Глава 26. Варя

Грязная вода выплескивается прямо в лицо зарвавшейся суке. Она даже рот открывает от шока и как рыбка губешками своими надутыми шлепает.

— Ну как? — скалюсь я, чувствуя, как сердце грохочет в груди от праведного гнева. — Остыла?

— Ты совсем… совсем больная?!!! — верещит она, наконец придя в себя.

Боже, как же хорошо!

И почему я еще вчера так не сделала? Почему ушла молча, как собака побитая?! Будто это я тут виноватая! Надо было сразу навалять этой дряни! Но вчера я просто растерялась. Зато сегодня крайне счастлива ее неожиданному визиту! И тому, насколько она охреневшая тварь!

— Еще какая больная! — улыбаюсь ей как безумная. — Мужа значит моего захотела? А мне сидеть и не отсвечивать, говоришь? Уже бегу…

— Да я же помочь тебе хочу! — не угомонится никак болезная.

Ну и слава богу. А-то мне так понравилось. И тряпка половая так кстати на краю ведра повисла…

Подхватываю ее и смачно залепляю прямо по накачанным губам этой дряни.

Она плюется, отскакивает от меня, едва не падая на своих каблучищах и визжииит! Душа радуется.

— Да ты просто психичка нездоровая! — верещит шлюха. — Да я… я все Глабу расскажу!

— Ох, сделай милость, — язвлю я. — Чтобы я не утруждалась. Заодно и проверим твою теорию о том, как мой муж сильно меня любит, да?

Она бессильно пыхтит, пытаясь стряхнуть с себя грязь:

— Значит я… я в полицию заявлю на тебя!

— Валяй! Потом сама же будешь с адвокатами Глеба разбираться, — цежу я, решив припугнуть суку ее же любовничком.

— Да ты… ты просто…

— Я просто не перевариваю сук, которые раздвигают ноги перед чужими мужиками! — выплевываю я.

— Тогда надо было свои раздвигать, чтобы этот самый мужик налево не смотрел из-за недотраха! — шипит мне в ответ, но тут же бросается вниз по лестнице.

— Ах ты… дрянь! — швыряю тряпку ей в догонку.

А затем и пустое ведро из нержавейки, которое с грохотом летит вслед за шалавой по ступенькам.

Возвращаюсь в квартиру, захлопывая дверь. Чувствую, что сердце того и гляди выскочит из груди от ярости.

Вот же… сука какая!

Да я ж тебя…

Мечусь по коридору в каком-то совсем непривычном мне бешенстве. Хочу бросится за ней и добить! Но я к этой мерзости даже не прикоснусь. Еще не хватало руки об нее марать.

Вдруг вспоминаю, что забыла отдать ей то, зачем она пришла. Надо ведь исправить, чтобы у нее больше не было повода возвращаться в мой дом.

Врываюсь в ванную, срываю с крючка полотенце и только им беру подброшенные мне этой заразой трусы.

Выскакиваю из ванной и вбегаю в ту самую комнату, которая еще полчаса назад казалась мне страшной, будто из кошмара.

Сейчас же кажется страшнее, что я не закончила!

А окно на подъезд только отсюда выходит. Как раз открытое. Подлетаю к нему, и в этот самый момент из подъезда выскакивает моя жертва.

— Эй, курица! — окликаю я ее.

А она даже тормозит, и взгляд поднимает.

Надо же, откликается!

— Ты же свой драгоценный подарок от дорогого человека забыла! — швыряю в окно трусы вместе с полотенцем. Благо кроме нее двор на удивление пустой. — Забирай и не возвращайся больше!

Эта дура бросается ловить свои трусы над клумбой. А я замечаю знакомую машину, въезжающую во двор.

Вы только поглядите, как вовремя!

Ну раз уж все в сборе, значит заодно и продолжим раздел имущества!

Бросаюсь обратно в коридор, достаю у папы в инструментах… топор.

Нет, его кидать из окна я не собираюсь. Зачем же полезный инвентарь терять? Для него работа имеется.

