Глава 38

– Маргарита Юрьевна, вы здесь? – голос из-за закрытой двери, заставляет меня чуть в обморок не упасть от облегчения. Любимов, мать его, как же ты вовремя! Миша какие-то секунды еще разъяренно смотрит на меня и отталкивается руками от подлокотников. Выпрямляется, поправляет пиджак. – Думаешь, нашла мужика и под защитой теперь? Если я узнаю, что ты наврала про мою мать и Ксению… – угрожающе шипит он и отходит от стола. – Спроси их, а меня оставь в покое, – распрямляю застывшие кулачки, кладу телефон на стол. Мне кажется, у меня пальцы свело от страха, еле разгибаю. Сердце в груди колотится как бешеное, в висках стучит, но мое облегчение такое явное, что я выдыхаю с шумом воздух. – Испугалась, это хорошо, – ухмыляется муж. – Маргарита Юрьевна, я выламываю дверь, – кричит Любимов. – Не нужно, я сейчас открою, – подаю голос и поднимаюсь. На нетвердых ногах иду к двери и, демонстративно глядя на Михаила, поворачиваю замок. – Твой пес не всегда будет рядом, – тихо рычит муж, направляясь на выход. – Угрожаете? – Любимов стоит на входе, сложив руки на груди, – У нас тут камера, кстати, разговор записывает, вы в курсе? Я вижу, как бледнеет Михаил и бросает короткие взгляды по углам. – Блефуешь, – выдавливает из себя. – Посмотрим, кто из нас блефует в суде, – насмешливо произносит Любимов, – Прошу вас свалить отсюда по-хорошему, иначе моя охрана выкинет вас за периметр не очень приличным способом. И позвольте узнать, каким способом вас пропустили? Я вроде бы ясно обозначил, что такое чмо, как вы, в мою клинику входить не должны? – Да пошел ты, – Проходит мимо Любимова Михаил, отталкивая того плечом. Сергей не провоцирует, лишь по-прежнему улыбается своей издевательской улыбкой, уступая дорогу. – В суд не забудьте прийти, Маргарита Юрьевна будет ждать! – кричит ему в след Сергей и смеется, – Фак показал, представляешь? – поворачивается ко мне, а я начинаю оседать прямо на пол. Внезапно подкосились ноги. – Эй, ей, Юрьевна, ты чего это?! – пугается Сергей и подхватывает меня подмышки, усаживает на кушетку, – Испугалась, что ли? Беззвучно киваю, всхлипываю и заливаюсь слезами. – Началось, – качает он головой и садится рядом, затем подхватывает меня за талию, затаскивает к себе на колени. Прижимаюсь носом к его груди и рыдаю еще горше. – Ничего, что тебе плакать нельзя? – ворчит Сергей, поглаживая меня по спине, – Хотя ладно, рыдай, это дурь твоя выходит. – Какая еще дурь? – обиженно всхлипываю я, – Меня обидели! – Ну да, ну да, – назидательно произносит Любимов, – А не фиг в кабинете одной сидеть, когда рабочий день закончился. Встала и ушла вместе с медсестрой. – Я истории заполняла, – тычусь носом в его черную рубашку, провожу щекой, вытирая слезы, и таю от запаха его парфюма. Ну какой мужчина так может вкусно пахнуть, а? – Заполняла она, я тебе говорю, встала и ушла! – ругается Сергей. – А камеры точно есть? – вспоминаю я, поднимая на него заплаканные глаза. – Есть, видео отключено, гинеколог же как никак, а на звук запись идет. Скажу охране, пусть сохранят ваш интимный разговор, – усмехается Сергей, – Для суда развлечение будет. Рита, ты долго еще рыдать будешь? – Это я еще только начала, – ворчу я, соскальзывая с его колен, – И вы, Сергей Геннадьевич, зачем тут? – Ого, какие мы буйные, а что это так? Я, вообще-то, в садик за Аней еду, ты же обещала утром со мной поехать, не помнишь? – Нет, меня утром тошнило, – уединяюсь за ширму, переодеваюсь. – Какая неблагодарная женщина, – жалуется сам себе Любимов, – Я ее спас из пасти волка, а она, тошнило ее… – Ой, все, – возмущаюсь я. – Зато в себя пришла, – смотрю, как сверху ширмы появляются два любопытных глаза Сергея, – А какое на тебе белье? – Изыди, – кидаю в него кофточкой от формы. – О, фанатам пищу дали, – восхищается Сергей, а мне становится смешно, – Что хотел этот нехороший человек? – Пугал будущими неприятностями, – фыркаю я, натягивая футболку и застегивая джинсы, которые слишком плотно стали на мне застегиваться. Вскоре нужно менять одежду, – А зачем я с тобой за Аней еду? Любимов полулежит на моем кресле, закрыв лицо моей кофтой. Вытянул ноги и вдыхает запах. – Ты больной, – со смешком сдергиваю с него форменную кофточку и вешаю на плечики. – Не думал, что у беременных есть побочный эффект, – садится прямо Сергей, – Мало того, я тебе утром сказал одеться нормально, так ты и про встречу не помнишь. – Какую еще встречу? – морщу лоб, пытаясь вспомнить. Мне реально сегодня так плохо было, что я половину утра провела в обнимку с унитазом, а остальное время пыталась сдержаться, чтобы не вывернуло при всех в столовой. – У нас ужин с моими родителями, забыла? – напоминает мне сердито Сергей, – Сегодня отец выдаст свой вердикт насчет клиники. – Оу, – выдыхаю я. Как я могла пропустить такое? – Прости, я правда забыла, – виновато смотрю на Любимова, – Мне обязательно там быть? – Рита, ты реально думаешь, что будущая типа жена не должна сопровождать своего мужчину и его дочь в ресторан, где решается их судьба? – Должна, подожди секунду. Вспоминаю, что у меня в кабинете в шкафу висит дежурное платье. Принесла как-то на спонтанную вечеринку персонала клиники по случаю восьмого марта, так и осталось здесь. Да и туфли к нему стоят в шкафу. Только колготок с собой нет. Смотрю на Любимого, думая, послать его за колготками или нет? – Что-то мне не нравится твой взгляд, – подозрительно поглядывает на меня Сергей, – Задумала явно какую-то гадость. – Платье есть, колготок нет, – признаюсь ему. – Иии? – тянет букву Сергей. – Может, ты купишь? – Я?! Как ты себе это представляешь, главный врач клиники бежит в ближайший магазин за колготками? – Ну так и представляю, – выдавливаю из себя, – Впрочем, забудь, пойду так. Зря я его прошу, Михаил бы в жизни не побежал в магазин за чем-либо, тем более за предметом женской одежды. – Я подкаблучник, – со вздохом встает с моего кресла Любимов, – Какой цвет, какой размер? А, впрочем, пусть это будет на мое усмотрение. Пять минут, Юрьевна, я вернусь, и едем. И так уже почти опаздываем. Он выходит из кабинета, а я удивленно смотрю на закрытую за Любимовым дверь. Неужели пошел в магазин?! Чудеса, да и только.