Глава 44

Через четверть часа Мирон входит в холл Модного дома и шагает прямиком к моей стойке.

Я увожу его в комнату и рассказываю про угрозы Иры. Мирону как любящему свою единственную племянницу дяде новость не нравится.

— Она пожалеет обо всем, — выслушав меня, обещает Мирон. — Ни Алена, ни кто-либо другой не узнают об этих фото.

— Алена, кстати, думает, что Ира — твоя невеста, — зачем-то вспоминаю я и натыкаюсь на негодующий взгляд Мирона. — Пришлось сказать так, — спешу оправдаться и быстро рассказываю о ситуации в ресторане.

Мирон качает головой и растирает переносицу.

Молча жду, когда он придумает, как решить проблему.

Он так похож на Захара, только у бывшего мужа волосы русые, а у Мирона темнее и стрижка другая. И глаза у Суворовых отличаются: у старшего светло-голубые, а у младшего — чистый янтарь.

И в повседневности Захар предпочитает спортивную одежду, а Мирон носит рубашки, но ему по роду деятельности положено — младший брат консультирует бизнесменов по разным вопросам и до неприличия много зарабатывает на этом.

— От тебя кое-что потребуется, Лиля, — говорит Мирон. — Ты должна послать сообщение Ире с телефона Захара. Написать, что жена его бросила, и он хочет встречи в месте, которое я назначу.

— И каким образом я должна это сделать? — поперхнувшись воздухом, во все глаза пялюсь на Мирона. — Я даже ее номера не знаю и не уверена, остался ли он еще у Захара…

— Я найду.

— Даже если найдешь… я не представляю, как возьму телефон Захара и буду строчить сообщение так, чтобы он не догадался. У нас сейчас не те отношения!

— Это не моя забота, — резко, даже раздраженно, отвечает Мирон. — Делай, что я тебе говорю, если не хочешь проблем.

— Ладно-ладно, — поднимаю ладони в мирном жесте. — Я придумаю. Но если Ира не поверит? Придет на встречу, а Захара там не будет, и она сбежит?

— Я возьму его машину. Этим вечером ты должна быть с Захаром.

— Уф… я все сделаю. Хорошо. Спасибо.

Коротко кивнув мне, брат мужа без лишних сантиментов выходит из комнаты персонала.

Позже Мирон присылает мне сообщение, в котором адрес, куда должна явиться Ирина, и ее номер.

Остаток дня я ломаю голову над поставленной задачей.

После работы захожу в ближайший круглосуточный супермаркет и покупаю миленький белковый торт.

Не придумав причину своего внезапного визита к бывшему мужу, вызываю такси и еду без предупреждения к нему на квартиру. В это время они с Аленкой уже там, в чем я на двести процентов уверена.

Выставив торт вперед и натянув улыбку, нажимаю на дверной звонок.

— А-а-а… вот и наша мама приехала. С тортиком, — удивленно говорит Захар, открыв дверь.

— Привет, — киваю бывшему мужу, чувствуя неловкость каждой клеточкой тела.

— Мама? — в прихожую выбегает Аленка, уже переодетая в пижамные штанишки и кофточку. — Ты почему здесь?

— Скучно мне. Без вас.

Захар отступает в сторону, приглашая меня войти.

Он тоже выглядит немного растерянным.

В квартире горит теплый свет и вкусно пахнет едой. Из гостиной слышится жужжание телевизора, по которому крутят мультики, кое-где на полу разбросаны Аленкины игрушки.

Переступив порог, меня с головой накрывает уютной домашней атмосферой. Здесь так хорошо… и тепло… У меня сердце сжимается в комок и душа болит. Мой коттедж снова кажется холодной одинокой крепостью, пусть даже с великолепным ремонтом и всеми удобствами. Потому что там нет Аленки и Захара.

— Мы будем есть торт! Ура! — прыгает от радости дочь и ведет нас в кухню.

— Ты забила на диету? — недоверчиво спрашивает Захар, разливая по чашкам кипяток.