В порыве необузданной ярости, а может даже в состоянии аффекта, рублю свой старый стол.

Он довольно хилый, поэтому сил много тратить не приходится, чтобы он разложился буквально на щепки. Даже странно, что он под этой шлюхой вчера сам не развалился. Видимо просто судьба не стала лишать меня такого удовольствия порубить «место преступления».

Бросаю топор. Сгребаю получившуюся труху в охапку и возвращаюсь к окну.

Глебушка не подвел на этот раз. Машину аккурат под моим окном поставил. Как знал, что я жду-не дождусь!

Внимательно оценив, что рядом нет людей, которых было бы жалко травмировать, выбрасываю щепки на машину мужа.

Дровишки сыпятся на любимый Гелик Глеба с глухим стуком. А шлюшка так и стоит, в шоке наблюдая за мной.

Что, не ожидала такого от «изнеженной принцессы», мразь?

— Я тебе покажу «сиди и не отсвечивай»! — рявкаю в открытое окно. — Вернее ты мне теперь покажешь как надо! Чтобы я тебя больше близко не видела!

Замечаю, как пассажирская дверь Гелика открывается, и Глеб выходит из машины, с каким-то неприкрытым удивлением глядя на меня. Вслед за ним из машины выходит и его водитель, и принимается оценивать ущерб.

А Глеб все смотрит на меня так, будто впервые видит. И что-то мелькает в его взгляде… Нет, это даже больше не сожаление, или жалость ко мне. Наоборот. Какое-то откровенное восхищение, будто я сделала нечто, чего он никогда в жизни от меня не ждал.

А я и сама не ждала.

И не хотела бы никогда знать эту свою сторону. Хотела быть тихой и правильной. «Изнеженной принцессой».

Но этот гад… он все испортил! Вместе со своей сукой!

К слову о ней. Заметив Глеба она бросается к нему, как к своему спасителю.

Я даже отсюда слышу, как она тараторит что-то, явно жалуясь на меня. Повисает на его руке.

А у меня будто силы закончились, когда я наблюдаю их вместе.

Опираюсь руками о раму. Захлебываюсь прорывающимися слезами и не могу перестать смотреть на них.

Она идеально подходит моему мужу.

Вся такая модная, сексуальная. Даже помоями облитая выглядит вполне достойно.

Не то, что я.

Простушка-училка, воспитанная отцом-офицером в строгости, и не позволяющая себе излишних вольностей. Одеваюсь скромно. И веду себя соответствующе.

Я трусиха. Может потому наш брак и развалился. А я даже не замечала этого.

Если бы я была смелее, я бы говорила мужу о своих желаниях. А может даже проявляла инициативу. Но я боялась. И считала, что у нас в отношениях все хорошо…

Глеб сбрасывает со своего плеча руки шлюшки. Конечно. Он ведь не настолько урод, чтобы разбираться со своей любовницей прямо у меня на глазах.

А затем кивает водителю и тот практически за шиворот запихивает шлюху в машину, и они тут же выезжают из двора.

А я зачем-то пытаясь предположить, куда они теперь поедут вместе.

В наш дом? Глеб отмоет ее, сделает ее хозяйкой, прямо как в какой-нибудь пресловутой «Красотке», и они продолжат проверять на прочность и остальную нашу мебель?

Или может просто в отель, чтобы еще разок испытать с ней то, что со мной не удавалось?

Признаться, я бы предпочла, чтобы он повез ее на море. В особенных ластах. Из бетона.

Сука!

Да как вообще посмела прийти! И это при том, что сама же заявляет, что он любит меня!

Любит. Смешно!

Он сам же говорит, что не верит в любовь.

А она просто курица тупая! Вот пусть теперь и исследует этого мерзавца бесчувственного на наличие хоть каких-то эмоций.

А для меня… все кончено.

Он уехал с ней. И на этом мы ставим точку.

Впиваюсь пальцами в подоконник. Лицо уже все мокрое от слез. Не могу удержать болезненный всхлип.

Но вдруг вздрагиваю, услышав, как щелкает входная дверь…