Глава 7

В воскресенье мы вернулись в Москву. Мама надавала гостинцев – домашние соленья, варенье, творог для Мишутки. Отчим долго держал меня за руку на прощание. – Помни, дочка, что я говорил. Не терпи унижения. Ты достойна лучшего. Квартира встретила идеальной чистотой. И запахом чужих духов. Женских. На журнальном столике – два бокала из-под вина. В мусорном ведре – коробки от суши и пиццы из дорогого ресторана. Стас был в душе. Напевал что-то. Счастливый. Я уложила уставшего Мишутку спать и села в гостиной. Ждала. – О, вы приехали! – Стас вышел из ванной в халате, вытирая волосы полотенцем. – Как съездили? Как твои родители? – Нормально. Стас, она была здесь? – Кто? – Он даже не покраснел. Профессиональный лжец. – Оксана. Не притворяйся. Я чувствую ее духи. – У тебя паранойя, Оля. Никого здесь не было. Я прибрался, вот и все. А духи… может, от прошлого раза остались. Ты же сама пользуешься разными. Я встала и пошла в спальню. На нашей кровати – свежее постельное белье. Но я знаю, чувствую – она была здесь. В моем доме. В моей постели. Достала чемодан, начала складывать вещи. – Ты что делаешь? – Стас стоял в дверях. – Собираю вещи. Мы с Мишуткой уезжаем. Я подам на развод. Он в два шага оказался рядом. Схватил за руку, больно сжал. – Никуда ты не уедешь! И на развод не подашь! Мой отец баллотируется в областную думу, выборы через два месяца! Скандал в семье погубит его карьеру! А я не позволю тебе разрушить планы семьи! – Твоей семьи! Я тебе не семья! Я – обуза, которую ты терпишь! – Не драматизируй! Ты мать моего сына! Жена! Это статус, понимаешь? Молодой успешный бизнесмен с красивой женой и ребенком – идеальная картинка для избирателей! Отец пройдет в думу, получит влияние, наш бизнес расширится! А ты получишь все, что захочешь – дом побольше, машину подороже, поездки за границу! – Я хочу любви! Любви своего мужа! А не подачек за то, что играю роль счастливой жены! – Любовь! – фыркнул Стас. – Оля, нам не восемнадцать лет! Какая любовь? Есть семья, обязательства, ребенок! Хватит романтических иллюзий! – А с Оксаной у тебя что? Тоже обязательства? Его лицо исказилось от злости. – Не смей говорить о ней! Ты ей в подметки не годишься! Да, она была здесь! И что? Имею право принимать друзей! – Друзей? В супружеской постели? Удар пришелся неожиданно. Щека загорелась огнем. Стас ударил меня. Впервые за три года брака. – Заткнись! – прошипел он. – Еще слово – и пеняй на себя! Ты никуда не уйдешь! После выборов – делай что хочешь! А пока будешь сидеть тихо и изображать счастливую жену! Ясно? Я молча кивнула. В глазах стояли слезы – не от боли физической, а от унижения. Человек, которого я любила больше жизни, которому доверяла безгранично, поднял на меня руку. – И Мишутку не вздумай забирать! Это мой сын! У тебя нет ни образования, ни работы, ни денег! Суд оставит ребенка мне! У меня лучшие адвокаты! Запомни это! Он ушел, хлопнув дверью. А я осталась стоять посреди спальни с горящей щекой и разбитым сердцем.