Глава 32

Мне всё же удалось расслабиться. И я безудержно смеялась, когда мы стали вспоминать прошлое. То, которое хотелось вспоминать, институтское.

- Хорошее было время, - задумчиво сказала я, когда смех выветрился из лёгких, и вздохнула, понимая, что та страница перевёрнута навсегда.

- Завтра мы будем ещё старше, чем сегодня, - произнесла Милка и потянулась ко мне бокалом.

- Это тост? – усмехнулась я, дотрагиваясь до стекла своим.

- Констатация факта!

- Почему ты до сих пор одна?

Наверное, вопрос прозвучал бестактно из моих уст, но он уже вылетел.

- Блин, извини, - тут же спохватилась, чувствуя себя скотиной. – Не знаю, почему спросила…

- Нет-нет, нормально, - успокоила Милка, махнув рукой, и задумалась. Допила остатки ликёра, отставляя бокал. – Наверное, я просто идеалист, - пожала плечами. – Помнишь Илью?

- Мазурова? – сразу пришла в голову фамилия.

- Да, - подтвердила Милка.

- Кажется, вы полгода встречались, - пыталась вспомнить.

- Как раз моя стажировка, - кивнула подруга. – Вот тогда я и влюбилась, как идиотка.

Я помню, она сильно переживала, когда произошёл разрыв. И вот тогда рядом была я. Сейчас всё наоборот.

- Почему ты говоришь именно о нём? Прошло ведь… - я прикинула, какой это был год.

- Три, - подсказала она.

- Да три года, - я вспомнила, что прилетела из Египта с Уваровым и понеслась к Милке. И снова Егор в моей памяти. Уваров, измена, беременность Ники. Чёртова цепочка пролетела быстро, и вот опять настроение сбито. Надо относиться к этому более спокойно, потому что каждый раз будет замыкаться на одном и том же, пока мне не станет всё равно.

- После него были мужчины, но будто переклинило. Я идеализировала его и пыталась найти похожего. Сама понимаешь, - усмехнулась, - такое же, но с перламутровыми пуговицами. Верила, что время вылечит, что это банальная страсть. Но, но. До сих пор не выветрилось.

- Почему не скажешь?

- Он женат.

Это Нику такие мелочи не останавливают, а Милка с другими моральными принципами, и я её понимаю. Будет страдать, томиться, но даже мне не показывала, что происходит на самом деле.

- Почему ты не говорила?

- А что это изменит? – грустный взгляд, как у побитой собаки. Сколько же боли таят её глаза.

Я поднялась с места, пересаживаясь к подруге на диван, и положила голову на плечо. И какое-то время мы молчали.

- Она больна, - добавила Милка, и я не перебивала, пусть сама скажет, что хочет. – А он – хороший муж.

- Откуда всё это знаешь?

- Мы переписывались. Нет, не думай, я не предлагала ему себя, а он не отказывался. Просто однажды написала «привет», будто случайно нашла, мелькнул, как знакомый друзей в сети. Что хотела? Да не знаю, просто узнать, как он. Что счастлив, что всё у него хорошо. Я никогда не желала зла, хоть и разошлись мы не лучшим образом. Но, надо признаться, он всегда был честен. Может, это меня и подкупило, что мы могли говорить о любом, не стесняясь, искали пути.

Вот и тогда он просто заявил, что встретил девушку, не знает, чем это кончится, но обманывать меня не станет. Знаешь, как он говорил? – она задумалась, будто припоминая точную цитату. – «Не стану поступать с другими подло, чтобы потому так же не поступили со мной».

- Он оставил тебя ради неё, - поняла я.

- Они поженились, - продолжила Милка.

- Значит, это именно та девушка сейчас больна?

- Да.

- Вы обсуждали это?

- Не в подробностях. Он писал, как ему больно, как страшно, рассказывал о походах к врачам и исследованиях.

- А ты?

- А что я? – хмыкнула. – Мне и самой её жаль. Представляешь, она даже моложе нас. Страшно, - голос тихий, у меня и самой мурашки побежали по коже, когда я представила эту девушку. Безликую для меня, но ту, что вынуждена готовиться к смерти.

- Мои проблемы померкли, - призналась Милке. – Неужели, кроме него больше не было ни к кому чувств?

