Глава 28

– Вам не кажется, что вы преследуете меня? – встала в позу, отставила ножку, как Мэрилин Монро.

В этот момент чувствую себя кинозвездой, под софитами репортёров. Представляю, как я сейчас выгляжу, как видит меня человек, светящий фонариком. Он видит восхитительную женщину. Невероятную красавицу. Сексуальную. Ошеломившую его до такой степени, что за первой фразой не последовало ничего, только изучающий, я уверена, взгляд и осязаемое, торжественное молчание.

Обалдел полковник. Как же мне это нравится. Реакция на мой обновлённый внешний вид, мужчины, которому я точно не безразлична.

– Нет… не кажется, – наконец, серьёзный, недовольный голос позади фонаря, – это вам хочется так думать, что я вас преследую.

– Тогда почему вы всегда появляетесь там, где появляюсь я?

– Вы меня вынуждаете, – слышу усмешку.

Поведение моё тоже поменялось, стоило надеть эти красные лодочки, и я на глазах превращаюсь в искусительницу.

Это уже даже не флирт без последствий. У этого поведения обязательно, непременно должны быть последствия. Прямо сегодня.

– Разве? – прищурившись, мягко улыбаюсь.

– Ну хорошо, я признаюсь, – убрал фонарь, и я увидела в полутьме его лицо. – Это происходит, потому что мужчина на молекулярно-подсознательном уровне, выбирает именно ту женщину, которая меньше всего в нём заинтересована. Это пробуждает в нём инстинкт охотника. Если же завоевывать ничего или никого не нужно, мужчина чувствует свою роль невыполненной, либо же теряет интерес.

– Как точно вы сказали – теряет интерес, – уверенно подхожу к двери, – подержите, – сую полковнику в руки многочисленные пакеты. В этот вечер я зашла не только в обувной.

Достаю ключи, открываю двери. Краем глаза замечаю, в этот момент Александр, при свете фонарика из телефона, внимательно изучает мои ноги.

– Не туда светите, – улыбаюсь, – лучше посветите на замок, не могу попасть в замочную скважину.

– Обычно такую обувь надевает одинокая женщина, когда хочет привлечь внимание богатого мужчины, – задумчиво проговорил полковник.

– Не стоит мыслить стереотипами. Кстати, о богатстве – у вас ведь есть сбережения, счёт в банке, недвижимость? Если нет, то вы меня, по вашим же рассуждениям, совсем не интересуете.

– Издеваешься? – повернул фонарик, направил мне в лицо. – С какой целью интересуешься?

– Ну, ты же сказал, цель – покорить богатого мужчину.

– Считай, у тебя это получилось.

– А что насчёт богатства?

– Найдём, по сусекам поскребём, что-нибудь сыщется.

– Предупреждаю, я женщина капризная…

– Это я уже и так заметил. Можно было не предупреждать.

Я открыла дверь, щёлкнула выключателем, над крыльцом зажегся свет.

Повернулась. Смотрю на мужчину с пакетами в руках, и таким он мне показался… не знаю каким. Любимым что ли…

– Я это… чего пришёл, мне тут обязательно в субботу нужно идти на приём к мэру, по случаю празднования годовщины города… так вот, я хотел пригласить тебя пойти со мной. Если не хочешь, то и я не пойду. Там просто сказали, все начальники должны быть. Мы можем зайти, чисто отметиться, а потом уйти. Если не хочешь…

– Я пойду с тобой на приём, – говорю тихо, ласково глядя на него.

– Правда? – он явно обрадовался, – Отлично. Тогда… до субботы? – видит, что я не приглашаю войти.

Слегка зависла, глядя не его лицо. Как же хочется…

Шагнула к нему, положила ладони на его щёки. Выражение лица Александра слегка удивлённое.

– До субботы… ещё дожить нужно, – прикоснулась губами к его губам, обхватила его за шею, обняла, прижалась.

Он попытался обнять меня, да в руках пакеты мешают.

Я сама его целую! Когда такое было? Когда? Впилась губами в его губы. Стоим на крыльце, полковник на ступеньку ниже, и целуемся.

Если бы кто-то из моих знакомых сейчас посмотрел на меня со стороны, сказали бы – с ума сошла Елизавета Михайловна.

Еле оторвалась. Выдохнула, полковник тоже вздохнул.

– Спасибо, – проговорила, глядя ему в глаза.

– За что?

– За то, что разбудил меня.

– Я не думал, что бужу вулкан.

– Сам виноват, – усмехнулась, отпустила его шею. – А сейчас пойдём, накормлю тебя ужином, – повернулась, чтобы войти в дом.

– Интересно, а когда ты успела приготовить ужин?

– Не обольщайся, я купила готовый – роллы.

– Роллы?! – возмущённо проговорил, входя в дом с моими пакетами.

– Да. И если не собираешься отказываться, то, иди, неси свою наливку. Сегодня я точно собираюсь её попробовать.

– Ничего себе, – кладёт пакеты на диван.

– А что ты думал, я постоянно буду страдалицей, убиваться по своему развалившемуся браку? Развалился и чёрт с ним, значит, пришло время. Живём дальше.

– Ясно, я понял. Тогда я пошёл? – указывает в сторону своего дома.

– Давай, а я как раз накрою стол.

– Хорошо, я мигом… только это… туфли не снимай, – указал на мои ноги.

– Ладно, – кивнула совершенно серьёзно.

– Отлично – он развернулся и стремительно скрылся за дверью.

А я встала над пакетами, улыбнулась.

