мой телефон. С удивлением обнаружив, что звонит Роман Вятский, я некоторое время размышляла, стоит ли отвечать, и всё же решила, что отец Кристины может дать мне какую-то полезную информацию.

– Алло? – с опаской проговорила я, ответив.

– Ирина, вы сможете увидеться со мной в удобном вам месте через час? – тут же, без приветствия, ошарашил Роман.

Я взглянула на сына, как будто он мог знать, о чём меня спросили, и помочь с поиском ответа на заданный вопрос.

– Что-то случилось? – ответила Вятскому уточнением.

– Ничего не случилось. Но думаю, вам будет интересно послушать, что я скажу.

Вдохнув и выдохнув, я кивнула сама себе.

– Хорошо. Давайте увидимся. Через полтора часа, – поставила свои условия, оглядев кухню, больше похожую на поле боя. – Я напишу вам, куда смогу подойти.

Получив в ответ короткое «хорошо», я положила трубку. Повернулась к сыну и покачала головой.

– Ну что? Ускоряемся? Мне нужно будет отбежать по делам ненадолго, – сказала Ивану.

– Ускоряемся, – кивнул он серьёзно, но тут же рассмеялся: – А может побудем читтерами и сделаем один огромный пельмень? – предложил Ваня, и я расхохоталась следом за ним.

Когда я прибыла в кафе, Вятский уже ждал меня за столиком чуть поодаль от входа. Поднялся мне навстречу, помог устроиться напротив, отодвинув стул. Я рассчитывала на то, что наша беседа не растянется во времени, потому подоспевшему официанту заказала лишь чашку зелёного чая. Вятский ограничился порцией американо.

– Ирина, у меня вопрос… относительно Ильи. Вы ведь в курсе того, что его ищет полиция? – взяв разгон в теме с ноля до ста километров за мгновение, спросил Роман, тут же переходя к главному.

Я кивнула.

– В курсе. Меня уже опросили по этому поводу, – ответила я.

– Вот как? И что вы рассказали? – задал он ещё один вопрос, цепко глядя на меня.

Я задумчиво побарабанила пальцами по столешнице, начиная ощущать непонятное волнение. Может, стоило позвать с собой Костю? Или Алёнку?

– Правду, – пожала я плечами. – Мы в разводе, делим имущество, среди которых криминальных активов не имеется, где живёт Калугин я не знаю. А что? – «отдала подачу» Вятскому.

Он покивал, глядя на меня.

– Мне не хотелось бы, чтобы вы хоть как-то пострадали от того, что творит Калугин, – неожиданно для меня проговорил Роман.

Я невольно вскинула брови.

– Не совсем вас понимаю, – призналась Вятскому. – Вы мне никто. С чего вдруг такая забота?

– Моя дочь натворила много всяких… глупостей. – Он кривовато улыбнулся. – Считаю, что ей пора за них расплачиваться.

Я смотрела на Романа с недоумением. По правде говоря, мне уже было плевать и на Кристину, и на те глупости, как он их назвал, которые она вытворяла. Лишь бы меня и сына не трогали и не мешали нам строить нашу счастливую жизнь. Но ведь Вятский позвал меня на этот разговор не для того, чтобы поделиться планами на будущую расплату собственной дочери, не так ли?

– Я помогу Калугину выбраться из передряги, в которой он оказался. Взамен потребую у него отказа от собственности, которая полагается ему по суду. Он отдаст вам квартиру и фирму, Ирина, – вдруг снова ошарашил Роман, на что я совершенно по-дурацки заморгала и едва сдержалась, чтобы не закашляться.

– Отдаст мне и квартиру, и фирму? – переспросила я, чувствуя себя глупо.

– Именно. На следующем заседании его адвокат объявит, что уступает вам всю собственность. Вам нужно просто согласиться и завершить бракоразводный процесс в кратчайшие сроки.

Я отпила глоток чая, чтобы хоть немного смочить горло. Это всё было слишком прекрасным, чтобы являться правдой.

– Можно спросить… зачем это нужно вам? – всё же уточнила у Вятского. – Ну, кроме того, что ваша дочь получит супер-приз в виде моего мужа.

Я поджала губы, чтобы не улыбнуться, что Роман мог расценить как насмешку над Кристиной, но он и сам криво усмехнулся мне.

– Можно, – кивнул в ответ Вятский. – Я хочу иметь полный контроль не только над дочерью, но и над будущим зятем. Потому что если вновь пущу всё на самотёк, боюсь, ничем хорошим это не кончится.

– Вы хотите взять контроль над Калугиным?

Я, по правде говоря, была более чем удивлена. Неужели Роман ещё не понял, что именно из себя представляет Илья? Или настолько верил в свои силы и силу своих денег?

– Понимаю, это может показаться глупым, но уж как есть…

Он развёл руками, как бы говоря – решение принято, и больше я по этому поводу сказать ничего не могу. А я смотрела на Романа и мне тоже было нечего произнести в ответ. Если он не лгал, то для меня и Ивана всё заканчивалось более чем благополучно. Я получу всё и даже больше, а Илью отдам в добрые руки. Это звучал слишком хорошо, чтобы стать правдой.

– Ирина, я не обману, – словно прочитав мои мысли, вдруг подался ко мне Вятский и даже руку поверх моей ладони положил. – Больше у вас не будет повода волноваться. Кристина получит вашего мужа, а вы – те отступные, которые вам полагаются.

Я усмехнулась, выпростав ладонь из-под пальцев Романа. Нет, его прикосновение не было для меня неприятным, но и этот интимный жест совершенно не вязался для меня с тем, как должна была происходить наша беседа в принципе.

– Вы меня так уговариваете, словно я стану бегать от того, что мне вроде как полагается, – покачала я головой, отвлекаясь на уже остывший чай.

Вятский пожал плечами и сложил руки на груди.

– Ну, я ведь уже составил о вас впечатление, Ира, – сказал он. – Вы слишком благородны. Вы могли начать рассказывать судье о том, что вам нужно лишь то, что вы можете назвать своим по праву…

Я прикрыла глаза и помотала головой. Вятский озвучил важную вещь. Да, такой Ириной я была… когда-то. Но сейчас всё было совершенно иначе. Жизнь – а может, не только она, но и Илья, мой некогда самый близкий человек – научили меня быть жёстче и непримиримее. Так что последнее, что я стану сейчас делать – отказываться от тех самых отступных.

– Спасибо вам, Роман, – сказала я, взяв сумочку и поднимаясь из-за столика.

Вятский тут же оказался на ногах тоже, это был эдакий жест джентльмена.

– Я, разумеется, совершенно не благородная дура и открещиваться от положенного не планирую. И так сложилось, что мне полагается гораздо больше, чем могло присудить государство. Поэтому я благодарна вам за то, что вы исправили эту несправедливость. И желаю, чтобы мой муж оказался тем человеком, над которым хоть у вас получится взять контроль.

Сказав это, я удалилась. Обсуждать нам с Вятским больше было нечего. Я осталась удовлетворена тем, как прошла наша встреча, но понимала, что это не конец. И что успокоюсь я только в тот момент, когда у меня на руках окажется судебное решение, в соответствии с которым я стану хозяйкой того, что отныне полагалось мне по закону.