— У меня сегодня читмил.

Ближе к одиннадцати мы вместе укладываем Аленку спать в комнате.

Диван для Захара уже разложен в гостиной поближе к телевизору.

Бывшая Аленкина детская полностью отведена для игрушек.

— Захар, — шепотом говорю, прикрывая дверь в спальню, — ты сможешь завтра увезти меня на работу?

— Хотел бы, но нет, — он чешет затылок. — Брат внедорожник попросил на день. Его тачка сломалась.

Понимаю, что Мирон выполняет свою часть плана. Значит, у меня не так много времени.

Но Суворов постоянно держит телефон при себе. Не придумав ничего удачнее, я подхожу вплотную к бывшему мужу и обнимаю его за шею.

Захар не должен в этом жесте заподозрить неладное. Мы замечательно занимались сексом и после развода. Не помеха.

— Сходи в душ, — шепчу я, видя, как у Захара вспыхивает взгляд.

— Я уже там был недавно.

Проказливо закусываю нижнюю губу.

— Еще разочек.

— Без проблем.

Улыбнувшись, как довольный кот, Суворов стягивает с себя футболку и шагает в ванную.

Надеюсь, его подозрительность исчезла, а кровь, подпитывающая мозг, стекла в член. У мужчин же две головы… и думают они ими попеременно — в зависимости от ситуации…

Едва услышав шум воды, я на цыпочках, как воровка, крадусь в кухню и хватаю со стола смартфон Захара.

Пытаюсь его разблокировать, но натыкаюсь на пароль. Понятия не имею, какой у него пароль! Черт! Проклятье!

Беру свой телефон и набираю Мирону.

— Какой у Суворова пароль? — нервно шиплю.

— Дата вашей свадьбы. Ты что, не знала?

— Нет… — меня лихорадит от волнения. Мысли в голове путаются. Не могу вспомнить. — Когда была наша свадьба, Мирон?

— Десятого ноября две тысячи восемнадцатого года, — цедит брат. — Соберись, Лиля!

Я сбрасываю звонок и кое-как открываю мессенджер.

Вбиваю номер Иры и вижу ее аватарку. Лица нет. Только сиськи, торчащие из дешевого лифчика кислотно-лимонного цвета. Под стать хозяйке. Переборов злость, торопливо пищу сообщение:

«Ирочка, меня бросила жена. Лиля такой негодницей оказалась! Я просто ошеломлен этой новостью, мое сердце разбилось на миллиарды осколков. Их можешь собрать только ты… Дорогая моя, я так ошибался, выбрав жену. Теперь хочу все исправить. Пожалуйста, давай встретимся сегодня в…»

Остается вбить только адрес, но я на всякий случай перечитываю сообщение и понимаю, что в эти слова Ира никогда не поверит. Их написала я, а не Захар. Обреченно вздохнув, стираю все и печатаю заново.

«Лилька, сука, кинула меня. Ну и пошла она к черту. По тебе истосковался. Хер стоит, башка не варит. Хочу тебя приласкать. Жду в гостинице “Заря”. Не опаздывай».

Вот это больше подходит Суворову.

Я отправляю сообщение Ире и тут же вношу ее номер в теневой бан, чтобы Захар не увидел от нее ответные сообщения. Все равно она прискачет и без длинной переписки с ним.

Почти не сомневаюсь. Ирина ведь отмороженная на всю голову!

«Я все сделала», — отчитываюсь Мирону.

Когда замок в ванной щелкает, я с невозмутимым видом сижу за столом и допиваю остывший чай.

Все мои мысли заняты Мироном и Ирой, пытаюсь представить, что задумал брат бывшего мужа, но никаких предположений у меня нет.

— Весна, пойдем, — в тишине квартиры раздается голос Захара.

— Да… — запоздало реагирую и встаю со стула.

Суворов заключает меня в кольцо объятий и осыпает легкими поцелуями шею. Напирает, подталкивая собой в ванную.

— Включим воду, ничего не будет слышно.

