Глава 25

Глава 25

Аритмия не утихает. Я прижимаю к себе хрупкое дрожащее тельце и никак не могу успокоиться.

А если бы поблизости никого не оказалось? Или воды малышка нахлебалась так сильно, что откачать её не вышло?!

Даже думать о таком страшно.

Дети — моя слабость. И нет, дело не только в профессии. Думаю, не стоит объяснять, что испытывает человек, искренне и жадно желающий чего-либо и видящий, как подобное богатство другие обесценивают.

Я в бешенстве. Не терплю пренебрежительного или наплевательского отношения к детям. Никогда не терпела, а после выкидыша и утомительных многомесячных курсов психотерапии — так и вовсе отношение стало категоричным.

Ева, если малышка правильно назвала свое имя, боится свою няню. И мне невдомек, как можно было оставить такую кроху с посторонним человеком, которого ребенок не воспринимает, и куда-то уехать.

Прошло уже минут двадцать после того, как я выловила чудесную рыбку из бассейна, но персонал отеля так и не смог дозвониться до горе-матери. Девочка продолжает висеть у меня на плече, наотрез отказавшись идти в руки няни.

Судя по тому, какой хваткой она вцепилась в мои плечи, отрывать придется не только с мясом, но и с костями.

— Жень, тебе нужно переодеться. Мокрая вся. Простынешь, — обращается ко мне Алла. Вид бледный, губы искусаны, от привычной легкости и следа нет. Она тоже испугалась, когда малышка упала в бассейн и начала хаотично биться под водой. Зрелище не для слабонервных. На самом деле детям не так много надо, чтобы захлебнуться. — Пойдем в номер?

Подруга права. В промокшей насквозь одежде неприятно находиться даже в помещении.

— Как ты себе это представляешь? — опускаю взгляд на девочку. Поправляю принесенные нам пледы, которыми маленькое тельце укрыто так, что видно только макушку. Её, к слову сказать, тоже необходимо сушить. — Ребенка нужно передать родственникам.

Нет, можно, конечно, плюнуть и всучить несчастную крошу няньке, невзирая на крики и слезы, но я так не могу.

— И сколько ты здесь сидеть вознамерилась? — Алла окидывает взглядом просторный, шикарно обставленный холл. Кроме суетящегося персонала и няни, вокруг уже собралась приличная толпа зевак. Только этого мне не хватало.

Да здесь все собрались, кроме потеряшки-матери!

Новая порция раздражения вплескивается в кровь. Как же так?!

Мы находимся в люксовом отеле, но, как известно, деньги не залог наличия ума или совести.

Интересно, отец девочки знает, как его супруга время проводит? Зачем вообще брать ребенка в чужую страну, где даже язык не знаком, и в случае чего ребенок не сможет помощи попросить?

— Ничего не скажешь, хорошо отдохнули, — усмехаюсь я вдруг.

Это нервное.

— Женечек, прости. Нужно было оставаться в Москве, заперлись бы в моей квартире и неплохо провели время. Помнишь, как раньше? Сейчас даже круче, доставка работает круглосуточно, — опустившись на подлокотник кресла, в котором мы с малыхой сидим, Алла приобнимает меня за плечи и прижимается щекой к моей макушке. — Чуть не померла, пока ты её вытаскивала. Страх… Я думала, такое только в фильмах и новостях показывают.

К сожалению, нет. Статистика по детской смертности ужасающая. Халатность взрослых — одна из основных причин.

Когда Андрюша был маленький, мы не ездили отдыхать за границу. Ближнее окружение крутило пальцем у виска, дескать, что за вздор. Все летают, почему нет? Деньги есть, можно нянек нанять хоть двадцать штук. Но я боялась.

Впервые выбрались, когда сыночку три годика было. Папа тогда для своего юбилея арендовал в Альпах один горнолыжный курорт закрытого типа, и я выдохнула немножко.

Многие посмеивались с моей мнительности, но я ни о чем не жалею. И, признаться, я не самая чокнутая. Как по мне, причуда в виде личных дегустаторов блюд, а то и шаманов с гадалками, выглядит куда более подозрительно.

Приходит ещё минут пять, и я, окончательно смирившись с тем, что мама девочки, по всей видимости, занята очень важными делами, поднимаюсь на ноги. Притихшего ребенка держу на руках.

— Мы поднимемся в свой номер, — предупреждаю по-французски владельца отеля.

Даже он — мужчина в годах — сумел найти время, чтобы приехать после звонка своих подчиненных. А какая-то курица занята непомерно! «Пора успокаиваться», — даю установку себе.

— Принесите ещё один комплект сухой одежды для ребенка, — переключаю внимание на няню.

По лицу женщины не разобрать, поняла она просьбу или нет. Неудивительно, что ребенок находиться с таким человеком не хочет. Они же как маленькие радарчики — чувствуют всё.

Спустя пять минут к нам в номер приносят стопку сухой одежды для Евы. Няня остается стоять в дверях — в этом я ее понимаю. Тоже бы не доверила ребенка чужим людям.

— Касиво, — сидя на мягком пуфике, Ева оглядывается по сторонам. — И ти касивая.

Не могу улыбки сдержать.

Дети заставляют нас смотреть на мир свежим взглядом, видеть красоту в вещах, давно ставших привычными.

