Глава 31

– Аня, а ты маму помнишь? – спрашиваю девочку, когда мы вечером сидим в ее комнате на полу и разбираем кукол. У каждой должен быть жених, и нам катастрофически не хватает кавалеров. Делаю себе пометку, купить парочку мужских кукол, чтобы был комплект. – Неа, – спокойно отвечает ребенок, а мне ее становится жалко. Ругаю себя, что задала такой вопрос, но мне любопытно, тем более Любимова дома нет, у него ночное дежурство. Нам с Аней скучно без него, развлекаемся как можем. – Она мне снилась, – вдруг произносит Анечка. – А как ты узнала, что это мама? – беру в руки медноголовую Барби и делаю вид, что мне интересно только платье на кукле, а не ответ девочки. – Не знаю, – пожимает плечами Анюта, – Просто знала, что это она. – Забавно, – спокойно говорю я и решаю, что хватит этих разговоров на сегодня, – А давай посмотрим что-нибудь? – В папином кинозале? – загораются восторгом глазки девочки. – Ага, – и мы спускаемся в комнату для просмотра фильмов. Там включаем Красавицу и чудовище, забираемся под плед. Затаскиваем к себе кота и проводим время за просмотром сказки. Анечка лежит рядом со мной, прижимая к себе нагулявшегося Филю, а я перебираю ее волосики, заплетаю и снова распускаю. Интересно, кто у меня родится? Мальчик или девочка? Мне всегда казалось, что каждая женщина хочет девочку, чтобы покупать ей красивые платья, заплетать косички. Дочка – это здорово, а я хочу мальчика. И пусть он будет чем-то похож на Мишу, мне все равно. Лишь бы был. Я столько лет мечтала о ребенке, что сейчас согласна и на мальчика, и на девочку. Но в глубине души все же хочется маленького мужичка. Хотя и воспитывать его придется одной, без мужского присутствия, но ничего, я справлюсь. Любимов позвонил, когда мы с Аней укладывались спать, рассматривали картинки в книжке со сказками. – Что делают мои косячные девочки? – спрашивает по громкой связи Сергей, а мне от его слов почему-то становится теплее на сердце. Вот умеет человек так сказать, что сразу в душе что-то расцветает, солнечное, яркое. – Папа, мы играли, потом смотрели сказку, – докладывает отцу Анечка, – Папа, ты помнишь, что у нас завтра самый главный праздник? – Это какой, День рыбака? – глумится Любимов, – Купить большую мордастую рыбину и привезти вам? – Папа, нет! – смеется Аня. – Тогда День пограничника? Тут варианты, кого купить, озвучивать не буду, а то кроме кота у нас может появиться… Любимов замолкает, а Аня слушает, открыв рот. Я понимаю, что речь идет про собаку и эти двое явно установили какие-то ограничения по этому поводу. – А, вспомнил, день мимишных подарков, – смеется Любимов. – Папа, ты что, забыл? – дует губы Аня, – У меня День Рождения! – Да ты что?! – натурально удивляется Сергей, что даже я хихикаю, – А Риту-Маргариту пригласила? – Нет, – пугается Анютка и смотрит на меня, широко раскрыв глаза. – Ну вот, – расстроенно говорит Любимов, – На один подарок получишь меньше. – А что Рита мне подарит? – хитро прищуривается Аня. – Зависит, пригласишь ты меня или нет, – улыбаюсь я. – Тогда Рита, приходи, – с детской меркантильностью заявляет Аня. – Хорошо, – смеюсь я, а Любимов переключается на обычную связь. Прикладываю телефон к уху, слушаю его голос, который вызывает у меня мурашки на руках. – Готова к завтрашнему дню? – спрашивает он. – Не совсем, скажем так, вживаюсь в роль, – уклончиво отвечаю я. – Помни, для всех ты моя невеста, и не удивляйся, если я буду оказывать тебе знаки внимания, – смеется Сергей. – А я не против, – тихо говорю ему и тут же одергиваю себя. Размечталась, зачем Сергею беременная чужим ребенком тетка? – Прогресс, Рита, – задумчиво отвечает Любимов, – Сижу в кабинете и вспоминаю красочное впечатление сегодняшнего дня. – Это какое? – хмурюсь я. – Труселя твои, прямо в душу запали, – смеется он. – Да иди ты, – отвечаю я шутливо, – Ты специально их по салону рассыпал, чтобы посмотреть. – Я должен был убедиться, что там не панталоны с начесом, – голос Сергея какой-то обволакивающий, сладкий, отчего мне тепло в душе и я смущаюсь. – Ты покраснела, – нисколько не сомневаясь, произносит Сергей. – А вот и нет. – А вот и да, Рита- соблазнита, – играет на моих эмоциях Сергей, – Я домой хочу, тут так скучно, – заявляет он. – Приезжай, – с надеждой в голосе отвечаю я, и мы какое-то время молчим. Я слышу в трубке его дыхание, представляю, словно Любимов рядом. Его глаза напротив, губы близко, руки на моей талии… Ого! – Приехал бы… – как-то хрипло говорит Любимов и тут же возвращается в реальность, – Так, Ане пора спать, завтра тяжелый день во всех смыслах. Начинаем играть и играть так, чтобы все поверили. – Хорошо, – уверенно произношу я, думая про себя, что мне и играть, видимо, не придется. Я влюбилась, а это плохо. Мне придется уйти с работы, Любимов не потерпит влюбленную дурочку рядом. Хотя о чем это я, мне все равно в декрет уходить. Все закончится само собой, не начавшись. – До завтра, – произносит Сергей. – До завтра, – отвечаю я и прерываю разговор первая. Аня возится с куклами, а мне тошно. Понимаю, что ничего у нас с Сергеем не получится, и заранее жалею об этом. Любимов – такой мужчина, которому нужна сильная женщина, без прицепа, такая, что будет его восхищать, устраивать во всем. Я не такая, я мягкая, спокойная, во мне нет бури страстей. А ему нужен ураган, заводная, веселая, сногсшибательная. Я такой никогда не стану. – Аня, давай спать? – предлагаю девочке, и та послушно кивает, собирает свои игрушки в корзинку. – Я с тобой, пока папы нет? – смотрит на меня своими глазенками, так похожими на глаза Сергея. – Конечно, правила для того и созданы, чтобы их нарушать, – смеюсь я, – Папе не говорить! – грозу ей пальчиком, и Аня радостно кивает, – А сейчас чистить зубки, умываться, идем? И мы, смеясь, бежим в ванную, взявшись за руки. Это и есть счастье, в наших детях. И пусть сейчас Анечка не мой ребенок, но когда-то и у меня будет такая прелесть. Я готова, я хочу, чтобы все у меня было хорошо.