Усадив меня на подиум возле раковины, Захар сминает мою грудь через блузку, часто дышит, опаляя мой висок.

Только мои мысли снова и снова возвращаются к Мирону.

Я не в состоянии сейчас заниматься сексом. Меня просто разорвет, если я тоже не поеду в гостиницу «Заря», чтобы узнать, что Мирон собирается сделать с Ирой. Какие слова он подберет, чтобы она исчезла из нашей жизни навсегда.

Порой мне кажется, что эта женщина глухая и лишенная здравого смысла, раз она не поняла посыла Захара «пошла на хер» и до сих пор всерьез думает, что если бы не я, Суворов бы на ней женился…

— Я не могу, — шепчу и отталкиваю Захара.

— Но ты же сама попросила меня сходить в душ? — недоумевает он.

— Да, а теперь передумала. Устала очень. Или у меня ПМС. Знаешь, в определенные дни женщины бывают очень непостоянные.

Суворов тяжело выдыхает, но все же отстраняется от меня.

— Я почти привык к твоему непостоянству.

Соскальзываю с подиума на пол.

— Я, наверное, в коттедж вернусь. Зря вообще сюда приехала. Поцелуешь за меня Аленку?

— Куда ты собралась на ночь глядя? — теперь Суворов сердится.

— Не заставляй остаться.

На его скулах дергаются желваки.

— Как приедешь домой, обязательно напиши.

— Хорошо.

Никогда еще Захар не ловил меня на откровенном вранье, поэтому лимит доверия ко мне большой. Он действительно купился на мое переменчивое настроение и не вынуждает против воли заниматься с ним сексом или оставаться в квартире.

Суворов спускается со мной на улицу и лично усаживает в такси. Смотрит устрашающе в глаза водителю, приказывая доставить меня в целости и сохранности.

— Едем в гостиницу «Заря», — говорю водителю, когда отъезжаем от многоэтажки.

— Адрес другой указан.

— Я доплачу, — протягиваю ему пятьсот рублей.

— Хм, ладно, — соглашается он.

Однако по пути решаю, что подъезжать прямо к входу в гостиницу слишком рискованно. Прошу водителя остановиться за пару домов.

— Подождите, пожалуйста, меня здесь, — снова подкармливаю мужчину деньгами.

Хлопнув дверцей авто, осторожно иду к «Заре».

Свидание с Ирой назначено ровно в полночь. Сейчас без десяти двенадцать.

Из-за угла магазина, который соседствует с гостиницей, открывается отличный обзор. Возле решетчатого забора, который огораживает «Зарю», припаркован черный внедорожник Суворова.

Удачное место выбрал Мирон. Оно вроде бы и рядом с гостиницей, и в то же время не должно попадать под камеры, поскольку земля уже не является гостиничной.

Но пока я еще не понимаю, где именно сейчас Мирон ждет Иру, возможно, он уже внутри.

Подъехавшая машина такси заставляет меня попятиться в тень.

Вскоре из машины выходит Ирина.

Мерзкая любовница усердно готовилась к встрече. На ней босоножки на высокой платформе, красное обтягивающее платье, едва прикрывающее зад, и черная косуха. Волосы она помыла и расчесала.

Внедорожник Суворова подмигивает Ирине фарами, и она быстрым шагом направляется к нему. Открывает дверцу как к себе домой и беззастенчиво садится в салон.

— Вот же мерзавка… — шиплю я.

Через минуты две внедорожник качается.

Впиваюсь ногтями в кирпичную кладку магазина.

Что они там делают? Что вообще происходит?

Не верю, что чистоплотный Мирон мог прикоснуться к этой грязной женщине.

Я уже подумываю вмешаться, хоть и обещала брату мужа оставаться непричастной, однако дверь с пассажирской стороны снова распахивается, и из машины кубарем вываливается всклокоченная Ирина.

Ее пережженные волосы сбились в гнездо, а платье задрано до живота, и потому любовница светит своими трусами.

— Извращенец! Маньяк! — орет она и ползет задом наперед. — Помогите! Спасите! Убивают!