– Вот и отлично.

––

Спустя минут пятнадцать-двадцать, мы уже сидим за столом в моей кухне и, обмакивая в соевый соус ролы, поглощаем их с невероятной быстротой.

– Ты что не ужинал? – смотрю, как он опустошает коробку с суши, – Я думала, ты не любишь ролы.

– Не люблю, но я так и не успел поужинать. Тебя ждал.

– Так ждал, что даже не успел поужинать, – насмешливо выгнула бровь.

– Волновался, приедешь или нет.

– Хоть кто-то за меня волнуется, – тянуть за следующим ролом. – Ну а если бы я не приехала? Если бы там заночевала, в городе?

– Нет. Это вряд ли, – довольно пережёвывает.

– Почему это. Ты не допускаешь мысли, что я могу вернуться домой?

– У-у, не допускаю.

– Это уже интересно. Почему же?

– К мужу ты не вернёшься, в этом я уверен.

– Обоснуй? – беру палочками следующий рол.

– Потому что вы давно друг друга не любите, просто жили по привычке, до первого серьёзного кризиса. Вы бы расстались в любом случае. Насколько хорошо я знаю мужчин и мужскую физиологию. Знаю теперь тебя, твой характер… тот вчерашний, до этих красных туфель. Ваше с мужем расставание было неизбежно.

– Очень интересно и на чём основываются твои умозаключения?

– Всё имеет своё начало и своё завершение. Любовь тоже. Она просто заканчивается.

– Не обязательно. Я считаю, что она перетекает в какое-то другое, более серьёзное, стабильное чувство.

– Это женщины себя в этом убеждают. Про какое-то новое, стабильное чувство. На самом деле любовь умирает. Совместное существование перетекает в привычку. Привычка может однажды вылиться в ненависть. Вот как у вас с вашим мужем. Вы дошли до точки, после которой возвращение невозможно. Починить это нельзя. Это смерть отношений. Их не реанимировать, как не пытайся.

Стараюсь не раздражаться на его слова. Они зажигают внутри меня огонь противоборства. Хочется спорить, доказывать, но я, на удивление, спокойна.

– Как-то ведь живут люди вместе всю жизнь.

– Живут, но если залезть к ним в мозги и покопаться там хорошенечко, то можно много чего узнать… неприятного.

– Например?

– Ну, например, что они бы с удовольствием поменяли нынешнего партнёра на кого-то посвежее, помоложе…

– Это ты о мужчинах?

– Не обязательно. Женщины зачастую тоже хотят партнёра совсем не старше себя. Ну вот, сколько тебе лет?

– Э-э…

– Я знаю, что женщин не спрашивают о возрасте, но я о твоём всё равно знаю, – усмехается довольно.

Конечно, он уже знает обо мне всё вдоль и поперёк. В полицейском участке разузнал всю нужную информацию.

– А раз знаешь, зачем спрашиваешь? – обиженно нахмурилась.

– Ну, хорошо, я знаю, что тебе 47. И вот, встречаешь ты мужчину лет, скажем пятидесяти пяти…

– Это уже совсем дряхлый дед, – мотаю головой, – в свои 47, ещё себя причисляю к молодёжи, – улыбнулась.

– Вот видишь, то есть, мужчина, которого рассматриваешь в роли своего любовника, должен быть моложе 50?

– Однозначно, – пожимаю плечами. – Так, что это за разговор?

– Я чисто предполагаю.

– Вот и не надо предполагать. Я же не встретила такого.

– Тебе повезло, что ты встретила меня. А если бы не встретила, было бы тебе гораздо труднее.

– Глупости какие. Не приписывай себе сверхдостоинтсва. Это ты ко мне пристал, а не я к тебе.

– А ты умеешь подбодрить, – полковник ощерился, пережёвывая очередной ролл.

– Давай, скажи это, – я тоже понемногу начинаю быть недовольной. – На что ты намекаешь? Независимо от того, кто к кому первый пристал, виновата всегда останется женщина, мол, сама прицепилась, сама хотела. Да?

– Ты о чём? Я говорю вообще не об этом, – идёт на попятной.

– А я об этом! – кинула на стол палочки. – В любом случае мужик молодец, а она просто сама виновата, да?

– Так, всё! – Александр яростно кинул палки на стол, встал, шумно отодвинув стул.

Я даже испугалась. Довела человека?

И этого тоже.

Снова я, опять я. И да, я сама во всём виновата. Получается так. Хочу я или не хочу, а получается. Ну что за характер. И чего я завожусь с пол-оборота? Никогда не умею смолчать. Так никто меня не выдержит. Ни один нормальный мужчина.

Удивительно, что муж столько лет терпел. Ах он бедненький.

Александр сделал шаг в сторону. Я притихла.

Вот чёрт, было же всё хорошо…

Ну почему я из нежной Мэрилин обязательно спешу превратиться в Бабу-Ягу?

Кому должно это понравиться?

Полковник шагнул в мою сторону, взял мою ладонь, потянул.

– Иди сюда. Хватит болтать. Поздно уже, спать пора, – заставил встать, обхватил за талию и дёрнул к себе… и я забыла, что хотела сказать… это уже не важно.

Он положил ладонь мне на затылок, заставил посмотреть себе в глаза.

– Запомни, детка, я тут – главный. Не пытайся меня переспорить. Лучше целуй меня почаще… а я буду целовать тебя, – пожирает взглядом мои губы.

– Хорошо, – едва успела проговорить, как он впился в них своими губами.