Глава 31

Уже перед самым отъездом я быстро чиркнула Кате сообщение: «Мы с Олежкой переезжаем в город».

Следующая строка дополнила картину: «Папу я не пущу на порог и не прощу. Он повел себя мерзко».

Чтобы подбодрить себя и любимую доченьку, добавила: «Очень люблю тебя, Катюша, и жду всегда».

Затем погрузила вещи в машину, закрыла двери дома, как и своё сердце на засов, усадила Олежку и маму, и мы отправились в путь.

Пока ехала, всё не отпускала мысль о том, как легко Вадим обменял нас на молодую красотку. Как у него в один момент отключилось все чувство ответственности, совести и даже простой стыд… Как так? Неужели это тот самый Вадим, который был частью нашей жизни? Неужели люди настолько с годами меняются?

Когда, наконец, въехали во двор, тревога немного отпустила. Реальность накатила, как только начали выгружать и заносить бесчисленные сумки и коробки. Грусть отступила — не было времени даже вздохнуть, дел куча, и голова шла кругом.

На улице оставались последние сумки, когда Олег подошёл ко мне с сияющими глазами:

— Мам, можно я пойду с ребятами на баскетбольную площадку?

— Конечно, Солнышко, — с радостью ответила я, понимая, как важно ему сейчас отвлечься и развеяться. — Только смотри, будь аккуратен.

Он понимающе кивнул и добавил, глядя мне в глаза совершенно по-взрослому:

— Не хочу, чтобы ты ещё из-за меня плакала.

— Ты моя радость, — обняла я сыночка, растроганная до глубины души.

Настоящий герой у меня растет.

Он улыбнулся мне и побежал к друзьям. А мы с мамой прихватили сумки, пакеты и вошли в подъезд.

Дома, прежде чем раскладывать вещи, я быстренько прошлась по пыльным полкам и поверхностям влажной тряпкой, протёрла пол, вернув дому жилой вид и свежесть. Мама за это время быстренько сходила в магазин, купила продуктов.

Я занялась готовкой, разложила вещи и после обеда, закончив домашние дела, собралась ехать в школу, чтобы подготовить помещение к открытию.

Услышав, как я собираю ведра, моющие средства, швабру, веник, мама встала с дивана.

— Уже собралась? — спросила она, наблюдая за моими суетливыми сборами.

— Да, мам. Надо скорее открывать школу. Каждый день простоя выходит в копеечку.

Мама вздохнула, окидывая меня понимающим взглядом. В её глазах мелькнула тень тревоги.

— А ведь точно. Чего он там орал и грозился? Вадим после скандала может и перестать тебя поддерживать деньгами. Скотина такая. Я его еще сыном называла, — вздохнула мама, вышла в коридор и потянулась за шляпой и очками. — С тобой поеду.

— У тебя же давление, мам.

— Я не буду наклоняться. Так, чисто принести, подать, пойти на фиг и не мешать, — отмахнулась она. — Одна ты провозишься до вечера. А вдвоем будет всяко быстрее. Потом папа привезёт стулья, стол, что стоят в комнате твоей старой детской без дела. Все пригодится.

Поддержка мне была сейчас очень необходима. Вдвоем мы справимся быстрее. Я улыбнулась, и мы вышли из дома.

По дороге, пока ехали, мама молчала, а я размышляла, как буду раскручивать школу. Задумки имелись, но вот опыта мне определённо не хватало. Все нужно хорошо обдумать. А пока по плану уборка.

Солнце заливало крыльцо моей будущей школы. Приехала я угрюмая, и уже утомлённая, однако стоило открыть входные двери, войти в помещение, испытала чувство внутреннего удовлетворения. Это все мое! И я здесь царица. Ни одна сволочь не будет мне указывать, что делать!

Пусть я лишь в начале пути, но у меня есть цель, есть план. Я верила: у меня получится, потому что другого варианта просто не существовало. На кону стояло нечто большее, чем просто проект. Школа была моим новым шансом, местом, где моя теперь уже маленькая семья могла начать всё заново.

Воодушевлённая, я зашла в туалет, который выглядел аккуратно, что важно для впечатления о школе, набрала воды, надела перчатки, добавила моющего средства и занялась уборкой.

Мама тем временем мыла окна.

Я торопилась, работала максимально быстро, но вдруг зазвонивший телефон застал меня врасплох.

Вздрогнув, я бросила швабру, торопливо стянула перчатки и метнулась к подоконнику, в надежде, что звонит Катюша.

Увидев на экране «Яна», я поникла. Но на звонок ответила.

— Да, — голос вышел поникшим.

— Алле-е-е! — пропела подруга в трубку. — Что-то грустный голос у тебя, красотка. Не нравится мне твой настрой. Случилось чего?

— Ой. Ян, это треш просто. Такое вчера было. Катя оказывается все знала! Догадалась ли, или дурная эта Альбина ей все в красках расписала. Не представляю. А ты же знаешь ее. Она как есть всю правду Вадиму и вывалила. Он психанул — как влепил ей пощёчину. Мы все обезумели. Сроду он руки не поднимал на детей. Катя вещи собрала, ушла из дома и даже на мои звонки не отвечает.

— Мать твою ити-и! — вдохнула Яна. — Так. Я собираюсь и выезжаю. Жди!

— Ой, Ян, подожди. Мы же в школе сейчас. С мамой.

— Буду третьей, сообразим на троих!

Я слабо улыбнулась. Какая же она у меня золотая. Обожаю ее.