Глава 2

Стас напряженно смотрит на дорогу. Пятничная пробка на выезде из Москвы – явление привычное, но сегодня она особенно жуткая. Километровая вереница машин медленно ползет в сторону Рублевки. Я постоянно оборачиваюсь назад, проверяя, как там Мишутка. Малыш сладко спит в своем детском кресле, убаюканный мерным движением машины. В салоне BMW всегда царила легкая, радостная атмосфера, когда мы ехали на дачу. Стас включал нашу любимую музыку, мы болтали обо всем на свете, строили планы на выходные. Сейчас все наоборот – тишина гнетущая, тяжелая. Очень тяжелая. Только шум мотора и редкие гудки за окном. – Я сегодня сразу уеду обратно в город! – вдруг говорит Стас, не отрывая взгляда от дороги. – Очень много дел накопилось! Наверное, задерживаться в выходные не буду! Презентацию еще надо доделать! В понедельник крайне важный день! Выгодное предложение от французских партнеров поступило, контракт на строительство бизнес-центра, сейчас точно не до отдыха! Миллионы на кону! Я удивленно смотрю на его профиль. Красивый мужчина, мой муж. Резкие черты лица, волевой подбородок, карие глаза под густыми бровями. Я так ждала эту пятницу всю неделю. Планировала романтический вечер – купила дорогое вино, которое он любит, мясо для шашлыков, свежие овощи для салата. Даже белье новое купила – черное кружевное, безумно дорогое, потратила почти все деньги, что откладывала на новые сапоги. У нас давно ничего не было. То есть близость была, но какая-то механическая, будто по обязанности. А до беременности мы не вылазили из постели, из бассейна, пили вино на террасе, жарили мясо на гриле, занимались любовью под звездами… Я все понимаю – ребенок требует внимания, но Мишутка спокойный малыш, прекрасно спит по ночам. Его можно уложить в девять вечера, и до утра он не побеспокоит. У нас есть время друг для друга, просто Стас больше не хочет проводить его со мной. – Это из-за Оксаны? – спрашиваю прямо. – Прости, я слышала ваш разговор с твоей мамой. Стас напрягается так сильно, что костяшки пальцев на руле белеют. Он выругивается сквозь зубы – редкость для него, обычно он следит за речью. Резко достает пачку сигарет из бардачка и выходит из машины. Впереди авария, движение полностью встало. Многие водители вышли покурить, размять ноги. Я проверяю, что Мишутка крепко спит, и тоже выхожу следом за мужем. Понимаю – надо поговорить начистоту. Я слишком сильно люблю его, чтобы отдавать другой без боя. Подхожу сзади и замираю. Он стоит, прислонившись к капоту, курит и смотрит в телефон. На экране фотография – Оксана на пляже, видимо, Мальдивы или Сейшелы. Бирюзовая вода, белый песок, и она – в красном купальнике, который больше подчеркивает, чем скрывает. Длинные ноги, осиная талия, пышная грудь – все при ней. Он листает фотографии – вот она на показе в вечернем платье, вот на яхте в компании красивых людей, вот селфи крупным планом… Оксана красивая. Очень красивая. Я не могу с этим спорить – она словно сошла с обложки журнала. – Фотографии ее рассматриваешь? – стараюсь, чтобы голос звучал спокойно. – Может, нам на выходные лучше к моим родителям съездить с Мишуткой? Мама звонила, соскучилась по внуку. Чтобы не мешать тебе… работать. А то мало ли! Дача, конечно, прекрасная, но если ты занят… Я могу маме позвонить прямо сейчас, и мы развернемся. Ты нас довезешь и вернешься к своим делам. Пытаюсь придать голосу уверенность, хотя внутри все дрожит. Даже заплакать хочется – от обиды, от боли, от понимания, что теряю его. Вот так просто стою и понимаю, что мой брак рушится на глазах. Все хорошо. Просто это так больно, когда ты любишь человека всем сердцем, живешь им, дышишь им, а потом – такой удар. Он смотрит на фотографии другой женщины с таким выражением лица… С тоской, с желанием, с любовью. Да, именно с любовью. Он до сих пор любит ее. Я чувствую это каждой клеточкой. А я? А я люблю его. Безумно люблю. И получается, что бы я ни делала все эти три года, я так и не смогла помочь ему забыть ее. Не смогла стать единственной. Он все так же думает о ней, тоскует, а теперь, когда она вернулась… Он весь там, с ней, а я рядом – просто мебель, функция, мать его ребенка. Я знала это, чувствовала. Иногда ловила, как он подолгу смотрит куда-то в пустоту, и понимала – думает о ней. Видела, как он заходит в ее профиль в соцсетях – да, я проверяла историю браузера, стыдно признаться. Каждый раз давала себе слово сделать все, чтобы он забыл ее, чтобы полюбил только меня. Не смогла. Не забыл он ее. До сих пор любит… Стас резко оборачивается. Его лицо – маска. Нервничает, я вижу по тому, как ходят желваки на скулах. В его глазах читается все – что он многое бы отдал, чтобы сын был от Оксаны, чтобы вместо меня рядом была она. Его Оксана Котова. Супермодель, светская львица и просто женщина его мечты, которую он так страстно и безумно любил… и любит до сих пор. – Пробка начинает рассасываться, садись в машину! – говорит он резко. – Оксана просто у меня в рекомендациях высветилась! Случайно открыл! Ничего личного! Я не знаю, что ты там себе напридумывала, Оля, но это не так! Давай не будем портить пятничный вечер ссорами! У меня и так тяжелая неделя была! – Да? Раньше ее в твоих рекомендациях не было! – не могу удержаться от укола. – Специально искал? Добавил в друзья? Я не дура, Стас, я вижу! Не ссорюсь я, просто констатирую факт! Смысл ссориться! Я никогда не устраиваю сцен, ты же знаешь. Просто… я знала, что рано или поздно так случится! – Она написала по поводу работы в филиале! Попросила помощи с адаптацией! – раздраженно бросает Стас. – Мы взрослые люди! И мы с тобой уже это обсуждали – между мной и Оксаной ничего не может быть! Она в прошлом! – Ага, в прошлом! – усмехаюсь я. – Фотографии в купальнике рассматривать, наверное, тоже входит в рабочие обязанности? Это тоже часть помощи с адаптацией? Или это такой новый метод изучения резюме сотрудников? Поворачиваюсь и иду к машине. Внутри все горит. Слезы душат, но я держусь – не буду плакать при нем. Хватит унижаться. Может, написать ей? Поговорить, как женщина с женщиной? Но зачем? Что я ей скажу? «Не лезь к моему мужу»? Она засмеется. Да и он засмеется. Для них всех я деревенская простушка, которая непонятно как оказалась в их блестящем мире. Они будут смеяться надо мной, обсуждать, какая я жалкая… Нет, я выше этого. Ничего никому писать не стану. Она приехала, она работает в филиале его отца, она ему написала, он ответил, добавил в друзья в соцсетях, смотрит ее фотографии… Значит… Я даже думать об этом не хочу, но понимаю, что надо смотреть правде в глаза. Это конец. Скорее всего, это правда конец моего брака…