Глава 31

Казалось, Милка молчала целую вечность.

- Говори уже, - я смотрела на неё с надеждой. Услышать ужасное не была готова, но мысли уже убежали вскачь. – Ну!

- Звонила тётка твоя, - наконец, произнесла подруга, и я смутилась.

- Тётка?

Этой что надо? Тоже позлорадствовать? Вообще не понимаю, почему они не сядут в тесном семейном кругу порадоваться, а звонят по очереди мне. Устроят потом гендерную вечеринку, купят детских вещей.

- Ты же сказала, что звонила мать, - не до конца понимала я.

- Это твоя тётка с номера матери.

Я округлила глаза. Где они пересеклись? Почему эта сволочь снова там? Чёрт, я планировала сменить замки, но закрутилась и совершенно забыла.

- Где телефон? – меня трясло. Раньше даже представить не могла, что такое может быть: я боюсь собственных родственников, потому что они отбитые отказались. И кто? Родная тётка и двоюродная сестра.

- На столе, - ответила Милка, и я пулей пронеслась мимо, забыв, что так и не нашла штаны.

- Что она говорила? – задала вопрос на ходу, чтобы быть в курсе.

- Чтобы ты забрала заявление, - Милка показалась в дверях.

- Ясно, - хмыкнула я, хватая телефон со стола. – Тяжёлая артиллерия подъехала. Вот Уваров мудак, - посмотрела на подругу, скривившись. – Уже тёщу подключает, да? Знаешь, в моих глаза он стал таким козлом с маленькими яйцами. Вот раньше другой был, - покачала головой, открывая нужный номер. – Высокий, благородный, красивый. Мечта просто! Я ловила завистливые взгляды девчонок, а сама думала: смотрите-смотрите, это мой мужчина! Знаешь, даже нравилось. Все хотят, а принадлежит только мне.

- Она угрожала твоей матери, - внезапно выпалила Милка. Подруга до последнего не хотела говорить мне это. Я оторвалась от экрана, на котором уже готова была нажать на номер, и посмотрела на подругу.

- Как это? - Не могла понять. – Что значит угрожает?

- Я подняла трубку, - словно оправдывалась Милка, что именно ей приходится доводить до сведения ужасную информацию, - она сказала, если ты не заберёшь заявление, матери может стать плохо.

- Они там вообще с ума сошли? – выдохнула я в ужасе. – Это уголовное дело!

Быстро набрала номер матери, заметно нервничая, на этот раз услышала именно её голос.

- Здравствуй, Кира, - спокойный, будто ничего и не произошло. Бросила взгляд на Милку. Пошутила? Но разве таким можно шутить?

- Привет, где она? – решила перейти к делу.

- Кто? – словно не поняла мать.

- Сестра твоя! – чуть не кричала я в трубку. Они издеваются все надо мной что ли?!

- Надя? – кажется, мать была немного удивлена, и на этот раз я посмотрела на Милку ещё пристальнее. – Откуда ты знаешь, что она здесь?

Здрасьте приехали.

- Дай ей трубку, - приказываю, и мать понимает, насколько я зла. Нам ещё предстоит поговорить, какого чёрта она впустила в дом эту стерву, а пока настраиваюсь на разговор.

- Кира? – голос такой, словно не ожидала меня услышать. – А мы тут с твоей мамой решили чаю выпить. – Елейный, приторный. Не знай я истинной натуры, решила бы, что он принадлежит очень приятной и милой женщине.

- Перестань, - мне не до шуток. – Ты только что звонила сюда.

- Может да, а может нет.

- Чего ты хочешь?

- Думаю, ты знаешь. Кстати, мы прекрасно проводим время с твоей мамой, - она сделала ударение на последнем слове. – Просто выполни просьбу, всем будет хорошо.

Телефон замолк. Она повесила трубку, словно была главной.

- Вот же сучка, - ахнула я. – Есть знакомый слесарь?

- Слесарь? – переспросила Милка, быстро перебирая в уме людей. – Нет, наверное.

- Ладно, поехали, по дороге найду.

Я не оставила ей выбора, просто командовала подругой, словно она была мне должна.

- Ты отвезёшь меня к матери? – спросила, одевшись.

- Конечно, какие вопросы! – тут же отозвалась, и вот мы уже мчим к её дому, пока я ищу любого профессионала.

- Алло, Олег? – интересуюсь в трубку. – Срочно надо заменить замок, у меня его нет, но всё оплачу.

Мне везёт. Первый же мужчина хочет заработать и летит на вызов. У него всё с собой, и я рада, что такие вопросы можно просто решить по телефону. Великая сила денег.

Буквально врываюсь в квартиру, шумно выдыхая, когда мать открывает дверь.

- Всё хорошо? – интересуюсь, проходя дальше.

На кухне спокойно сидит за столом тётка. И пока Милка нейтрализует мать, я задаю вопросы.

- Что вам от меня надо? – облокачиваюсь на локти, сидя напротив, и не отвожу взгляда от женщины. Не так давно я любила её. Всё же народная мудрость создавалась годами. От любви до ненависти один шаг, я полностью с этим согласна. Всех ненавижу, включая ту, что передо мной.

- Как грубо, Кира! – качает головой, играя на моих чувствах.

Я протягиваю руку к кружке с чаем, нюхая содержимое.

- Чабрец, - тут же оповещает она. – И мята. За кого ты меня принимаешь?

- За ту, кем являетесь!

- Просто забери заявление и оставь их в покое, как я некогда твою мать и отца.

