Глава 11

– Миша, смотри, что папа тебе купил! Мальчик, отложив свои игрушки, спешит в прихожую из гостиной, а я уже достаю из большой коробки, доставленной только что курьером, специальный раскладной стульчик со столиком для кормления. – Да? – вопросительно говорит мне ребёнок, рассматривая пока ещё сложенную непонятную конструкцию. – Это чтобы тебе было комфортно кушать, – поясняю ему. – Видишь, как твой папа подсуетился: увидел, что мне не очень удобно тебя держать на коленях во время еды, и купил нужную вещь. Я иду на кухню, Миша хвостиком топает за мной. – Хотя ещё большой вопрос, будешь ли ты здесь сидеть, – задумчиво произношу, раскладывая стульчик. Читала в интеренете, что некоторые малыши наотрез отказываются есть за таким столиком и с истериками требуют, чтобы мама держала их на своих коленях. Однако все мои опасения напрасны: в обед Миша с удовольствием сидит на своём новом стульчике, со счастливым видом размазывает по лицу детской ложечкой овощной суп-пюре (не всегда получается попасть в рот) и улыбается мне. Конечно, я потом подключаюсь к процессу и помогаю ему направлять ложку куда нужно, иначе ребёнок останется голодным. Уложив после обеда Мишу на дневной сон, принимаюсь готовить ужин. За два дня, прошедшие после нашего с Димой разговора, отношения у нас немного наладились. Исчезли напряжённость, раздражение. Дышать стало как-то свободнее, что ли. И у меня самой проснулся аппетит, хочется чего-нибудь жирного и вредного, потому я решаю запечь свинину с овощами под сырной корочкой, а на гарнир сделать жареный картофель. Для Миши у меня уже есть еда, поэтому с ней заморачиваться не придётся. – Привет, – здоровается вернувшийся с работы муж, и мы с Мишей выходим в прихожую. Мальчик до сих пор очень настороженно относится к Диме и постоянно норовит прижаться ко мне, когда видит его. – Какие одуряющие запахи! – принюхивается Дима. – На ужин что-то вкусненькое? – Да, – киваю я. – Мой руки и иди за стол. – А это для Миши. – Муж протягивает мне пакет, и я с любопытством заглядываю в него. – Это молочные коржики, – поясняет мне. – Коллега говорил, что его годовалая дочь их очень любит. Может, и Мише понравятся. Мише действительно нравятся коржики, которые мы ему даем попробовать после ужина. «Да!» – выдает он нам свой вердикт, чем вызывает улыбки на наших с мужем лицах. Мы с Димой общаемся уже намного свободнее, но всё равно пока нет той близости, которая была между нами до появления Миши. И я не знаю, будет ли вообще когда-нибудь. – Поля, я так соскучился по тебе, – слышу шёпот со спины и чувствую горячие ладони мужа на своих плечах. Всё тело прошибает дрожь, и я делаю глубокий вдох. Не знаю, как объяснить себе то, что я до сих пор млею в объятиях этого мужчины, хотя он сделал мне невообразимо больно, предал, обманул. Видимо, мои чувства к нему сильнее, чем здравый смысл, и, как бы я ни пыталась их в себе загасить, они всё равно прорываются. – Миша уже спит? – спрашивает муж, проводя носом по моей щеке и глубоко вдыхая. – Да, – отвечаю ему низким и внезапно охрипшим голосом. – Может, вернёшься в нашу спальню? Мне так холодно там без тебя… Он разворачивает меня и впивается в мои губы таким жарким и требовательным поцелуем, что у меня нет ни шанса на сопротивление. И если поначалу я ещё упираюсь в его грудь ладонями, пытаясь оттолкнуть от себя, то уже через пару мгновений сдаюсь. Возможно, завтра я буду жалеть о том, что сейчас поддаюсь этому наваждению, но сейчас я просто дико нуждаюсь в этих объятиях и поцелуях. Мои чувства не исчезли окончательно, и я так соскучилась по Диме, что готова на некоторое время забыть о его предательстве. Мне хочется провести эту ночь с ним… Он подхватывает меня под попу и несёт в нашу спальню, продолжая неистово целовать. Мы скидываем с себя одежду и набрасываемся друг на друга, как голодные звери. Я в этот момент не думаю о проблемах в нашей семье, просто выбрасываю их из головы. Я плавлюсь от прикосновений горячих губ мужа к моей коже, от его ласковых поглаживаний и страстного шёпота. Прелюдия долгой не получается, и, когда Дима резким толчком входит в меня, я протяжно стону от крышесносного чувства наполненности. Жадно хватаю ртом воздух, когда муж набирает темп, и едва не кричу, достигая пика удовольствия. Дима вовремя закрывает мне рот поцелуем и продолжает двигаться во мне, а несколько секунд спустя изливается в меня. Мне так хорошо, моё тело расслабленное и разгорячённое, а все мысли витают где-то далеко-далеко. Не хочу сейчас ни о чём думать, желаю только одного – спать. – Поля, не бросай нас с Мишей, пожалуйста, – шепчет муж, когда я уже засыпаю на его плече. – Нам без тебя будет очень плохо… Утром встаю вместе с мужем, готовлю ему лёгкий завтрак и сама пью с ним кофе. И всё это я делаю не в «благодарность» за проведённую ночь, а потому, что мне очень не хватает таких наших прежних бытовых мелочей. Я к ним привыкла за долгую семейную жизнь, и сейчас, раз уж я согласилась попробовать сохранить наш брак, не буду намеренно всё усложнять. Получаю нежный поцелуй от мужа, обещание, что он сегодня опять не задержится