Глава 2

Мне дурно от увиденного, но прикусив губу я сдерживаю любые негативные эмоции.

— А почему папа целует другую тётю? — спрашивает сын, с силой сжимая мою руку.

Я лишь глотаю воздух ртом и не успеваю дать ответ.

Сын побежал прямиком к отцу и его… Любовнице получается. У меня даже в голове не укладывается эта мысль.

— Пап, — сын дёргает Стёпу за рукав рубашки. — Папа! Ты что больше не любишь маму?

Стёпа отрывается от своей пассии и испуганно смотрит сначала на нашего ребёнка, затем на меня. Удивлённо вскидывает брови, облизывает обслюнявленные девкой губы и наклоняется к сыну:

— Эй, дружок, ты всё неправильно понял, — неловко улыбается муж и кладёт руку на плечо сыну.

Я подхожу чуть ближе, чтобы контролировать сына, но все равно остаюсь на небольшом расстоянии. Отсюда мне тоже отлично слышно их разговор.

— Как я неправильно понял! — недовольно восклицает Федя. — Ты гуляешь по парку с какой-то женщиной и целуешь её, как… как маму! — ребёнок с такой горечью говорит последние слова, что я не выдерживаю и подхожу к мужу.

— Я подаю на развод, Степан, — говорю ровным тоном и разворачиваюсь, чтобы уйти, — Чтобы ноги твоей не было дома.

— Стой, — муж не даёт мне уйти и хватает за локоть. — Не веди себя как дура, Алина!

— Отпусти, — цежу сквозь зубы и бросаю на него злобный взгляд. — Это не я посреди парка гуляю с любовником. Так что дурак здесь один.

— Не воспринимай это буквально. Я сегодня вечером приеду и, как и обещал заглажу свою вину. Сделаю всё, чтобы ты забыла этот неприятный для тебя инцидент. Давай не будем сориться, зай?

Так вот почему муж в последнее время так часто стал дарить мне цвет. В постель укладывал чуть ли ни каждый день. Это он так вину свою пытался загладить. Видимо совесть всё таки мучала. Мозгом понимает, что творит, но продолжает идти на поводу у своего члена.

— Спасибо за предложение, но я откажусь. Ты гуляй. Развлекайся со своей девкой. Раньше, чем через час не возвращайся. А то я не успею собрать твои вещи, — вырываю свою руку из лап мужа и отхожу на шаг в сторону.

— Малыш, это твоя жена? — подаёт голос девка, рассматривая меня.

Красивая. Молодая. Наглая. Смотрит с вызовом.

Я понимала, Стёпу, как мужчину — почему она ему понравилась.

Но я не понимала, его как своего мужа, как отца наших детей. Как можно променять счастливую семью, на эту расфуфыренную куклу?

Мне тоже может быть симпатичны другие мужчины. Бред Пит, например. Но это же не значит, что я сейчас всё брошу и побегу к другому. Я умею выставлять правильно приоритеты. У мужчин похоже с этим сложнее.

— Да, это его жена и моя мама, — гордо заявляет сын. — А ты вообще кто такая?

Выпад сына заставляет меня улыбнуться. Мой маленький защитник. Только больно от того, что сын стал свидетелем этой сцены. Степан же совсем совесть потерял. К чему было разгуливать по парку с любовницей, словно школьники какие-то? Ведь его могли увидеть не только мы с Федей, но и другие наши знакомые. Город у нас небольшой и встретить знакомых на улице очень просто.

Либо же муж решил больше не скрывать свою новую любовь и показать её всему миру?

Интересно как давно они вместе и как давно я живу с длинной лапшой на ушах?

Делаю глубокий вдох. Сдерживаю себя, чтобы не зарядить Стёпе сумкой по морде. Ради спокойствия сына я должна взять себя в руки и просто уйти из парка. Прийти домой, собрать шмотьё мужа и выставит его за дверь!

— Дружочек, давай мы с тобой поговорим чуть позже, — муж наклоняется к сыну. — Я сегодня вечером приеду домой и всё тебе объясню.

— Но почему ты не можешь объяснить всё сейчас? — настаивает сын.

— Сынок, — Стёпа неуверенно чешет лоб. — Здесь сложно объяснить всё быстро.

— Стёпа, малыш, мы уже опаздываем, — канючит белобрысая кукла.

— Кристина, рот свой закрой, — отрезает муж и снова возвращает взгляд к сыну.

Стёпа понимает, что должен объясниться с ребёнком.

Он сделал Феде больно и за это мне хочется его покалечить. Ладно я. Я-то, может быть, поплачу и переживу это предательство. Но дети… Как им объяснить, что их папа променял маму, но молодую девку.

— Понятно всё с тобой, — Федя брезгливо отходит от отца и со всего размаха ударяет его ногой, правда муж успевает отклониться. — Предатель, — шипит сын.

— Фёдор, — муж грозно зовёт сына.

— Пойдём, мам, нечего с ним здесь стоять, — сын протягивает мне руку.

— Домой можешь не возвращаться, — бросаю мужу и взяв сына за руку иду в сторону выхода.

— Ошибаешься, Алина. Я ещё как вернусь, — кричит мне вслед Степан.