- Да не трогала я вашу Нику! – взрываюсь и тут же жалею, что в её глазах не могу сдержать эмоций. – МНЕ. НА НИХ. ПЛЕВАТЬ. – проговариваю медленно и тихо, смотря прямо ей в глаза.

- Именно поэтому ты портишь жизнь моей дочери? – вскидывает брови, смотря насмешливо. – Просто признай, что зациклилась на Егоре, потому и делаешь гадости!

Хмыкаю, отводя глаза. Даже не понимает, что говорит.

- Я его не трогала, как и вашу беспринципную Нику.

- Врёшь и не краснеешь? – презрительно смотрит на меня. – Кроме тебя кому надо?

- Тому, кто ненавидит таких мудаков, - не выдерживаю.

- А потом говоришь про Нику! Сама же с другими и спишь.

- Вы мне свечку держали? – сдвигаю брови. Хочется выгнать эту тварь отсюда, кажется, ещё мгновение, и буду готова. Слышу голоса. Видимо, пришёл слесарь. Оно и лучше.

- Я подруге твоей передала, так что сама думай.

- Это угроза?

- Рекомендация.

Она поднялась, намереваясь уйти. Замок поменяю, но осадок остался.

- Кстати, поздравляю, - улыбаюсь ехидно, словно и впрямь рада. – Бабушкой скоро станете.

- Да уж раньше твоей матери, - тут же жалит. – Знаю, как она мечтала о внуках. Ох, и когда ж дождётся. Для этого же мужика хотя бы надо, - сожалеюще качает головой.

Думаю вцепиться ей в волосы, но сдерживаюсь. Ни за что не покажу, как хочу её убить за эти слова. В конце концов я сама первая начала.

- Уж с мужчинами проблем не имею, - криво улыбаюсь.

- Оно и видно, - бросает последнюю фразу, исчезая в проёме. А я продолжаю сидеть, пока моя подруга объясняет что-то слесарю и занимает мать. Хоть с кем-то повезло в этой жизни.

Как только замок сменили, забираю ключи и тут же выбрасываю старые.

- Как она сюда попала? – задаю вопрос матери.

- Так ключи были, - тут же объясняет она. – Сама вошла.

- А ты спокойно пустила?

- Кир, она поговорить хотела!

Стоит ли мать оповещать о том, что действительно хотела тётка? Да уж, с сёстрами нам обоим не повезло в этой жизни.

- Ну и? Поговорили? – скрещиваю руки на груди.

- Виновата я перед ней.

- Не начинай, - скривилась я, чувствуя, что сейчас станут обелять монстра. – Она не белая и пушистая, та ещё стерва.

- Просто с той поры мы как-то не говорили, обходили тему стороной. А вот сегодня она пришла сказать, что не держит на меня зла.

Цокаю языком. Какое притворство.

- Мама, - не выдерживаю, хотя прекрасно понимаю, она так и не стала собой после инсульта, всё же мысли не такие ясные. Будь прежней, выгнала бы взашей из-за случившегося со мной. Но обижаться не стану. – Она пришла, чтобы заставить меня забрать заявление на Уварова. Боже мой, - злюсь, потому что самообладание покидает. Бесит вся ситуация, злит принуждение. Но я решила: ставить под удар никого не стану. В полиции скажут как обычно: убьют – приходите. Но я себе подобного не прощу. Не знаю, поднимется ли рука у любимой тётушки, но проверять не намерена.

Милка чувствует себя неловко, потому пытается хоть как-то разрядить обстановку.

- А у нас на работе девочка в лотерею выиграла, представляется, пять миллионов! - внезапно говорит, и я удивлённо смотрю на подругу. Только что придумала, или откуда такая нелепица?

- Повезло, - тут же отзывается мать, а я понимаю, что пора замолчать.

- Ладно, - подвожу черту. – Нам пора, мам, - подхожу ближе, смотря в глаза той, что дала жизнь. – Не впускай сюда никого, кроме меня, хорошо?

- А соседку? – тут же переспрашивает.

- Её можно, - разрешаю. – И не злись на свою дочь.

- Думаешь, не понимаю? Просто тяжело уходить непрощённой, - слышу в голосе какую-то дрожь.

- Эй, - тут же хмурю брови. – Даже не смей думать о таком!

- Все там будет, - заявляет на это. – Может, потому и дан второй шанс, чтобы забыть свои обиды и примириться с врагами?

Что мне на это ответить? Я не знаю и спорить по этому поводу не собираюсь, если ей так легче, пусть.

- Она что-то тебе давала? – решила уточнить.

- О чём ты?

- Еду, напитки, - скоро у меня с такими родственниками разовьется паранойя.

- Надя принесла чай.

Я тут же залетела на кухню, быстро осматривая столешницу, нашла пакет и без жалости бросила в урну.

- Что ты делаешь? – не могла понять мать.

Спасаю тебе жизнь, подумала. Но я этого не сказала.

- Просто так будет лучше, поверь.

Забрала мусор, обняла её на прощание крепко, и мы с Милкой снова сели в её машину. Надеюсь, на этот раз вечер закончится спокойно, если подруга не передумала ещё проводить со мной время.

- Извини, - говорю в машине, когда отъезжаем.

- Не понимаю о чём ты, - пожимает плечами.

- То забрать меня прошу, то в разборках участие принять.

- Кирюх, я думала, такие вещи и обсуждать не стоит!

- Правда, спасибо, - я смотрю на неё, чувствуя, что выпита до дна, а потом откидываюсь на сиденье, закрывая глаза. Когда уже закончится этот чёртов день?