Глава 19

После того, как запись, которую я сделала, стала своего рода вирусом в сети, на меня обрушился просто шквал внимания. Причем случилось это на следующее же утро после того, как Иван привез ко мне Аркашу.

А в тот день, когда это произошло, малыш чуть не свел нас с ума. Особенно меня, потому что на каждый его вскрик я реагировала так, что мне казалось, будто мое материнское сердце не выдержит и разорвется в клочья.

Пока решено было не показываться сыну на глаза и дать возможность привыкнуть к новому месту обитания. Аркашей в основном занимались Арсений и Иван с Варей. А когда им удалось все же накормить малыша ужином и они втроем его искупали, Арс заглянул ко мне и сказал:

— Сейчас уложим его спать, он уже вовсю клюет носом и к маме больше не просится, а потом ребята уедут. Я заказал еду из ресторана, привезут через час. Тебе тоже нужно поесть.

Я запоздало сообразила, что действительно не ела уже очень давно. Только чувства голода почти не испытывала, сосредоточившись исключительно на своих переживаниях.

Благодарно улыбнувшись Арсу, я ответила:

— Хорошо, спасибо тебе огромное.

— Хватит, Соф, — тут же откликнулся он. — Перестань уже меня благодарить.

И вышел.

Когда Аркашу все же удалось уложить спать, а Иван с Варей уехали, мы с Сотниковым сели за стол и Арсений твердо сказал:

— Завтра же утром собираемся и поедем за город. Не хочу даже вероятности допускать, что кто-то по почину Владимира Алехина сможет нарушить твой покой.

Рассыпаться в благодарностях я не стала. По крайней мере, не хотела в очередной раз быть своего рода попугаем. Идея Сотникова мне более чем понравилась. Я очень надеялась, что когда Аркаша немного пообвыкнется, он уже не станет воспринимать меня настолько воинственно. А потом мы с сынулей поговорим о том, что никакая я не ведьма.

— Хорошо, — кивнула я и выдохнула с облегчением. — И я надеюсь, что Аркаша уже завтра не будет так меня воспринимать.

Отвечать хоть что-то Арс не стал, он просто протянул руку и сжал мои пальцы. Почувствовав, что по телу будто бы прошел разряд тока, я ощутила, как щеки мои заливает румянец и, быстро убрав ладонь, сделала вид, что сосредоточилась на еде. К такого рода эмоциям я пока была не готова.

— Он почти не поел, — покачал головой Арсений, рано утром зайдя в комнату, где я быстро складывала в сумку вещи на пару-тройку дней.

Телефон, который стал разрываться от входящих прямо с рассвета, пришлось отключить. Эту ночь я почти не спала — сидела рядом с сыном, который беспокойно спал на диване, и думала, думала, думала… По итогу пришла к выводу, что хочу уехать. Вот только восстановлю документы на Аркадия и сразу отправлюсь в другой город, где мы начнем новую жизнь. В идеале бы, конечно, подошла другая страна, но я подозревала, что Роман и Владимир подсуетятся и установят запрет на вывоз ребенка за рубеж.

— Не оставляй его одного, пожалуйста, — попросила я Сотникова. — Если нужно, я соберу вещи и для тебя.

Арс покачал головой.

— Не нужно. Там, куда мы едем, есть все необходимое. А по пути заскочим в детский магазин и купим то, что понадобится Аркаше.

Он ушел, а я, потратив какое-то время на окончание сборов, вышла к сыну и Арсению. При виде меня малыш тут же начал хныкать, но я мысленно приказала себе на это не реагировать.

Еще примерно через час, когда мы заехали в магазин, где Аркадий устроил настоящий концерт, и сели в машину, Сотников сказал:

— Сейчас заскочим в одно место, а потом в путь.

Я потерла виски и рассеянно кивнула. Меня мучила головная боль, и даже несколько таблеток, которыми я «закинулась», совсем не помогли.

Аркаша так и ныл, сидя в детском кресле, которое мы купили, а я мечтала добраться до места назначения и попытаться поговорить с ребенком. Он ведь уже смышленый мальчик, он должен все понять!

Когда Арс припарковался возле какого-то незнакомого здания и сообщил, что скоро будет, я откинулась на спинку кресла удобнее и прикрыла глаза. Я была очень терпеливой матерью, но то, что сотворили с Аркадием и как его накачали историями про ведьму, сейчас меня порядком раздражало.

А когда я посмотрела на Сотникова и поняла, что в поле зрения появилась та самая девица, которую я уже видела в офисе Арсения однажды, и с которой сейчас он встречался, нервы мои натянулись подобно тетиве, что была напряжена до звона.

Арс что, другого времени не нашел для того, чтобы устраивать свои свидания? Как он там говорил про нее? Что она не стоит нашего обсуждения? И вот теперь взял и приехал к ней на встречу, пока я сидела в машине один на один с плачущим ребенком!

