Глава 15. Андрей

Знакомый частный детектив, который когда-то нарыл нам с Лёхой информацию по Софе, теперь занимается Таней. Я решаю, что пока не стоит беспокоить жену разговорами об этой сучке, тем более что та уволена. Но во избежание подставы не помешает узнать, откуда такая борзота в ней была. И как будто есть до сих пор – например, мне эта стерва очень активно написывает время от времени. Игнорю, но не блокирую. Жду, может, самой надоест изображать ко мне пыл и расколется в чём-то другом.

Но она упорная ведь. Слать мне интимные фотки и напоминать о жарких моментах ей совсем не влом. Причём впустую. А вот хоть в чём-то себя выдать…

Не пойму я её. Исключаю, что охренеть как загорелась ко мне, хотя очень даже страстной была. Но что-то тут не так. Другое.

Потому я даже толком не удивляюсь, когда частный детектив приходит ко мне с информацией. Оказывается, эта Таня не просто работала в главной конкурентной компании, но была там чуть ли не на определяющей должности. Главный финансист с обязанностями помощника босса. Многое решала именно она. Он ей явно сильно доверял.

И, учитывая её методы по обработке Сергея Александровича, могу только догадываться, почему.

Главная херня даже не в том, что эта сука не так проста, как кажется. А в тайнах покойного отца Софы. Выясняется, что он когда-то прогорел на выпуске продукции, в результате чего был на грани банкротства. И был вынужден обратиться за помощью к главному конкуренту. Тот с помощью коллаборации вытащил компанию Сергея Александровича, но все траты и проценты записал на него. И теперь, по сути, компания Софы в крупных долгах.

Её отец умудрился провернуть всё это втайне от своих сотрудников, о чём тоже договорился с конкурентом. Все документы их соглашений были скорее личными, на его имя, но с переходом к наследнику. А чтобы Сергей Александрович был под вечным колпаком, конкурент направил к нему своё доверенное лицо. Таню.

Почему умирающий отец Софы не рассказал о таких проблемах хотя бы финансисту, если не мне – понятия не имею. Как и то, почему эта стерва вела себя так, будто пыталась его соблазнить. Словно это ей что-то нужно было от него, а не наоборот.

По договорённостям Таня занимала подходящую должность, чтобы забирать фиксированную сумму в уплату долга. При этом работала скорее номинально, не выполняя никаких обязанностей. Просто тусуясь в офисе, за что получала зарплату от конкурентов, ведь выполняла именно их задание. И продолжала работать по-настоящему как раз там, а не у нас. Следила за происходящем в офисе Сергея Александровича, сообщала всё конкуренту. И ведь папа Софы пошёл на это. Был в безвыходном положении. Видимо, планировал закрыть весь долг к моменту передачи компании мне, поэтому не сообщал.

А после его смерти конкуренты упорно не давали о себе знать Софе. Даже притом, что она уволила Таню, этим оборвав привычную схему по отмыву денег и информации.

И вот это как раз напрягает больше всего. Не просто же так притаились. Задумали что-то? Впрочем, скорее всего, планировали изначально, учитывая поведение этой сучки. Она словно и на меня нацелилась, причём до сих пор, хотя теперь типа уборщик.

По всему получается, что Софе, возможно, придётся разгребать и разгребать кучу всего. А потому решаю, что стоит хотя бы попробовать самому. Хотя бы попытаться договориться на более-менее приемлемых условиях. В идеале, тех, при которых моя жена (а за прошедшую неделю после подачи заявления о разводе она ещё не перестала ею быть) никогда даже не узнает о роли Тани, не то что не столкнётся с ней.

И вот я сижу напротив долбанной стервы за столиком первого же попавшегося ресторана. Увы, на забегаловку Татьяна была бы не согласна. Но на это как раз похрен – хотя будь моя воля, я бы лучше сразу с начальником её говорил. Увы, чуйка подсказывает, что эти двое слишком тесно связаны, и пойдя таким путём, я и ему в немилость войду (особенно, если прочухает о происходящем в подсобке), и на её злость нарвусь (ведь он ей наверняка всё расскажет). А злить эту суку сейчас не стоит.

– Я знаю о долге Сергея Александровича твоему начальнику, – без обиняков заявляю.

Таня, конечно, ничуть не удивлена. Всё-таки не тупая, хотя и наглая до невозможности. Видимо, когда внезапно предложил встречу, всё поняла.

И, конечно, не упускает возможности посмаковать своё типа как превосходство. Усмехается злорадно, окидывает меня откровенным взглядом и, откидываясь на спинку своего дивана, скрещивает руки на груди.

