Глава 18

Володя уехал в бешенстве. После того, как услышал о беременности девушки сына, он буквально сорвался с места, захлопнул дверь так, что задребезжали стекла, и уехал, не сказав ни слова.

Его гнев был ошеломляющим, холодным и жестоким одновременно. Я стояла, чувствуя, как внутри все переворачивается, будто меня сковало, не давая пошевелиться. Руки опустились, и я словно потеряла ощущение себя — пустота накрыла с головой.

С трудом зайдя в дом, я попыталась заняться чем-то, но силы ушли. Голова раскалывалась от непрекращающейся тревоги и беспокойства.

Я не могла найти себе места от беспокойства о том, что же теперь будет. Все валилось из рук. Попыталась себя занять чтением, но буквы перед глазами расплывались, а смысл ускользал.

Мой ум немедленно начал прокручивать все возможные ужасные сценарии. Как же так получилось? Мой сын — умный, целеустремленный молодой человек, учится в институте, с блестящими перспективами, и его жизнь могла бы быть спокойной и счастливой. А теперь этот ужасный удар и все комом несется по наклонной. Как же всё так не вовремя? Почему именно сейчас?

Но ответов не было. Одни лишь вопросы…

Психанув, встала, собрала все одеванные детские вещи и пошли вымещать всю свою бурю эмоций в стирке. Меня всегда успокаивали знакомые, монотонные и понятные действия.

Только я развела жидкость для стирки в тазу и намочила руки… в кармане завибрировал телефон.

Чертыхнулась, но не ответить не могла, мало ли кто из моих!

Так и вышло.

На экране высветилось имя сына "Антон". Сердце екнуло.

— Привет, сынок, — мой голос, несмотря на старания, чуть дрожал.

— Мам, ты можешь говорить? — голос Антона был сдавленным.

— Да, конечно. Что-то случилось? — тревога сжала сердце в тиски.

— Мам, тут папа приехал, и он все знает, он… — в голосе сына послышалась плохо скрываемая обида.

— Что он?!

— Мам, — голос дрогнул, будто сдерживая слезы, — папа прилетел сегодня в квартиру… Был в ярости. Устроил мне взбучку, тряс меня за грудки, орал. Угрожал… сказал, что если я такой взрослый, что умею «настругать» детей, то чтобы сам шел работать и обеспечивал свою новую семью.

— Антон! — я с тревогой в голосе. — Ты не пострадал? Что именно он говорил? Как себя вел? Ты где сейчас? Нужна ли тебе помощь? Может, мне подъехать?

— Всё нормально, мам. Я в порядке, не переживай. Просто он… очень зол. Кричал, угрожал, но я старался не отвечать, не поддаваться. Правда, он меня взял за грудки, но ничего серьёзного нет. Выгнал меня из дома… Сказал, что не будет нам с Женей помогать. Что я должен сам справляться…

— Выгнал?! — я еле дышала. — Но… как же…

— Мам, в общем, это… я у бабушки на квартире, все нормально. Не переживай.

— Мы обязательно справимся, сынок, — говорю, стараясь звучать твердо, хотя и сама ощущаю, как мир вокруг рушится. — Не расстраивайся, ладно? Нужно решать вопросы с Женей, понять ситуацию полностью. Мне надо будет познакомиться с её родителями, узнать, что они за люди, что планируют. Ты не один, мы вместе.

— Спасибо, мамуль. Я перезвоню позже, ладно? — связь оборвалась.

Я стояла во дворе бабулиного дома, телефон выпал из ослабевшей руки. "Выгнал…" — эти слова бились в висках, как молотки. В горле стоял ком.

Да как он смет вообще вот так с Антоном… Сука…

У меня самой покатились слезы от обиды и чувства несправедливости. От осознания, что я не могу помочь собственному ребенку, что у меня нет сил, недостаточно «веса», чтобы топать ножкой и требовать исполнения моих желаний.

— Ален, что случилось? — бабулин голос вывел меня из оцепенения. Она стояла в дверях, лицо ее было обеспокоенное.

— Бабуль… — я бросилась к ней, совсем как в детстве, еле сдерживая слезы. — Антон звонил… Володя… он выгнал его из дома!

— О Боже… — бабуля обняла меня. — И где он? На квартире моей? — я кивнула, — Ладно. Мать честна, совсем ополоумел зятек. Ну-ка не реви! Иди, вон, сядь. Сейчас чайку налью, успокоимся.

Мы сели за кухонный стол. Бабуля поставила передо мной чашку ароматного чая с мятой.

— Рассказывай, — тихо сказала она.

Я рассказала все, что успел сказать Антон. Она слушала молча, изредка покачивая головой.

— В общем, ничего и не сказал толком.

— Аленка, — сказала она, когда я закончила, — ситуация, конечно, непростая. Но паниковать не будем. Во-первых, Антон уже взрослый. И раз уж так случилось, надо с этим разбираться. А Володя… что ж, Володя повел себя… не лучшим образом. Столько лет жить с человеком и не знать, что он способен на такое… Вон, у моей подруги, Нины, сын тоже в такую историю попал. Девушка из неблагополучной семьи оказалась. Но ничего, справились. Сейчас внучке уже пять лет, умница-разумница растет. И мы справимся.

— Но как? — я всхлипнула. — Я даже не знаю … из какой семьи эта девочка… Им же учиться еще и учиться! Совсем зеленые. У меня же нет таких денег, чтобы… целую семью с младенцем содержать… Еще и нянчить кто-то должен… ох…

— Вот завтра и узнаешь, — твердо сказала бабуля. — Позвони Антону, поговори. Пусть познакомит тебя с семьей этой Жени. И с ее родителями. Нужно понять, что они за люди, какие у них планы… Одна голова хорошо, а две - лучше. Вместе разберемся. А сейчас пей чай и постарайся успокоиться. Утро вечера мудренее.

Я сидела рядом с бабушкой, от переживаний голова болела невыносимо. В ней роились тысячи мыслей: как жить дальше? Работа и блог сейчас приносят не так уж много денег. Если вдруг придется содержать сына, Женю и ребенка, нужна стабильность, нужно зарабатывать больше. Но откуда взять силы? Как не допустить, чтобы Антон бросил учебу и потерял будущее?

— Что же делать?..