Глава 32

Прошел один месяц.

Спустя месяц кафе «Дон Кихот» преобразилось до неузнаваемости. Стены, выкрашенные в жизнерадостный персиковый цвет, больше не навевали унылость и ощущение пыльной бабушкиной хрущевки.

Новые, стильные светильники рассеивали мягкий, теплый свет, создавая уютную атмосферу. Устаревшую мебель заменили изящные столики и комфортные кресла. В воздухе витал аромат свежесваренного кофе и ванильной выпечки. Ремонт шел полным ходом.

— Мам, не перестаю тебе поражаться! Ты, словно энергичный вихрь! Как не посмотрю: носишься по кафе, контролируя каждый этап, внимательно следишь за работой строителей и декораторов. Откуда в тебе столько сил и энергии?

Сын был прав. Я часто стояла над душой у рабочих, тыкала пальцем в чертежи, бесконечно что-то уточняла и поправляла, боясь, что они что-нибудь накосячат.

Юра всегда был рядом. Он помогал мне с организационными вопросами, разбирался с договорами, счетами и другими важными бумагами. Он с удивлением обнаружил в себе скрытые таланты менеджера и бухгалтера. Работа кипела, и мы оба порой забывали о времени, увлеченные общим делом.

— Я просто боюсь, что все это исчезнет, как страшный сон, и вернется прошлое.

— Мам! — сын подошел и обнял меня, — Договаривались же не вспоминать!

Мы с Юрой так заговорились, что не заметили, как в кафе вошла Катя, дочь Алексея.

Она окинула взглядом обновленный интерьер и с привычно гордо вздернутым носиком уселась за столик, наблюдая за нами. Я сделала такой вывод, что дочь пыталась быть похожа на свою мать, потому что другого примера идеальной женщины в своей жизни не знала. Это было грустно. Сама по себе Катя — девочка добрая и отзывчивая, но вот это ее «манера держаться на людях» выглядела, зачастую, комично. Я, конечно же, девочку не отдергивала и не учила жизни. Просто принимала как есть. Она потихоньку оттаивала и тянулась к общению.

Я видела, как ее взгляд скользит по мне, по Юре, склонившемуся над бумагами. Он так сосредоточенно изучал какие-то счета, что даже не заметил ее появления.

— Фу, — скривилась Катя. — Это ужасно скучно.

— Но очень важно, — без отрыва от документов ответил Юра.

— Например? — Катя, хоть и с показной неохотой, все же подсела ближе. Чувствовалось, что любопытство пересилило скуку.

Юра, видимо, решив заинтересовать новую подругу, показал ей несколько счетов и накладных.

— Видишь, тут несостыковка. Управляющий, похоже, вел двойную бухгалтерию. Обкрадывал кафе.

У Кати глаза округлились от удивления, а шкала интереса сразу взлетела до небес. Она с приоткрытым ротиком слушала, как Юра звонил управляющему, который сегодня как раз был выходной, и холодным, решительным тоном сообщал о своих подозрениях, требуя немедленного объяснения ситуации.

— Ты совсем как мой батя! — восхищенно прошептала она, когда Юра закончил разговор. — У тебя аж голос звенел… как стальной.

Я была свидетелем всей этой не очень приятной картины, подошла и положила руку на плечо сына:

— Юр, кафе никто не занимался. После смерти родителей я не могла себя заставить. Все было пущено на самотек. Я не хочу скандалов. И с Павлом сама поговорю. Сейчас я уже вижу, что как управляющий он не тянет. Даже ты без опыта работы со много раз лучше и эффективнее. А Павел мнил себя профессионалом. Не забивай себе голову. Это неприятно, но не более. Разберемся и все исправим. Иди отдохни немного, — сказала я. — Я пока просмотрю эти документы.

— Хорошо, мам, — Юра зевнул и потянулся. — Я скажу, чтобы нам обед приготовили. Ты что будешь? Как обычно?

— Я что-то совсем неголодная. Кофе выпью.

— Ма-ам, — сын с укором посмотрел на меня.

— Ладно-ладно! Крем-суп грибной.

Сын недовольно покачал головой и отправился на кухню кафе.

— Я с тобой! — Катя вскочила со стула и увязалась за ним.

Вскоре нам подали еду. Мы пообедали вместе, обсуждая ремонт и планы на будущее. Я не пыталась понравиться Кате, держалась спокойно, сдержанно, но с теплотой отвечала на ее вопросы. К моему удивлению, ей, похоже, все нравилось: и новая обстановка, и то, как я управляюсь с делами. Я видела, что в ней что-то изменилось. Она начала видеть во мне не только мать Юры, но и… сильную личность. И это, кажется, ей импонировало.

Неожиданно для нас всех, Катя стала довольно частой гостьей в «Дон Кихоте». Ее как будто магнитом тянуло к нашей суете, к этой атмосфере созидания и перемен. Почти каждый день она заходила к нам, наблюдая за преображением кафе и за тем, как мы с Юрой, несмотря на усталость, светились от энтузиазма.

В один из дней девочка стала невольным свидетелем премерзкой картины, которая развернулась после очередного заседания суда по разделу имущества.

Мой, теперь уже слава богу, бывший муж, красный от злости, ворвался в кафе, разбрасывая стулья и опрокидывая, попавшийся на пути, стол.

— Ты! — заорал он, указывая на меня дрожащим пальцем. — Ты пытаешься меня обобрать! Оставить ни с чем!

Паника и ужас сковали меня. Я стояла не в силах пошевелиться, а Андрей несся на меня, размахивая своими огромными ручищами.

Крик застрял у меня в горле, когда бывший замахнулся. Все произошло так быстро! Юра, мой защитник, мгновенно оказался передо мной, закрывая меня собой. Удар пришелся ему прямо по лицу. Я услышала болезненный вскрик сына и перед глазами потемнело…