– И? – выгибает брови. – Твои предложения? Вам на этот долг при нынешних оборотах ещё год пахать, а с учётом, что твоя стерва уволила меня, доверенное лицо… – Таня многозначительно выдерживает паузу, хотя и без того в нажиме её последних слов было понятно, что поступок Софы эта сучка спускать не собирается.

Хотя, блять, он был более чем логичный. Уж по-женски Таня могла бы понять. Тем более что уверен, она ещё и нарывалась.

– Она не знала об этом, – неохотно выдавливаю.

Меньше всего тянет извиняться перед Таней за Софу. Но и нарываться, утверждая, что всё заслуженно, тоже не стоит.

– Разумеется, она не знала, – насмешливо соглашается стерва, помешивая трубочкой в своём коктейле. – Она вообще мало что знает, а ещё возомнила себя руководителем.

Сжимаю челюсть. Бесят эти пренебрежительные высказывания в адрес моей жены. Ну и пускай она пока и вправду далека до владения бизнесом, тем более таким крупным, но уж точно не дурочка. И старается очень. За прошедшую неделю не только ухватывала все мои объяснения, но и разработала план по будущей продукции, опираясь на мои наработки. И вообще, осваивается потихоньку. За такой маленький срок с нуля мало кто смог бы. Тем более, в её возрасте и после пережитых один за другим потрясений.

К тому же, сам факт того, что в адрес Софы бросает что-то именно Таня…

– Сергей Александрович никого не ставил в известность, – сдержанно поясняю. – Я даже не увидел бы эти документы, не добудь их мой человек.

Долбанная стерва пренебрежительно фыркает, оценивающе скользя по мне взглядом. Небось чувствует себя чуть ли не госпожой в этот момент, хотя сама не так давно позволяла мне и шлёпать, и за волосы брать, и в рот иметь без перерыва.

Хотя нет, об этом всём вспоминать и не в кайф совсем. Скорее тошно. День, когда я разрушал всё, что было действительно дорого, причём толком того не сознавая.

– Я всё ещё не слышу твоих предложений, – заявляет Таня, недвусмысленно давая понять, что постараться должен.

А какие тут могут быть предложения? Выхода, по сути, только два. С натяжкой три, но третий совсем для беспринципных и рисковых. Первые два ещё куда ни шло.

Либо раздобыть каким-то образом довольно внушительные деньги и закрыть долг, либо нарыть на конкурентов компромат, чтобы самим стало выгодно замять. Первый почти нереальный – только если компанию продать, а для Софы это будет мощный удар. Квартиру мою бывшую, которую вроде как ей отдал? Это закроет лишь четверть. Погоды не сыграет.

Ну а второй надо проделывать очень осторожно, может испортить всё к херам окончательно. Потому что искать компромат в открытую – всё равно, что бросить вызов тем, в чьих руках сейчас слишком много козырей. Нарыть что-то втайне – ещё можно. Но каковы шансы? Это в фильмах на врагов всегда можно что-то найти и чудесным образом решить так все свои проблемы, а в реальности далеко не всегда всё настолько удачно складывается.

Потому и есть третий, совсем уж безумный вариант – подставить конкурентов самому, чтобы и нарывать ничего не пришлось. Во-первых, трудновыполнимо, во-вторых, низко, в-третьих, ставки слишком велики.

Таня многозначительно поднимает брови, давая понять, что ждет ответа. Почти отрешённо скольжу взглядом по креветкам в её салате, размышляя. Ну нет, при любом раскладе пока вариант один – выиграть время, прежде чем я начну пробовать оставшиеся. С первого, конечно же.

– Я прошу тебя не возвращаться в компанию и не предпринимать никаких движений, – почти мягко говорю, хоть и стараюсь не унижаться умоляющим тоном, чтобы эта сучка не очень-то и чувствовала свою власть. – Доверенным лицом могу быть я, предоставляя все отчёты и выплачивая фиксированную сумму каждый месяц.

Информацию тоже могу давать – разумеется, ту, что сочту нужным. Максимально безобидную, кое-где ложную, но искусно припрятанную правдой. Я уже настолько уверенно ориентируюсь в этом бизнесе, что смогу лавировать, играя на нужной стороне, но делая вид, что на другой.

Вот только Таня, увы, не из наивных.

– И где ты её добудешь? Украдёшь у компании? – ухмыляется, цокая языком. – Твоя даже бывшая зарплата не устроит нас после всего этого. Про нынешнюю промолчу. Не говоря уж о том, что доверия к тебе нет. Ты унижаться ради своей дурацкой любви готов, а тут вдруг будешь выполнять условия?

