Глава пятьдесят шестая

Смутно знакомое поле заставило меня недоверчиво осмотреться. Дорога была одна. Я решила, что стоит пойти по ней дальше.

- Не хотят помогать, так я без их помощи обойдусь! А то надо же! Целой делегацией! – ворчала я, идя по дороге к пролеску. Обернувшись на мельницу, которая возвышалась над лесом, я немного успокоилась. Вроде бы правильно иду.

- Кто у нас тут решил отцовский долг отдать? Это от кого тут алиментами запахло?! – ворчала я, понимая, что единственный план, который у меня есть, называется нежно и пугающе «Импровизация». Почуяв, что у меня нет четкого плана, Алексашка должен был сейчас разбирать свое поместье и перевозить его куда-нибудь подальше. Возможно, он еще успеет! Или нет!

Огромное поместье желтого цвета показалось вдалеке и напомнило мне о том, как давно я не была на море. Оно было похоже на краба, сидящего среди зелени. Две изогнутые лестницы впереди напоминали загребущие руки - клешни: «Мне, мне, мне, все мне!». В высоком окне на втором этаже горел желтый и уютный свет.

Я не видела людей, которые бы суетились вокруг или во дворе. Еще бы! Время позднее, народ, видимо, спит.

По мере приближения я понимала, что поместье куда просторнее, чем кажется. Смутные воспоминания, мои или не мои, смешались в картинку бегства.

- Так! – заметила я, прикидывая, где ребенок? Сначала бы не мешало посмотреть, что там в окошке делается! А для этого нужно подняться по правой лестнице и аккуратненько пройти вдоль стены по тонкому парапету.

Собрав в кучку все годы фитнеса, вычитая из них все хот-доги, я осторожно разулась и стала босиком пробираться по холодному каменному поясу, опоясывающему поместье.

Прилипнув к стене, я стала красться, вспоминая всех человеков – пауков тихим завистливым словом.

Внезапно я услышала разговор, замерев возле окна и не решаясь пошевелиться. Сердце стучало громко и гулко, пока я пыталась проглотить его, чтобы расслышать слова.

- Нашли кормилицу? – спросил мужской голос. Я осторожно выглянула, видя золотую кудрявую макушку.

Кажется, это наш «яжебать»! Ой! «Яжебать» тебя в рот! Чуть не упала!

На секунду я дернулась, едва ли не потеряв равновесие. Но проявив чудеса гибкости, сумела намертво вцепиться пальцами в каменный выступ.

- Спокойствие! – сглотнула я. - Это не я должна бояться! Это он должен в случае чего обделаться, когда к нему в окно второго этажа с улицы злая баба заглядывает.

- Клич кинули! Всю деревню перебудили, хозяин! – послышался старческий голос. Я снова глянула мельком, видя, как в дверях мнется знакомая бабка. Та самая, которая не пускала Настеньку к барину. – Парасковьей кличут. Только вот недавно родила… Девка хорошая, добрая…

- Это хорошо, - произнес совершенно обычный мужской голос. Даже приятный. Алексашка встал с места. Он был высоким и одетым вовсе, не как колдун. На нем была белая рубаха, штаны и сапоги. Лица я снова не видела, зато видела чуточку оттопыренные уши.

- Проследи за ребенком, - произнес Алексашка, стоя спиной ко мне.

Нет, а что я ожидала услышать? Что самый сильный колдун через слово заливается гадливым смехом с подхрюкиванием и потирает ручки, как муха?

Я решила спрятаться, как вдруг рука, не нащупала камушек – выступ, за который можно ухватиться. Ой! Сердце чуть не охнуло в пятки, а я панически замотала свободной рукой, пытаясь схватить хоть за что – нибудь, пока вторая рука напряженно держала меня до побелевших и сведенных судорогой пальцев.

Мне показалось, или бабка заметила меня? Она посмотрела на меня в тот момент, когда я наконец-то ухватила за уступ. Сердце пульсировало в пальцах, а я пыталась успокоиться.

- Ой! – послышался громкий голос бабки, а я перепугалась до смерти. Сейчас сдаст! Точно сдаст!