Глава 29

В субботу в два часа дня, подхожу к торговому центру – Мега-центр, на улице Чкаловской.

У входа меня уже ждёт Вера Олеговна.

– Добрый день, вот и вы. Ого, вы действительно решили полностью сменить имидж. Теперь вижу, что настроены серьёзно, – с милой, лучезарной улыбкой, рассматривает мою новую причёску,

– Приветствую. Конечно серьёзно. А сегодня ещё и приём у мэра. Как хотите, Вера Олеговна, но я должна блистать, – пошутила я и протянула ей руку для прижатия, – Позавчера купила себе красные туфли на шпильке, представляете.

– Ого, прогресс. Обещаю, сегодня у вас появятся под них наряды. Ну что, не будем терять ни минуты.

– На сколько вас отпустили?

– Думаю, два часа нам хватит, если не будем сильно расхаживать. Потом я должна вернуться домой, идём с мальчишками в кино, мне туда лучше не опаздывать.

– Семья это святое, – проговорила я, вспоминая как мы вчетвером, вот так же, на выходные с детьми гуляли, ходили в кино, на аттракционы, ели мороженное, бургеры и сладкую вату, покупали всякие смешные мелочи, маски, ушки, шарики, приколы. – У вас два мальчика?

– У меня муж и сын, я называю их – мальчишки.

Мы вошли в торговый центр и сразу к эскалатору.

Пока едем, Вера повернулась ко мне.

– Предлагаю сначала собрать всё, что вам нужно будет примерить, а основную часть времени распределить на примерку. Но вы ведь можете и без меня потом что-то присмотреть. Я вам дам направление в каком работать, уверена, что в вас проснётся аппетит, не сможете остановиться.

– Это вряд ли. Выбор нарядов – это не мой конёк. Без чьей-то помощи я могу сильно напортачить. Раньше мы ходили по магазином с дочерью, но её нет здесь уже четыре года, а в те редкие приезды, когда она вырывается, мы точно не ходим по магазинам.

Получается что у вас пробел в шопинге длиной в четыре года?

– Получается что так, – мы подошли к магазину с женской одеждой.

– О, как раз скидка на коллекцию, как раз то, что нам нужно.

– Это что на старую коллекцию? – с сомнением смотрю по сторонам.

Стойки с одеждой по цветам уже приятно отозвалось у меня где-то внутри. Я почувствовала, что именно здесь сейчас закупаюсь основательно и мне уже не придётся никуда ходить.

– Это значит, скоро придёт новая коллекция и нужно освобождать стойки. Это всего лишь движение товара, но не значит что со скидкой товар хуже, ещё вчера он был по полной цене.

– Ясно, значит это не такое уж и старьё.

– Нет. Приступим. Вы с той стороны, я с этой. Потом поменяемся, – Вера указала на стойку, я подошла и начала листать.

– Намекните хотя бы на что не смотреть, – я покосилась на консультантов, которые так и ждут, чтобы броситься выбирать мне одежду.

– Все холодные оттенки сразу – нет. Только тёплые…

– Холодные – это какие?

– Голубой, синий, серый…

– А черный можно? – я сразу наткнулась на платье черного цвета, достала его и показала Вере.

– Можно попробовать. Черный, в принципе пойдёт к вашему новому цвету волос, но тогда и макияж должен быть соответствующий.

– Это платье прямо тянет, чтобы я его примеряла, – рассматриваю платье с интересным декольте со спущенными плечами.

Раньше я на такое фигушки посмотрела бы, но сегодня настолько готова на радикальные перемены, что даже слегка открытые плечи меня не пугают.

– О, вот, Елизавета Михайловна посмотрите какое, вам это точно пойдёт, – она подняла вверх платье из яркой сочной ткани.

– Ну что вы, Вера Олеговна, куда я буду такое платье носить? – это точно для меня слишком ярко.

– Елизавета Михайловна, было бы платье, а куда его носить найдётся. Я вам настоятельно рекомендую взять это платье, чтобы надеть на сегодняшний приём. В нём вы порвёте шаблоны. Все будут в шоке от вашей красоты.

– Да я вообще не собираюсь там задерживаться…

– А вы задержитесь. В кои-то веки светское мероприятие, тем более с мэром. Я бы воспользовалась этой возможностью на всю катушку и обязательно бы сфоткалась с самим мэром. А что… почему нет.

– Ну не знаю.

– Вы обещали меня слушаться.

– Хорошо, я буду вас слушаться… но это платье, оно слишком.

– Ничего не слишком, я отбрасываю его на примерку, – она категорично кивнула.

– Ладно – на приём, мне важнее, в чём я пойду во вторник разводиться. Хочу, чтобы мой муж при виде меня упал в обморок и понял какую красотку он потерял, – шучу.

– Поверьте, так и будет.

А она умеет вселять оптимизм.

Мы набрали ворох одежды и я начала примерку…

Через полтора часа с кучей пакетов в руках мы вышли из магазина. Я остановилась, увидев напротив небольшое уютное кафе.

– Зайдём на минуточку? Кажется, у нас есть ещё немного времени. Я угощаю. Должна же я хоть чем-то вам отплатить. А пара пирожных ещё никогда не мешали.

– Я, вообще-то, на диете, – отвечает, подняв бровки домиком.

Видно эта диета ей не сильно нравится.

– Как это? Вы же стройная, – удивлённо осматриваю её фигуру.

– Потому и стройная, что на жесткой диете, – виновато пожимает плечом.