Вскоре из машины выходит и Мирон. Он одет. Что уже хорошо!

— Что же ты кричишь, как резаная, Иришка? — грубым тоном спрашивает он и надвигается на нее. — Ты же хотела любви и хотела кончать. Я тебе это устрою, невеста моя ненаглядная.

— Ты псих! Где Захар? Что вообще происходит?!

— А есть разница? Здесь же Суворов, правда, не Захар. Я выебу тебя так, что месяц ходить не сможешь. Ты же этого хочешь? Ради этого лезешь в семью моего брата?

— Не ради секса ты меня тут ждал! Что тебе нужно?

А ведь здравое зерно в ее крошечном мозге все же есть. Ирина тоже не верит, что Мирон может рассматривать ее как женщину.

— Ты, Иришка, фантастики пересмотрела, раз возомнила, что богатый и умный мужчина может серьезно увлечься такой примитивной бабищей, как ты. И реальность попутала, если думала, что шантаж и угрозы Лиле сойдут тебе с рук. Впрочем, я подыграю тебе. Хотела фантастики? Ты ее получишь. Хотела безудержного секса? Он у тебя будет. Я стану для тебя волшебником.

— Нет! — взвизгнув, Ирина шатко поднимается на ноги и пытается убежать, но Мирон хватает ее за копну волос.

— Грязная ты шалава.

Он тащит ее обратно в машину.

Мой телефон в сумке пиликает от сообщения. Черт! В это время мне может написать только Захар. Я должна ответить. На миг отвлекаюсь.

«Ты дома?»

«Да. Я готовлюсь ко сну. Все хорошо».

А когда снова поднимаю глаза, вижу, как вспыхнули фары внедорожника.

Мирон куда-то собирается увезти Иру.

Оттолкнувшись от угла магазина, со всех ног бегу к своему такси. На мне туфли, ходить быстро в них неудобно. Торопливо разуваюсь и снова бегу. Господи боже!

У меня адреналин зашкаливает от того, что задумал Суворов-младший! Я ненавижу Иру и желаю ей всего самого худшего, но сейчас мне даже за нее волнительно.

— За черным внедорожником, пожалуйста! — прошу водителя и подогреваю его энтузиазм новой купюрой.

Мирон везет Иру за город. На самый отшиб. В место, куда порядочные люди ни за что не поедут по своей воле.

Там располагается тюрьма, где нарушители отбывают наказание.

Таксист останавливается раньше, чтобы не быть замеченным, и тушит фары.

Я снова выхожу из машины.

Здесь так темно и страшно. В каждой тени деревьев, окружающих тюрьму, чудятся ужасные монстры. Лают собаки.

Спрятавшись за широкий ствол тополя, я наблюдаю, как внедорожник останавливается возле больших железных ворот, а от них тянется высокий бетонный забор, на вершине которого колючая проволока.

Вскоре створка ворот скрежещет, и выходит мужчина в форме.

Мирон тоже выходит из машины. Открывает пассажирскую дверь и силком вытягивает Ирину.

— Ты ненормальный! Отпусти меня! Нет! — визжит она.

Потом мужчины волоком тащат бьющуюся в истерике Иру на территорию тюрьмы.

Я не знаю, что Мирон задумал: провести экскурсию по страшным местам и до смерти ее напугать? наказать без суда и следствия? или отдать ее в лапы заключенных? У них там с женской лаской проблемы.

Каждая из версий ужасна.

Через минут десять Мирон возвращается к внедорожнику и тут же достает из кармана брюк пачку сигарет, выуживает одну и закуривает.

Задумчиво осматривается и смотрит в мою сторону, будто почувствовав, что за ним могут наблюдать.

А мне в этот момент страшно. И я все еще помню, что Мирон просил не вмешиваться. О том, что сегодня произошло, никто не должен был узнать.

Вздрогнув от его пристального взгляда, я аккуратненько крадусь обратно к такси и прошу водителя отвезти меня домой.