Я даже не вспомню, как давно перестала обращать внимание на окружающую обстановку.

— Ты тоже очень красивая, — касаюсь мягких и чуть влажных прядей волос. — Переоденемся ещё разок? Я тебя намочила случайно, когда на ручках держала.

Мы сразу её переодели и закутали в плед, но я так и оставалась мокрой.

Девочка соглашается.

— Позвоните её матери. Ещё раз, — обращаюсь к няне, натягивая на ребенка штанишки.

Случай в моем понимании вопиющий. Так и хочется включить стерву и устроить грандиозный скандал и разнос. Останавливает только жалость к ребенку.

Кукушка отряхнется и дальше пойдет, а жизнь ребенка… Даже думать не хочется.

Пока я привожу себя в порядок, нам доставляют ужин. Сотрудники отеля делают все, чтобы впечатления об отеле остались у гостей приятные. Здесь сильнее, чем в России, следят за репутацией.

Немного подкрепившись, девочка, с присущим всем малышам интересом, отправляется номер исследовать. Даже не удивляюсь, когда из четырех спален, имеющихся в президентском сьюте, она выбирает мою.

Я помогаю ей в кресло забраться.

— Мама часто тебя с няней оставляет? — спрашиваю зачем-то. И без того уже раздражает меня эта бестолковая девка, но я намеренно подливаю масла в огонь, бушующий в сердце.

Ева кивает.

— А папа?

Малышка пожимает тонкими плечиками.

— Он даико… — машет ручками.

Выражение милого личика становится грустным.

При всей моей злости на мужа и обиде, я рада, что у моего сына была семья полноценная. В тот момент мы были счастливы. Не кривя душой могу признать, многие и за всю жизнь не испытывают столько положительных эмоций, сколько я за время, проведенное в браке.

Это не отменяет, конечно, того факта, что мой муж козел. Но все же радует. Было бы хуже, страдай я на протяжении долгих лет.

Спустя какое-то время переодетая, высушенная и перекусившая Ева засыпает, опустив головку мне на колени.

— Жень, она уснула? — ко мне в спальню Алла заглядывает. — Может, попросить кого-нибудь перенести ребенка в их номер? Эта рыбина, похоже, не хочет с девочкой наедине оставаться, — кивает в сторону двери, намекая на няню. — Мне срочно нужно расслабиться и снять стресс.

— Так устала, что не смогу тебе компанию составить, — натянуто улыбаюсь. — Спать хочу. Что охрана говорит? Никого не нашли?

Я попросила их приложить все усилия для поиска родителей девочки.

— Нет, — Алла недовольно поджимает уголки губ. — Это как вообще? — кивает на ребенка. — Зачем вообще нужны дети, если заниматься ими не планируешь? Отель классный, но совсем не приспособлен для отдыха с такими крохами. Здесь даже детского бассейна отдельного нет. Залетают, чтоб мужиков к себе привязать, а потом…

— Алла!

— Что Алла? Я не права разве? Будь мы дома, я бы уже позвонила куда следует, — начинает белениться.

И я ее понимаю.

Алла хочет ещё что-то сказать, но наш разговор прерывает настойчивый стук в дверь.

Аккуратно убрав с себя головку девочки, встаю с кровати. Подруга за это время успевает выйти в прихожую и открыть дверь.

Первым делом замечаю высокого брюнета. На вскидку — мой ровесник. Костюм, часы и обувь дорогие настолько, что о статусе раздумывать не приходится. Он кричащий. От него за версту прет силой и уверенностью в себе. Папочка у нас объявился?

Я уже собираюсь высказать ему всё, что вертится на языке, но он медленно поворачивает голову в сторону и убийственным тоном произносит:

— Ты скоро?

Спустя пару секунд на пороге появляется трусящееся и блеющее создание.

Господи, она совершеннолетняя или как?

Внешнее сходство с Евой очевидно.

Извинившись, девушка втягивает голову в плечи и просит проводить её к дочери.

Весь мой настрой сносит в мгновение ока. В сознании что-то невольно щелкает, и я начинаю думать о том, что примерно так же Макс смотрелся со своей или со своими любовницами. Взрослый состоятельный мужик и девушка с придурью вместо мозгов. Спазм сковывает горло, не позволяя и слова произнести.

Это ведь пройдет?

Я ведь смогу когда-нибудь справиться с фантомными болями? Сколько нужно времени? До развода будет болеть или дольше?

— Я хотел бы Вас отблагодарить… — по-волчьи цепкий взгляд перемещается между мною и Аллой.

Ох, какие мы щедрые!

Ещё один козлина намерился все проблемы деньгами решить?

Но нет, так не пойдет!

— Вы бы лучше за ребенком смотрели, — произношу строго. — Пустите свой капитал на что-то более необходимое, например — найдите квалифицированную няню для девочки. Ваша дочка сегодня могла утонуть, а рядом не было человека, способного, а главное — желающего ей помочь!

Нагнетаю отчасти. Около бассейнов всегда спасатели находятся. Но разве много нужно крохе такой?!

Как только девушка выносит из номера ребенка, захлопываю дверь, несмотря на то, что мужчина остается стоять очень близко.

— Дяденьку такого красивого к нам занесло, — Алла паясничает. — А ты ему чуть нос не сломала.

— Поделом!