Глава 41
- Не хочу… не хочу…
Слова как лавиной огня по нервам. Сразу отрезвляют. Что я делаю? Я опять… Господи, помоги!
С трудом отрываюсь, прощения снова готов на коленях вымаливать. А она…
- Не смей останавливаться! Не смей.
Боже… Аленький! Если бы ты только знала! Я… я не смею! Я не могу! Остановиться сейчас, значит просто разрыв сердца. И все-таки…
Она же пожалеет! Я знаю… утром будет все совсем иначе, все будет видеться в другом свете. Снова меня обвинит. Нет, я готов все принять. Только… мне тоже очень больно. Я у черты, на грани…
- Марк… пожалуйста, сделай это!
Её огромные глаза, влажные, зовущие, дрожащие губы…
- Марк… Марк… Прошу…
Я не знаю, как это описать. Счастье? Даже это слово кажется слишком мелким.
Это что-то выше, глубже, сильнее. Это нечто, поднимающее вас над миром.
Любовь.
Мы слились в одно и я, наконец, чувствую себя живым. Я дышу!
Живу!
Люблю…
Шепчу, кричу ей об этом, молю внутренне поверить, простить, забыть. Отдаться навсегда мне, этим чувствам, этому пламени в огне которого сгораю без остатка.
Кажется, я умираю и воскресаю.
Не представлял, что это может быть так. Даже не думал.
Это что-то…реально великое. Когда ты смотришь в глаза любимой и понимаешь, что сейчас нет её, нет тебя. Есть вы. Вы – одно целое.
Я знаю, что и она это чувствует. Вижу. Это в моем сердце.
Губы сливаются в поцелуе.
Растворяюсь в блаженстве соединения.
Не хочу, чтобы это заканчивалось. Не знаю, что делать после. Просто… боюсь этого после.
Нет, я сильный, я, конечно, со всем справлюсь, но…
Когда она падает, обмякая в моих руках, для меня эта ноша – самая драгоценная.
Несу её в комнату, хорошо, что кроватка дочки в нише. Загорожена. Мы…
Мне бы не хотелось, чтобы она застала нас такими. Ясно, что малышка еще не поймет, но…
Кладу Алю на диван, она не выпускает.
- Злата… она может проснуться… Мне нужно что-то надеть.
- Не уходи, Марк… пять минут, побудь вот так со мной… пять минут.
Я готов остаться тут на целую вечность. Вместе.
Ложусь рядом.
Эта женщина в каждой клетке моего ДНК. В каждом нейроне мозга. В каждом эритроците. Она поселилась внутри, расположилась вальяжно и уходить не собирается. И я не хочу, чтобы она уходила.
Я правда готов бесконечно лежать рядом и смотреть.
Она засыпает. Смешно приоткрыв рот. А я…
Я хочу её всю, себе, обратно.
Хочу увести от всех, заточить в башне из белого мрамора, чтобы была только моя. Ну еще и Золотинка будет там с нами…
Улыбаюсь, думая о том, как повез бы их на свою виллу на остров. Океан. Белый песок. И никого.
Я купил его незадолго до ссоры с Алей. Хотел сделать ей подарок на Новый год. Она и не знает, что остров принадлежит ей. И назван в ее честь. Остров Алой зари… Там действительно фантастические восходы. И не менее фантастические закаты.
Я мечтаю привезти их туда, просыпаться пораньше, чтобы насладиться роскошным представлением, устроенным самой природой. А вечером ходить на другую часть острова по удобной навесной тропинке и любоваться закатами. Стоять обнявшись, прижимать их к себе, двух моих самых родных.
Любимых…
Дико хочу спать, но запрещаю, потому что Злата может проснуться, а я… Надо пойти, взять белье и халат, но сил нет, всё-таки проваливаюсь в сон.
А когда просыпаюсь… за окном уже ночь. Я лежу, укрытый одеялом, на ковре у дивана сидят Аля и Злата. Смотрят на меня.
- А вот и папочка проснулся, да?
- Папа пати-пати! Папа надо ням-ням!
- Да, папа будет кушать вместе с тобой, моя сладкая. Да, папа?
- Конечно буду. Только…
Улыбаюсь виновато, я не могу встать, мне нужна одежда.
- Мы сейчас пойдем на кухню, одевайся и приходи. Вещи на стуле.
- Спасибо.
- Телефон звонил.
- Хорошо.
Я пока не готов смотреть, кто звонил.
Ужинаем весело. Злата хочет, чтобы её кормил я. У меня получается довольно плохо, потому что она шалит. Мы смеемся.