- Знаешь, больше как нужда что ли. Типа, я понимала, что нормально, когда у тебя есть семья, дети, потом вы стареете вместе и смотрите, как у детей появляются свои дети. И вот поняла, не хочу видеть рядом тех, кого знаю. Вот был Денис, но только остаётся у меня, тягость какая-то, хочется, чтобы ушёл, хочется быть одной. И так почти со всеми. Может, я просто неправильная?

- Не все друг другу подходят, - пожала плечами. – Лучше сейчас понять, чем потом, как у меня.

- Ты хотя бы была счастлива.

- Не поспоришь, - усмехнулась, бросая взгляд на часы. Время давно ушло за полночь, и я знаю, что завтра мне, в отличие от Милки, можно поваляться в постели, она же часто работает на износ.

Проследив за моим взглядом, подруга засобиралась.

- Да нет-нет, - пыталась остановить. – Я тебе всегда рада. Давай сегодня ты останешься у меня, - предложила. – А что? Мне даже самой нравится!

- Ага, а завтра скажут, что у меня появился мужик, потому что пришла в той же одежде.

- Возьми мою, - воодушевилась. – Правда, всё, что захочешь. Ты мне как сестра, - я взяла её за руку, смотря в глаза. – Ты достойна счастья, уверена, обязательно найдёшь своего мужчину.

- Думаешь, я плохая, если общаюсь с Ильёй за спиной его жены? Это ведь неправильно?

- Вы не обсуждаете ничего такого, просто дружеское общение.

- Но, если бы у меня не было к нему чувств, я бы ни за что не написала. Выходит, это не дружба!

- Если не даёшь намёков, а лишь рядом, чтобы поддержать – это не предательство. Только сама страдаешь и рвёшь себе сердце.

- Иначе не могу, - я видела, как слёзы проступили на её глазах. – Так хочется сказать всё, что сидит внутри, но пересиливаю.

- Это мазохизм, - цокаю языком.

- Ну да, - усмехается сквозь слёзы. – Давай сменим тему.

- О, тогда расскажи мне о бармене.

- Юсупове? – она задумывается. – Мы с Жанкой не то, что подруги, так, знакомые. Давно уже не виделись, она постарше, а вот Даниил ровесник наш. Что я о нём помню? Карате занимался, мы даже как-то на соревнования к нему приходили. Плаваньем, вроде. Если честно, вообще не поняла, как он у вас оказался.

- А почему запретила приближаться ко мне?

- Да гадости он всегда делал, розыгрыши. Просто на всякий случай предупредила. Знаешь, как считаю. Отношения стоит начинать, когда завершены предыдущие, иначе ты просто запутаешься. Чувствуешь ты к человеку что-то, или же это банальный побег от произошедшего. Тебе плохо, вот и пытаешься найти замену. Хоть какую-то. И попадаешь в сети заблуждений. Нет, я не утверждаю, что у всех так, что о тебе речь. Я в общем.

- Ты права, отношения мне ни к чему.

- Но я не настаиваю, - выставила в мою сторону палец Милка. – Да уж. Учу тебя, когда у самой в жизни полная жопа.

- Ночуешь? – снова предлагаю, и она кивает.

- В любом случае придётся оставлять машину и ехать на такси. А потом завтра обратно.

- Я рада, что ты у меня есть.

- Взаимно.

Телефон Милки дзинькнул, и она тут же полезла проверять сообщение.

- Это он? – поинтересовалась я, поднимаясь с места, чтобы найти для неё постельное бельё.

Она долго читает, прежде чем ответить, а потом откладывает телефон, берёт диванную подушку в объятия и продолжает молчать. Выхожу из комнаты, занимаясь делами, у каждого должно быть личное пространство. Она была тактичной со мной, я буду такой же. Когда возвращаюсь, Милка всё же произносит.

- Она умерла, - смотрит себе на руки, и я не знаю, что именно чувствует в тот момент. Боль, горечь, облегчение?

- Его жена? – уточняю, чтобы не было путаницы, и Милка еле заметно кивает.

Я не знаю девушку, но отчего-то наворачиваются слёзы. На её месте мог быть любой другой человек. Например, я. И понимаю, что стану ценить каждый прожитый день и благодарить Бога за то, что жива, что имею здоровье, родных, работу, друзей. За то, что могу просто почувствовать радость от выпитого кофе или просмотренного фильма. От того, что ветер путается в волосах или звучит любимая мелодия. Благодарность за жизнь, которую дала мать, и которую следует прожить правильно.