Только сейчас я замечаю что-то не то. Не такая уж она и счастливая, какой кажется на первый взгляд. И даже на второй. Пока мы занимались мной, я совершенно не замечала её, иногда задумчивого, грудного взгляда. Мне было некогда его замечать, я была очень занята, старалась успеть использовать её компанию по максимуму.

И вот теперь заметила её грусть.

– Десять минут и только кофе, – дружески беру её под руку и тяну к кафе.

– Уговорили, – не сопротивляется.

Мы вошли, сели за столик заказали кофе по-восточному.

– Честно признаться, я не думала что вы такая, – расстёгивает она куртку.

– Какая? – опустила пакеты на диван, снимаю пальто, кладу рядом.

– Ну, вы всегда такая строгая на работе. Настоящий начальник.

– Если я директор, то обязательно должны быть стервой? – улыбаюсь, надеюсь так же мягко, как и она.

– Ну-у, что-то вроде этого, – хмыкнула она.

Часы общения с ней накладывают на меня некоторый добрый отпечаток и заставляют тоже быть доброй. Быть может, мне просто не хватало вот такой подруги? Простой, искренней, симпатичной и доброй. Я много времени варилась в соку своего характера, своей должности и совершенно не замечала, что вокруг есть люди со своим более добрым отношением. Моё личное, было во главе угла. Только так, как знаю и рассуждаю я. Но Вера заставила сильно пошатнуться эту непоколебимую уверенность в собственных рассуждениях и видениях.

Она меня тоже разбудила сегодня. Так же как Александр, только в другом смысле.

И что же получается, я все время общалась не с теми людьми?

А сейчас начала общаться с теми?

– Ты знаешь… можно на – ты, очень неудобно говорить – вы, человеку, который только что пожертвовал ради меня кучей времени оторванного от семьи.

– Конечно можно, мы ведь не на работе. И это не жертва, вот если я опоздаю в кино, тогда будет хуже.

– Не опоздаешь, – я глянула на часы, у нас ещё есть целых двадцать минут. Я просто не могу расстаться с тобой просто так. Ты стала частью моего преображения и я хочу сказать тебе за это – спасибо, – я сжала губы и посмотрела на её милое лицо. – Надеюсь у тебя всё в порядке?

– Да, всё хорошо, – она слегка выдохнула, пытаясь убедить меня в том, что всё действительно у неё хорошо.

Только меня не обманешь, у меня на грусть чутьё. И ещё эта её диета…

– Знаешь, я вот сейчас так подумала, – задумчиво смотрю на принесённую чашку с кофе.

– О чём? – она помешала ложечкой кофе.

– Так, навело. Мысли… В молодости ты юн, беззаботен, ни о чём не беспокоишься. Зачем? Красивая, свободная. Любишь, его, он любит тебя. Вы счастливы. Ты выходишь за него замуж. Безумно счастливая. Он носит тебя на руках. Сдувает с тебя пылинки… У вас появляются дети… новые привычки, новые традиции…. И вот, ты понимаешь, ещё недавно ты была молодая девочка, стройная, фигуристая, раскрепощённая, смелая, свободная… и вдруг, у тебя появляется ответственности, обязанности, лишние пару килограмм, потом животик, потом какой-то целлюлит, потом его всё больше. Но ты занята, у тебя маленькие дети и муж постоянно работает. Ты нужна им, нужна своей семье и у тебя очень мало времени для себя. Его почти нет. Вдруг ты вскакиваешь. Срочно идёшь на йогу, на пилатес, пытаешься вернуть утраченную после родов красоту тела. И вот тебе уже 32. Начинаешь стараться сильнее, удержать, не потерять то, что есть… а оно, уже не постепенно, а буквально на глазах теряется… и ты понимаешь, что ничего не можешь сделать. Сколько бы ты не тратила на тренажёрные залы, косметолога, массажиста, на дорогие крема, шампуни, на стилистов, разглаживания волос, ламинированные, приклеивания ресниц, уколы… В какой-то момент ты понимаешь, чтобы ты не делала это процесс никак не остановить

Но самое страшное, что не только ты это замечаешь… Хорошо если он понимает что всё меняется, вы взрослеете, становитесь не такими юными как раньше. Хорошо, если так… Но большинство мужчин совсем не такие. В их мозгах всё совсем не так, как ты думаешь. Внутри своей головы он не такой как снаружи.

Однажды он начинает засматриваться на других, более молодых, с сияющими взглядами, свободных, юных, стройных, подтянутых, с хорошей кожей, с тонкой талией, без животика, с бёдрами без целлюлита… Вот тогда и начинают происходить те самые вещи, которых ты так боишься. Начинаешь понимать, что-то ускользает прямо у тебя из пальцев. Пока ещё не догадываешься что именно. Тупишь. Прикидываешься слепой, в те моменты, когда нужно широко раскрыть глаза и присмотреться… А однажды ты узнаёшь, что у мужа есть другая женщина и все твои старания и муки никому были не нужны… – я наконец выдохнула и остановила этот поток слов.

Я могла бы говорить ещё, дальше, но и так слишком много сказала.

Пять минут сидим в тишине, нарушаемой лишь тихой ненавязчивой мелодией.

– Так, всё… чего это я. Наговорила тебе тут всякого, – я достала карту и показала девушке официантке, она сразу подошла.

– Нет-нет, всё правильно. Так и есть. Вы очень верно всё описали… Да, просто нужно открыть глаза и присмотреться, – грустно кивнула Вера.

Мы расстались.

Я села в такси, сказала адрес загородного коттеджного посёлка.