И я счастлив. Ловлю себя на мысли, что Аля рядом. Она… она не спорит со мной, не ссорится, не настаивает на разговорах, не требует развода, о котором говорила раньше.
И мы занимались любовью.
И, кажется, ей все понравилось.
- Аля…
- Поиграешь с дочкой? Я пока тут все уберу.
- Да, конечно… а во что?
- Я вытащу игрушки, она тебе сама все покажет и расскажет. Главное, следи, чтобы она не уползала к окну и никуда не лезла.
- А… куда она может залезть?
- Куда угодно. Такая шкодная…
Аля стоит у раковины куда складывает посуду, Злата сидит в специальном стульчике и размазывает по столику остатки овощного пюре.
Я встаю, подходя ближе к любимой женщине.
- Шкодная? Вся в тебя?
- Нет, я не такая, я вообще в детстве была ангелом.
- Ты и сейчас… Аля, я… мы же поговорим, да?
- Да… конечно, - опускает голову, стоит, глаза потупив.
- Я люблю тебя, слышишь?
- Да… - шепчет тихо, не отвечает, да я и не рассчитываю. Для меня и так слишком много счастья на единицу измерения.
Несу Злату в ванную, чтобы умыть. Аля выкатывает огромную коробку с игрушками и просто вываливает их на пол. Ничего себе!
- Вот это богатство! Чёрт… я забыл, я же тоже привез. Сейчас, наберу водителю.
Беру телефон и натыкаюсь на сообщение.
- Чёрт… чёрт…
- Что случилось?
- Мне… мне надо вернуться в Москву. Срочно.
- Что случилось, Марк?
Сжимаю челюсти. Как ей сказать? Она же… она не поймет… Но врать я не могу. Не поехал бы, если бы не…
- Вовка в больницу попал. Кристина написала.
Вижу, как меняется лицо Али, бледнеет. Понимаю, что ей это слышать неприятно.
Делаю шаг, резко притягивая к себе.
- Аля, послушай, я люблю тебя, только тебя. И мне важны вы, ты и Злата, очень, но… я не могу оставить Вовку пока… Пока…
- Я все понимаю, конечно. Надо ехать.
- Аля, посмотри на меня.
Глаза поднимает, в там… там такая боль! Господи… ты еще меня испытываешь? Что же мне делать?
- Я не поеду. Я останусь с вами.
- Нет, Марк. Поезжай. Вдруг там что-то…
- Вы важнее. Вы сейчас для меня важнее всего, слышишь?
- Да…
Голову опускает.
- Ты же… ты не любил её, правда? Скажи?
- Нет. Конечно, нет. Я.. я женился потому что так нужно было, Аленький. Крис, она… она сильно болела. Она умирала. Врачи не сразу поняли, в чем причина. Да, там, как оказалось, много всего было и… сердце больное, с кровью проблемы… Я не мог просто дать денег и уйти. Понимаешь? Я взял ответственность.
- Если взял, значит надо… до конца. Она ведь всё еще твоя жена? А Вова…
- Уже не жена. Жена у меня одна. И всегда была одна. Только ты, слышишь…
- А мальчик, ты же усыновил его?
- Нет, просто опека. Это не так сложно было.
- Он, наверное, ждет тебя. Что с ним?
- Пока не понятно, Крис пишет увезли в операционную…
- Лети, Марк… лети. Ты им нужен.
- А вам? Вам я нужен?
Самый важный вопрос в жизни.
И она так долго молчит, разглядывая меня.
- Скажи… тогда… ты… ты любил меня, Марк? Почему… я не могу понять… почему ты так поступил?
Господи, если бы я сам знал ответ!
- Я не умел любить тогда. Слышишь? Не умел. Мне казалось, что все это игра… и я проиграл. Потерял тебя. Я знаю, то что я сделал забыть нельзя. Но… может быть есть шанс, что ты… попытаешься меня простить?
Снова молчит…
- Аля…
- Лети к мальчику.
- Ты можешь полететь со мной? У меня частный самолет. Я возьму вас.
- Нет. Это… сложно. Злата тяжело полет перенесла. Плакала сильно. И только-только акклиматизация закончилась. Ты лучше… возвращайся к нам скорее.
- Ты будешь ждать?
- Мы будем ждать.
- Я люблю тебя, Аленький.
Я не могу задать вопрос. Любишь ли ты меня. Права не имею на это.
Но когда она поднимается на цыпочки и прижимается к моим губам, мне кажется я взлетаю к небесам…
Господи, только не надо больше ада! Прошу!