А Аркаша, словно заведенный, продолжал хныкать, то переходя на рев, то немного успокаиваясь. В висках моих ломило так, что мне хотелось выкинуть собственную голову куда подальше. А Арс все говорил и говорил с Виолой. Один раз указал на нашу машину, куда его собеседница устремила взгляд. Растянула губищи в улыбке и тронула Сотникова за рукав.

— Хватит! — рявкнула я на сына, не сдержавшись.

Повернулась к нему и тут же себя обругала на всех возможных языках мира. Потому что Аркаша испуганно вздрогнул и втянул голову в плечи.

— Прости, маленький… прости меня, я не хотела, — забормотала, с облегчением наблюдая за тем, как Арс, наконец, прощается с Виолой и идет к нам.

И едва Сотников устроился за рулем, я не стала сдерживаться и слила на него весь негатив и все раздражение, которые бушевали внутри.

— Намиловались? — процедила ледяным тоном, когда Арсений вырулил на дорогу и взял путь в сторону выезда из города.

В ответ Арс бросил на меня взгляд, в котором сквозило удовлетворение, и поинтересовался совершенно спокойным тоном:

— Ревнуешь?

Я фыркнула и отвернулась к окну. Аркаша побухтел немного и успокоился. Когда я, насмотревшись на пролетающие мимо пейзажи, взглянула на сына, оказалось, что он задремал.

— Не ревную, — помотала я головой, вздохнув и потерев виски. — Просто удивлена тому, что ты встречался со своей Никифоровной. Говорил же, что она не стоит нашего обсуждения.

В ответ раздался мягкий раскатистый смех Арсения.

— Никифоровной… — повторил он за мной, улыбаясь. — Ну, вообще-то дед Виолы может тебе помочь. Вот я и встречался с нею. Он раньше в органах служил, сейчас уже на пенсии и где-то растит огороды. Я и решил его озадачить помощью, пока не начался дачный сезон.

Услышав это, я почувствовала себя неблагодарной. Но Арс ведь вполне мог меня предупредить о том, куда мы заедем. Да и Виола… Она ведь наверняка будет рассчитывать на что-то после этой встречи.

Как там говорил про Сотникова Владимир? Что Арсений переспал с половиной города? Вспомнив эти слова, я действительно испытала нечто вроде чувства собственничества, которое мне совершенно не понравилось. Пусть Арс и называл меня невестой, в этих словах нет и капли правды. И я не имела никакого права требовать у Сотникова объяснений, даже если он прямо при мне будет обихаживать отряд девиц. Вот только отчего-то мысли об этом мне совершенно не нравились.

— Извини. Я не должна была так себя вести, — проговорила я, снова отвернувшись.

И испытала возмущение, смешанное с щедрой порцией удовлетворения, когда Арсений ответил:

— Не извиняйся. Мне даже понравилось.

Загородный дом, в который меня и Аркашу привез Арс, оказался одноэтажным. В нем располагались две комнаты, большая кухня-гостиная и даже два санузла.

Сотников взял сына на руки, аккуратно, чтобы не разбудить, занес в дом.

— Пока уложу на кровать, а потом принесу остальное. Располагайся, — проговорил он вполголоса.

Пока Аркадий спал, я успела разобрать вещи, а так же продукты, из которых впоследствии планировала приготовить сразу и обед, и ужин. Арс занимался тем, чтобы наладить быт. Расчистил дорожки во дворе, растопил камин в гостиной. Я же, успев мысленно набросать меню на сегодня-завтра, прошла к сыну и прилегла рядом с ним.

Меня окутало ощущение безопасности и облегчение от того, что мы уехали из города. А еще — уверенность в том, что уж теперь-то все будет хорошо.

Не заметив, как это случилось, я провалилась в сон. А когда меня будто бы кто-то легко толкнул и вывел из состояния дремы, оказалось, что Аркаши рядом нет.

Подскочив на постели, я выбежала из спальни, и тут же выдохнула. Сын обнаружился сидящим на полу, вокруг него были разложены игрушки, которые мы сегодня ему купили. Рядом с Аркадием расположился Арс, он показывал малышу фотографии в телефоне и говорил… про меня.

— А вот здесь вы с мамой на море. Смотри, как она улыбается, а ты тоже доволен и смеешься.

Я замерла на месте, пока эти двое меня не заметили, увлеченные игрой и разговором. Откуда у Сотникова были мои фотографии, я не знала, но подозревала, что снимками его снабдил Ваня.

— Это твоя мама, — с нажимом повторил Арс. — Вот, смотри — и тут тоже вы вместе. Так что не нужно звать ее ведьмой, хорошо?

Лицо Аркаши я видела в профиль, но сейчас бы дорого заплатила за то, чтобы посмотреть на сына и понять, что же он чувствует и думает по данному поводу.

Ответа от него я не дождалась. Впрочем, когда я дала о себе знать и, пройдя к плите и холодильнику, взялась за готовку, истерик по поводу появления ведьмы сын устраивать не стал…