Глава 14

– Нет, Алиса, в преферансе это так не работает, – говорит Ильдар и накрывает мою руку, которой я уже тяну на себя фишки. – Ты не выиграла.

– Я выиграла! – спорю с ним.

Он закусывает нижнюю губу и качает головой. В глазах смешинки.

– Выиграла! – повторяю и пытаюсь вытянуть свою руку из его захвата, но он держит меня слишком крепко.

Ильдар пытается разжать мои пальцы, которые мертвой хваткой вцепились в фишки и не выпускают их. Тогда я делаю обманный маневр. Подаюсь вперед и сближаю наши лица. Ильдар замирает, и я вижу, как расширяются его зрачки. Попался!

Пока он мечется взглядом между моими глазами и губами, я быстро вытягиваю руку и прячу ее под пледом.

Тогда Ильдар отстраняется и начинает громко, от души хохотать.

– А ты та еще лиса Алиса, – смеется и качает головой. – Ты только что лишила меня половины состояния на пустом месте.

– Не так уж и на пустом. Я старалась вообще-то.

– Я оценил, – улыбается и выпрямляется.

Оказывается, когда я подалась вперед, Ильдар тоже придвинулся.

Сглатываю, и с моих губ стекает улыбка.

В эту игру – и я совсем не про преферанс – мы играем уже неделю. Оба чувствуем, как сильно нас притягивает друг к другу. Просто невозможно противостоять этому притяжению.

Ильдар старается давать мне время отдохнуть, а я ему – поработать. Но мы сдаемся примерно к обеду. Он приходит в мою комнату и проводит там пару часов. Потом оставляет меня, чтобы я поспала, а через два-три часа возвращается.

Мы читаем друг другу вслух книги и новости из интернета. Потом обсуждаем их, даже спорим. А еще мы складываем пазлы, играем в настольные игры и в карты.

Только сегодня я осознала, что провожу с этим практически незнакомым мужчиной больше времени, чем проводила со своим женихом. Временами это ощущается странно, но только когда Ильдара нет рядом. А когда он приходит, я забываю обо всем на свете. Мы говорим так много, что под конец дня я иногда могу охрипнуть.

Надо сказать, говорю в основном я. Хотя я не из болтливых. Просто Ильдар умеет слушать с интересом. Даже тогда, когда мне кажется, будто я несу чушь, он все равно слушает так внимательно, что мне даже неловко.

Последние пару дней между нами проскакивает что-то, что я не могу объяснить, только чувствую. Как будто атмосфера между нами изменилась. Сначала она была прохладной, что объясняется тем, что мы чужие люди.

Потом стала теплеть, и я почувствовала, будто мы старые друзья. У нас во многом сходятся взгляды и предпочтения.

А сейчас все ощущается совершенно иначе. Как будто мы подбираемся к какой-то невидимой черте, отделяющей нас от чего-то невероятно важного. Трепетного. Горячего. Чего-то такого, чего каждый человек ждет всю свою жизнь. Будто мы были рождены для того, чтобы оказаться в этой точке.

Хотя примерно так я думала и про Павла. Мне казалось, что мы были созданы друг для друга. Мы роскошно смотрелись вместе. Да, спорили. Да, у нас были разногласия. Но не в ключевых моментах. Так, по мелочи.

Хотя, надо признать, я всегда ощущала со стороны своего жениха некую фальшь. Взять даже ту же музыку, которую он якобы любит. Я ведь знала, что он не наслаждается тем, что слушает. Но тогда мне казалось, что подстраиваться под общество правильно. А теперь я хочу только искренности и уверенности в том, что находящийся рядом со мной человек, говоря о своих предпочтениях, выражает истинные, а не те, которые, он думает, я хочу услышать.

– Мне надо поработать, – внезапно говорит Ильдар еще более хриплым голосом. – Встретимся позже.

– Спасибо за игру, – прочистив горло, отзываюсь.

Он еще ни разу так резко не заканчивал нашу встречу. Но, может, ему и правда срочно понадобилось?

Когда он уходит, я чувствую себя немного… неуютно. Как будто из комнаты разом выкачали всю радость.

Откинувшись на подушки, натягиваю плед до подбородка. Лежащие на кровати фишки врезаются в бедро и давят, но я ничего не делаю для того, чтобы убрать их. Столик, на котором мы играли, завален картами и фишками. Обычно после уходи Ильдара я сразу навожу на нем порядок. Но не сегодня. Не сейчас.

Сейчас я занята только попыткой понять, что происходит с моим сердцем, которое сбивается с ритма и колотится аж в горле. В животе томление, как будто там пробудились бабочки.

Но я же не могу чувствовать такое к Ильдару, правда?

Сколько вообще времени должно пройти, чтобы после разрыва с мужчиной испытать нечто подобное к другому?

Может, я просто пытаюсь заменить одни чувства другими?

Может, ищу замену Павлу?

Недовольно простонав, укрываюсь пледом с головой и зажмуриваюсь.

Надо отдохнуть. Надо поспать.

Но в голове слишком много мыслей, а сердце колотится, заставляя энергию бурлить во мне.

Отбросив плед, сажусь на кровати и поправляю волосы.

Надо спуститься вниз. Может, выйти на улицу прогуляться. У Ильдара потрясающий сад, в котором много хвойных деревьев, до сих пор зеленых, несмотря на покрывающие их шапки снега.

Пока лежала, Ильдар купил мне одежду и теплую обувь, и я каждый день выхожу на улицу. Сегодня, правда, я еще там не была. Но, наверное, пришло время.

Одевшись, спускаюсь вниз. Пару дней назад врач разрешил мне вставать с постели и даже рекомендовал выходить на свежий воздух, так что мне не приходится ни от кого скрываться.

Сегодня воскресенье, и прислуги в доме нет. Вокруг царит полнейшая тишина. Я слышу только какой-то голос из кабинета Ильдара. Похоже на то, что он разговаривает с кем-то по громкой связи.

Решаю не беспокоить его и быстро прошмыгнуть мимо кабинета, но торможу, когда собеседник Ильдара произносит следующие слова:

– Родители Алисы заявили, что у нее проблемы с психикой. И якобы подали в розыск, потому что сама она не способна отдавать отчет своим действиям.

– Вот сволочи, – рычит Ильдар. – Что мы можем сделать?

– Знаешь, – говорит мужчина, – если тебе так нравится эта девушка, ты можешь сделать освидетельствование и жениться на ней сам. Тогда она будет под твоей защитой. А если не настолько она запала тебе в душу, сын, рекомендую отпустить ее. Это не твоя забота. Тебе нужно найти другую девушку и заключить нормальный брак. С беспроблемной невестой.

Волоски на теле встают дыбом, когда осознаю, что и правда принесла Ильдару массу трудностей. Только вот что он ответит своему отцу? Отпустит меня? Почему-то от этой мысли мои внутренности сковывает холодом…