Глава 40

Я дрожала от напряжения, чувствовала себя загнанной в угол.

Вадим, как с цепи сорвавшийся, ринулся в сторону Ивана.

— Ну, давай! — выпятил грудь Иван, подначивая соперника.

Прохожие бросали на нас осуждающие взгляды, оглядывались, чувствуя, что вот-вот произойдёт драка.

Иван моложе Вадима, более накачанный, хоть и несколько ниже, но я-то знала, что Вадим в молодости увлекался боксом. И пока они, стоя на лестнице, обменивались толчками, примеряясь друг к другу, судорожно думала, как остановить грядущую драку.

Страшно представить, чем она может обернуться. А если один из них неудачно рухнет и ударится головой о ступеньку?

О, нет! Но не успела что-либо предпринять, как взмахом кулака Иван врезал Вадиму по челюсти. Вадим рыкнул от боли и заехал сопернику в живот… Иван охнул, согнулся.

Больше я не стала медлить.

— Вадим, не надо! — метнулась и встала между ними, пока они не покалечили друг друга.

Голова пульсировала от напряжения, сердце билось где-то в горле.

— Защищаешь любовничка? — оскалился Вадим, вытирая с губы кровь.

— А хоть бы и так! Не твоё дело! — оглянулась вокруг, пытаясь найти хоть какую-то помощь, но школа была пуста. — Иди к Альбине! Её ревнуй!

— Без твоих советов разберусь!

— И я без тебя разберусь! Уходи! Видеть тебя не хочу!

Вадим, тяжело дыша, смотрел на меня взбешённым, негодующим взглядом.

— Нашему браку конец! Я не прощу тебя. Уходи!

Сквозь ярость я видела боль в глазах Вадима. Лишь одно подозрение, что я изменяю ему, разбивало ему сердце. Мне бы упиваться местью, но сейчас я больше переживала о том, чтобы эти двое перестали драться и о репутации школы. Она моё будущее и будущее моих детей.

Вадим молча развернулся и зашагал к машине…

Домой я приехала на грани истерики, ведь мало того, что подрались, так ведь кто-нибудь мог заметить, что произошло. Только скандала и упоминания школы в криминальной сводке мне не хватало!

Всю ночь я не сомкнула глаз, а утром, когда пришла в школу, увидела новую неприятность. Несколько стёкол покрывали трещины, а одно рассыпалось осколками по крыльцу и земле.

У меня ноги подкосились, я не знала, как мне теперь быть? Неужели отменять занятия, пока не заменим стёкла?

Ощущение было такое, будто весь мир против меня. В голове крутились мысли: кто это мог сделать? За что?

Первым делом я подумала о Вадиме. С его нынешним состоянием и разборками с Иваном — кто знает, на что он способен? Может, назло мне решил устроить такой кавардак? А вдруг это его новая пассия — Альбина — решила насолить мне? Как там говорится, ревность — страшная штука.

Потом вспомнила о конкурентах — вдруг у кого-то из соседних школ есть интерес нас подставить? Или, может, какие-то недоброжелатели из числа соседей решили показать своё недовольство?

Сомнения и отчаяние настолько завладели мной, что я не могла внятно думать.

Мало того, что драка произошла на крыльце, теперь ещё и стёкла побиты!

Да что ж такое!

Милана, подходившая к школе, ускорила шаг и почти побежала ко мне.

— Что случилось? — ахнула она, рассматривая окна.

— Не знаю, — покачала я головой.

— Так, пока дети не пришли и не порезались, надо убрать осколки. Остальное потом.

Забрав у меня ключи, она сама отперла дверь, включила свет.

Пока я приходила в себя, Милана схватила веник, совок, ведро и бросилась сметать осколки.

— Ой, а что это у вас случилось? — спросила мама одного из учеников, подходя к крыльцу. Я не видела её, находясь внутри школы, но услышала голос, полный сомнений.

— Мальчишки играли возле школы, — пояснила спокойно Милана. — Бывает. Остальные стёкла с трещинами на всякий случай укрепим скотчем для безопасности. Не переживайте.

Придя немного в себя, я стала помогать Милане обклеивать окна, чтобы треснувшие стёкла не посыпались осколками.

Мы быстро справились. А потом она принялась буквально отпаивать меня валерианкой.

— Инна Сергеевна, успокойтесь. Ничего страшного не случилось. Учеников не было! — твердила она мне. — Скотч я сейчас замаскирую какими-нибудь картинками.

Даже первое занятие она провела вместо меня, пока я собирала себя по кусочкам и вызывала мастера, чтобы он заменил стекла. Когда услышала, в какую стоимость обойдётся замена, подступили слёзы.

Беспомощно села за стол и… Взгляд зацепился за жёсткий диск, который привёз Артем и установил с помощью знакомого мастера.

Тогда-то я и вспомнила: у меня же есть камеры! До этого не было особой нужды в них, и я благополучно о камерах забыла, но они есть, и это меняет дело!

С записью я смогу обратиться в полицию. Иван, страхующий помещения, сможет сослаться на страховой случай! Тогда я смогу получить компенсацию затрат!

Теперь, вспоминая вчерашнюю драку, я испытывала смешанные чувства. Оказалось, когда за тебя ссорятся, пусть даже два видных мужчины, не особо приятно ощущать себя призом. Я не вещь, я сама решаю, с кем мне быть, и уж никак не Вадим.

Но что в муже проснулась дикая ревность — немного тешило самолюбие. Или много?

В конце концов, он хотя бы почувствовал, каково это быть преданным.

Чтобы не повредить запись, я позвонила Артёму, рассказала о ситуации и попросила приехать.

— Проведу встречу с клиентом и приеду. Где-то через час, — сориентировал он меня.

— Спасибо. Жду!

Артём приехал даже раньше.

Мы сели за стол, включили воспроизведение с внешней камеры, и от открывшейся картины я потеряла дар речи.

В два часа тридцать восемь минут ночи, шатаясь от алкоголя, как перебравший моряк, к школе пришёл Вадим. Побродив у крыльца, он выругался, наклонился и, подняв с земли камни, принялся швырять их в окна школы.

Это он побил стёкла.

С экранов камер на меня смотрел человек, которого я знала долгие годы, но, казалось, впервые видела в таком состоянии.

От волны поднявшегося негодования я едва не задохнулась.

Каждый удар по моим усилиям, по моей школе был ударом мне в душу. Внутри меня закипал вулкан.

Записав на телефон с экрана кусок видео, где было видно, что это был именно он, я мгновенно сбросила ему на WhatsApp. Пока печатала, пальцы дрожали от злости.

«Если к вечеру ты не устранишь это безобразие, я на тебя заявление в полицию напишу! Совсем ты уже с катушек съехал?» — написала ему.

Хотелось позвонить и высказать всё, что я о нём думаю.

Я вынесла его предательство, но он продолжает мне пакостить. Зачем? Ушел — и ушел. Я же не держу.

Пока я писала гневные сообщения Вадиму, Артем продолжал проматывать записи камер. Его заинтересовала драка, но он случайно мотнул чуть вперёд и нажал воспроизведение.

На экране появился Иван. Стоя неподалеку от крыльца школы с букетом цветов, он с кем-то говорил по телефону.

Артем нажал на курсор, и я услышала голос Ивана.

Обычный, уверенный, жесткий. Но то, что он говорил, выбило из меня холодный пот. А потом его слова ещё долго звучали гулким эхом в моих ушах.