Глава 13. Надя и Руслан

Прошу воздержаться от спойлеров в комментариях!

от лица Нади

Трубно-перитонеальный фактор бесплодия. У моей сестры — бесплодие…

Я судорожно сложила бумаги, но не отдала.

— Я... мне нужно в туалет. Минутку.

Запёршись в кабинке, я развернула анализы снова, хотя цифры и термины уже не имели значения.

Бесплодна. Она бесплодна. Значит, не беременна от Руслана. Но это рождало ещё больше вопросов. Для Руслана так важно иметь детей, почему именно Наташа, он не знал, что она не может иметь детей? Или почему Наташа не поделилась своей бедой со мной? Потому что она уже давно с Русланом и завидовала мне? От этой мысли мне стало ещё горче.

В дверь туалета постучались.

— Наталья Николаевна? Вы там как? Доктор волнуется!

Я резко сполоснула лицо ледяной водой и вышла, сунув бумаги в карман плаща.

— Вот, извините, — я протянула медсестре листы с анализами Наташи. — Взяла чужие анализы не посмотрев, назвала свою девичью фамилию по рассеянности. Я — Измайлова. Надежда…

— Ой, — вскричала та ошарашенно, — сейчас отдам ваши, — поспешно забирая из моих рук анализы Наташки.

Она немного нервно улыбнулась и отдала мне мои результаты, с которыми я и отправилась к Юлианне Максимовне.

Кабинет Юлианны Максимовны казался сегодня особенно стерильным и бездушным. Я задумчиво сидела на краю кушетки, сжимая в руках свои бумаги.

— Ну что, Надежда Николаевна, — врач улыбнулась, просматривая мои анализы. — Все отлично. Малыш развивается как надо.

Я кивнула, но внутри все сжалось в комок.

— Скажите... — я проглотила ком в горле. — А что такое трубно-перитонеальное бесплодие?

Юлианна Максимовна замерла, затем медленно сняла очки.

— Откуда вам известен этот термин? — насторожилась она.

— Просто... случайно услышала в коридоре, — соврала я, ощущая, как горит лицо.

Она вздохнула, отложила мою карту.

— Это когда спайки в трубах мешают зачатию. Серьёзный диагноз. Если зачинать естественным путём, то шансы почти нулевые, три процента всего.

— Совсем?

— Только ЭКО, — она покачала головой. — И то не факт.

В кабинете стало душно. Я представила Наташу. Такую же, как я, сидящую на этом кресле. Только ей говорят не о витаминах, а о пробирках, гормонах, безнадёжности...

— Вам плохо? — врач наклонилась ко мне.

Я покачала головой, но пальцы сами сжали край кушетки.

Значит, она не беременна. Значит, Руслан и правду полюбил Наташу…

— Надежда Николаевна, вы точно в порядке?

— Да, — я резко встала, едва не задев стаканчик с ватными палочками. — Просто... жалко тех, кому ставят такой диагноз.

Юлианна Максимовна странно посмотрела на меня, затем протянула рецепт.

— Приходите через месяц. И... берегите себя.

Я приехала домой и отужинав с Валей решила лечь пораньше. Через неделю из командировки приезжает муж Вали и мне надо было искать жильё. Я сегодня поспрашивала у своих коллег, те обещали спросить у знакомых. Чтобы поближе к работе и не совсем развалюху с мебелью и техникой. Оклад на работе мне дали по верхней ветке. Даже удивительно для новичка. Но это позволит мне иметь своё съёмное жильё и более-менее сносную жизнь.

Я сидела на своём рабочем месте, изучая договор с очередным поставщиком, когда Ко мне подошла коллега. Ольга из отдела кадров с какой-то папкой в руках.

— Надюшка, тебе повезло, я в шоке, — улыбнулась она. — Как раз освободилась отличная двушка в пятнадцати минутах ходьбы до нашего офиса. Хозяйка просит смешные деньги.

— Сколько? — насторожилась я.

— Пятнадцать тысяч, — её глаза просияли, — знаешь, я просила сама, но у нас семья, а ей нужна чистоплотная одинокая девушка.

— Что? В этом районе? Да ты шутишь...

— Нет, — Ольга положила передо мной клочок бумаги с адресом. — Хозяйка говорит, главное, чтобы жилица была приличная.

Уже вечером мы с Валей съездили и познакомились с хозяйкой квартиры. Оплатила три месяца наперёд и уже сегодня же получила ключи.

Я кружила по полупустым комнатам (кровать имелась), касаясь пальцами подоконников, проверяя смесители. Всё было идеально. Свежий ремонт, новая сантехника, даже посудомойка и стиральная машинка.

— Кто в наше время сдаёт такое за пятнадцать тысяч? — остановилась я посреди гостиной.

Валька улыбнулась.

— Ты бы радовалась, а не искала везде подвох, — улыбнулась она.

Я вбежала в спальню и с разбегу плюхнулась на кровать. Валька бухнулась рядом со мной.

— Мягкая! — вскричала она и посмотрела на меня, — вот правильно говорят дал бог зайку, даст и лужайку... тебе везёт, красотка…

— Ну вот и дом, — прошептала я, поглаживая живот.

Валя улыбнулась.

От лица Руслана

Телефон зазвонил, когда я стоял у панорамного окна своей двухуровневой квартиры, сжимая в руке стакан виски. Лёд уже растаял, превратив напиток в мутную жидкость.

— Взяла ключи, — раздался в трубке голос.

Я кивнул, будто собеседник мог это видеть, и сделал глоток. Горечь разлилась по горлу, но не перебила ту, что сидела внутри с того дня, как я ушёл от Нади.

Взгляд упал на фотографию на полке. На ней мы в Сочи, её мокрые от воды волосы, моя рука на её талии. Тогда она смеялась, потому что вокруг неё плавал дельфин, и я испугался за неё, что он утащит её под воду.

Дельфин это херня, по сравнению с тем, что ждёт меня теперь.

Я потянулся к бутыльку с витаминами на журнальном столике, но резко одёрнул руку, когда в виске застучало знакомое предупреждение.

Внезапно дверной звонок прорезал тишину.

Я нахмурился. Кого нелёгкая принесла в такое время?

Дверь открылась, и в прихожей возникла Наташа.

Её чёрный плащ был расстёгнут, а под ним — только кружевное бельё, резко контрастирующее с бледной кожей.

— Я не звонил тебе, — грубо проговорил я, чувствуя, как голова раскалывается сильнее.

Она улыбнулась, проводя пальцем по моей груди:

— Я прихожу сама…