в офисе, и закрываю за ним дверь. А потом просыпается Миша – и наш с ним день начинает течь по обычному кругу. Но поскольку по внешним признакам мальчик уже абсолютно здоров, я решаю свозить его в клинику «Здоровье плюс» к тому же доктору, чтобы окончательно в этом удостовериться. Виктор Геннадьевич, внимательно осмотрев ребёнка, выписывает заключение о том, что Миша здоров, и даёт несколько полезных рекомендаций на будущее. Наша жизнь после примирения с Димой заметно улучшается. Я просто принимаю ситуацию и решаю, что усугублять и нарочно нервировать себя и мужа не буду. Не могу сказать, что всё так же прекрасно, как и до появления Миши, но всё же неплохо. Дима действительно перестаёт задерживаться в офисе, вечера мы проводим все вместе, а в выходные едем куда-нибудь погулять. И мне даже начинает это нравиться. Возможно, кто-то меня осудит, скажет: «Да я бы никогда не простила мужа-изменщика! Тут же собрала бы вещи и ушла!» Что ж, могу на это ответить: я тоже раньше так думала. А сейчас, столкнувшись с этим лично, понимаю, что не всё в жизни так просто. Люди имеют право на ошибку. И если мой супруг оступился однажды, но остался со мной и сейчас пытается сохранить семью, я дам ему шанс. Тем более что и сама надеюсь на то, что мы ещё можем быть счастливы, ведь жизнь – штука сложная, всякое может случиться. Так своим чередом текут наши дни – без скандалов и ссор. – Большое спасибо, всё было очень вкусно! – благодарит меня муж и, встав из-за стола, целует в щёку. – Да! – тут же выдаёт Миша со своего специального стульчика. Ребёнку очень нравится за ним кушать, и у него всё лучше и лучше получается это делать самостоятельно, без моей помощи. Но вот других слов, кроме своего «Да», он пока не произносит. – Пойду немного поработаю в спальне, надо кое-какие документы проверить, – поясняет мне муж и уходит из кухни, я же принимаюсь за обычные дела – помыть посуду, искупать Мишу, подготовить его ко сну. Некоторое время спустя, когда ребёнок, сытый, вымытый и довольный, прижав к себе любимого тигрёнка, засыпает, иду из гостиной и слышу, как из-за приоткрытой двери спальни доносится негромкий голос мужа: – Мы же договорились, что ты не будешь мне звонить, когда я дома. Я замираю как вкопанная, боясь хоть чем-то выдать себя. – Таня, ты своими звонками ставишь меня под удар. С Мишей всё в порядке, не переживай. Он сыт, хорошо одет, ни в чём не нуждается и доволен жизнью. Полина справляется и ухаживает за ним не хуже, чем ты. Дальше тишина – видимо, некая Таня что-то говорит, а муж слушает. Затем вновь раздаётся его голос: – Давай завтра встретимся в «Итальянском уголке», в обеденный перерыв я смогу отлучиться из офиса, тогда и поговорим о Мише, хорошо? Снова молчание, а потом негромкое: – Тогда договорились. До завтра! Я некоторое время так и стою в коридоре, забыв, куда я вообще шла и что собиралась делать. Дима продолжает меня обманывать! Все его слова о примирении и попытке сохранить семью – ложь! Ведь он, судя по всему, только что разговаривал с матерью Миши! Боже, какая же я дура! Наивная глупышка! Развесила уши и поверила в то, что Дима меня действительно любит и Миша – результат давней и единственной ошибки! Я наконец отмираю и иду на кухню, ставлю чайник. По какой-то причине Дима забрал ребёнка у настоящей матери, но сам продолжает с ней встречаться, наврав мне про то, что она умерла. А ведь я поверила в то, что наша семейная жизнь может наладиться! Когда перевариваю эту шокирующую новость, снова чувствую полное опустошение. И мне от очередной порции боли и отчаяния совершенно не хочется громко скандалить, бить посуду и ругаться. В этот раз я всё хорошенько обдумаю и не совершу очередную ошибку. Я не позволю себя использовать в качестве бесплатной няньки для его нагулянного ребёнка! – Ты ещё не собираешься спать? – слышу голос мужа и резко оборачиваюсь: он так тихо вошёл, что я не заметила. Собираю все внутренние резервы, чтобы не выдать своего бешенства, и как можно спокойнее отвечаю: – Пока нет. Нужно кое-какие дела доделать. – Я тебя подожду… – улыбается Дима, явно намекая на интим, но я быстро мотаю головой: – Не стоит, ложись спать, тебе завтра рано на работу. А я с Мишей сегодня переночую. – Что так? – непонимающе хмурится муж. – Мы же в последнее время спим с тобой вместе… – Он сегодня плохо засыпал, беспокойно, – нагло вру я. – Боюсь, как бы опять не заболел. Лучше побуду рядом с ним. – Ну что ж, наверное, так действительно будет правильно, – вздыхает муж и целует меня в щёку, а я с трудом себя сдерживаю, чтобы не скривиться от отвращения. – Спокойной ночи! Он уходит, а я всё же завариваю себе чай и долго сижу на кухне, находясь в полной прострации. Я абсолютно не знаю человека, с которым живу несколько лет. Он научился виртуозно обманывать меня, а я испытываю к нему настолько глубокие чувства, что готова простить что угодно. С этим нужно заканчивать, причём кардинально, иначе моя жизнь превратится в болото обмана и предательства. Не хочу быть тряпкой, не желаю терпеть эти издевательства. Но как со всем этим справляться, если совершенно нет сил?