Всё-таки мне стоило подготовиться к этому разговору, а не назначать встречу сразу, как узнал информацию. С другой стороны – а сколько мог тянуть? Вдруг там прямо сейчас назревает что-то. И так чуть больше недели отсутствия ясности получилось – а это тоже тревожный звоночек.

Убедить долбанную стерву доверять мне как-то уже безнадёжно, с учётом, что то нахуй посылал, то игнорил все её сообщения. К тому же, прекрасно Таня видит, что я Софу люблю, о чём пренебрежительно и даже ядовито высказалась.

«Унижаться»… Это, видимо, о моей должности. Которая тоже нехило завязывает мне руки. Даже при гипотетическом согласии Тани на моё предложение.

Похоже, совсем держать в неизвестности жену не вариант.

– Я поговорю с Софой, – невозмутимо обещаю. – Вместе мы сможем выделять часть выручки так же незаметно, как это делал Сергей Александрович.

– А какой мне с этого прок? – демонстративно зевая, интересуется Таня. – Почему я должна идти навстречу? Твоя овца меня оскорбила. Может, заставить её извиниться?

Цепенею. Я не то чтобы отлично знаю Таню, но уверен, с неё станется добиваться унижения Софы. Скорее всего, долбанной стерве будет такое в кайф.

А жена и без того перенесла сразу кучу ударов подряд. Ещё и этот?

М-да… Ситуация совсем хреновая. Надо срочно искать выходы, пока Таня не ощутила власть настолько, что не начала откровенно наглеть. Эта сука и без того борзая не в меру. Если ещё увидит, что я резко против того, чтобы по нервам Софе ездила…

– Не ищи юридические способы справиться со мной, – неожиданно нарушает она паузу, беся снисходительным тоном и тем, что как будто мысли мои читает. – Попробуешь – нарвёшься на последствия сразу. Вернее, твоя компания.

А если ещё точнее, то Софа, как владелица этой компании. Да, знаю. Это и злит.

Были бы хоть какие-то юридические способы… Те, что в голову идут, ни разу не законны. А значит, могут дополнительные проблемы создать. Отбрасываю мысли об этом – тем более, раз я, видимо, слишком громко о таком думаю, раз Таня улавливает.

Смотрю на неё, чуть прищурившись. Пытаюсь понять, что на уме у этой стервы. Ради чего согласилась на встречу?

– Почему ты затаилась и не вывалила свои козыри сразу? – озвучиваю другое, впрочем, не менее важное. – Вместо этого писала мне всякую херню?

Не то чтобы я рассчитываю получить ответ, но хотя бы какую-то подсказку да. Не в словах, а в глазах. Но увы. Таня слишком уверенно держится, не отводит взгляд, ещё и улыбается насмешливо. Весь её вид полон превосходства, за которым такой яд, что аж не по себе.

Эта стерва наверняка привыкла ходить по головам. И принципы для неё вряд ли существуют.

– Я не буду посвящать тебя в свои планы, – надменно загадочно заявляет она. – Советую просто обдумать бесполезность какой-либо борьбы со мной.

«Бесполезность»… Пожалуй. Но я всё равно не собираюсь сдаваться и буду тянуть за все возможные ниточки. Опыт подсказывает, что такой метод частенько помогает всё-таки распутать клубок.

Мотивы Тани… Это важно.

– Ты спишь со своим начальником, – прощупываю почву, утверждая так, будто знаю наверняка. – С тем самым, кому должен Сергей Александрович.

Она даже в лице не меняется. Только и выгибает идеально выщипанные брови:

– И?

Демонстрирует, что ей всё нипочём. Возможно, так оно и есть. Властная стерва по жизни, любящая, когда её используют как вещь в сексе. Не такой уж редкий типаж. Можно найти подходы – но точно не вариант, потому что способ мне не подходит.

– А если он узнает о том, что между нами было? – пробую другой, впуская в голос вкрадчивую угрозу.

Не то чтобы жду, что вариант действенный. Так, на пробу пускаю. Даже не удивляюсь и не огорчаюсь, когда Таня усмехается нагло.

– Пфф, ты наивный, – она демонстративно закатывает глаза, качая головой. – Он сам женат и не против моих развлечений. Хочешь потопить себя ещё глубже – действуй. Но разумнее было бы договориться со мной.

Женат, значит… Я смотрю, для Тани подобные ситуации вообще не в новинку. Сам был на месте этого начальника, но слышать об этом гораздо более мерзко, чем когда-либо в жизни раньше. Хотя при мне упоминали такие ситуации, всегда воспринимал ровно, отделял секс от любви.

До момента, как трахнул Таню в подсобке компании, которая сейчас принадлежит моей жене.

Отгоняю явно лишние сейчас мысли о чьём бы то ни было моральном облике и цепляюсь за куда более важную. «Договориться»… Получается, это у Тани есть ко мне предложения?

Впрочем, уверен, что из разряда тех, которые не стоит и рассматривать.

– И чего ты хочешь? – бесстрастно интересуюсь. – Компанию, я правильно понимаю?

Это ведь единственная причина, по которой стерва могла крутить задницей перед Сергеем Александровичем, с которого больше и взять нечего. Хотела окрутить его так, чтобы на неё всё переписал? А теперь притаилась, потому что разрабатывает, как добиться этого в его отсутствие?

– Да, – даже не пытается скрыть. – Но можем поделить её на двоих, если поможешь мне окрутить твою дурочку и её нового хахаля. Я сразу поняла, на что ты нацелен. И вижу в тебе потенциал. Стоять на твоём пути, пожалуй, не хочу. Ты мне нравишься. Можем действовать вместе.

Хм, брешь в разуме таких вот самодовольных эгоистичных сук – настолько сильное самолюбование, что порой оно затмевает всё. Вот и эта стерва так наслаждается триумфом, что спокойно заявляет мне о планах, даже не подозревая, что диктофон у меня включен с самого начала нашей встречи. На всякий случай. Многого не ждал, но хоть что-то лучше, чем ничего.

Самое стрёмное, что предложи она мне что-то подобное год назад, задумался бы. Хотя нет, не привык ходить по головам. Думал, что у нас с Софой будет взаимовыгодный союз. Был слепым самонадеянным придурком. Прозрел, да, но поздно.

Хотя, возможно, ещё нет. Но сейчас не об этом.

– Ты ведь понимаешь, что я на это не пойду, – испытываю взглядом Таню, которая, конечно, может косячить, но вроде как не самая тупая при этом.

Сама же говорила про мою «дурацкую любовь».

– Рано или поздно тебе придётся выбирать, продолжать унижаться перед курицей, которая тебя никогда не простит, или взяться за свою жизнь, – не теряет уверенности стерва. – Ко всему прочему, нужные рычаги в моих руках. Например, я могу добиться того, что пущу компанию под суд уже сейчас. И не буду такой сговорчивой. Ну или захочу, чтобы твоя овца валялась у меня в ногах, если хочет оставаться на плаву.

Звучит как шантаж. Или я с Таней должен быть, или она начнёт агрессивно топить Софу.

Иными словами, выбор простой: либо она действует против жены без меня, открыто и жёстко; либо мы это делаем вдвоём, но втихую и изощрённо. Выбор без выбора. Кажется, мне всё-таки придётся дёргать за ниточки других вариантов.

Начиная с начальника Тани. Его подноготная, её – не только та, что с работой связана… Диктофон тоже мне в помощь. Возможно, её босс не настолько лоялен к блядству своей любовницы, как она пытается показать. Да и вряд ли он будет в восторге от того, что она строит какие-то планы со мной. Не думаю, что с его согласия.

А если ещё её личное прошлое ковырнуть… Возможно, Таня привыкла раскручивать мужчин.

Буду действовать осторожно, но решительно.

– Парочка неверных движений – и у неё не останется другого выбора, кроме как отдать компанию. Долги будут неподъёмными. Она прислушивается к тебе, ты легко направишь её по нужному нам курсу. Ну или убедишь сразу подписать нужные документы, – развивает свою идею Таня, видимо, приняв моё молчание за сомнения. – Чувства померкнут, когда ты наконец посмотришь реальности в лицо. Тебя ненавидит. Ты никогда это не исправишь, зато можешь похерить свою жизнь.

Уверен, что Таня считает себя дофига убедительной, потому что сама мыслит именно так. Всё воспринимает через призму личной выгоды. Даже отношение к тому или иному человеку. Скорее всего, искренне не понимает, как вообще можно иначе. Что можно беспокоиться о другом не ради того, чтобы он это оценил.

Поддерживаю с ней разговор, на всякий случай не переигрываю. Открыто говорю, что на стороне Софы. При этом как бы колеблюсь и весь такой отчаянный от неспособности решить проблему – даю это понять достаточными намёками, чтобы стерва уловила.

Не то чтобы она много чего нужного мне говорит… Всё-таки не дура. Хоть и не знает про диктофон, но прямых признаний не выдаёт. Привыкла хитрить.

Попробую и я. Придётся теперь со всех сторон вертеться, чтобы хоть как-то спасти ситуацию. И попутно не напортачить ещё больше.