Глава 11. Новая жизнь

Пять месяцев спустя

— Ты сегодня поздно? — спросила я у Эльки, наблюдая за тем, как она собирается на свидание.

Подруга выглядела великолепно в чёрном коротком платье и кожаных ботфортах до середины бедра. Ну конфетка, а не девчонка!

У Эльки наконец-то появился молодой человек. Его зовут Игорь, и он программист. Познакомились они на свидании вслепую в том самом ночном клубе «Осирис», где я застала за изменой Максима. И вот сейчас подруга собиралась в какой-то навороченный ресторан, где Игорь заказал столик на двоих.

— Либо поздно, булочка, либо только завтра приду.

Её щёки покраснели, глаза запылали искрами предвкушения.

— Эля, мне кажется, или ты влюбилась? — прищурилась я, ехидно посмеиваясь.

— Ой, влюбилась ещё как! Стоит только подумать о нём, и внутри бабочки начинают порхать как сумасшедшие! — подруга мечтательно закатила глаза и выглянула в окно. — Всё! Приехал!

— Ну тогда беги! Не задерживай хорошего парня! — поторопила я её.

Элька завернулась в бежевое пальто, подхватила маленькую сумочку и резко обернулась в дверях:

— Телефон скорой помнишь?

— Помню, — протянула я нудно.

— Хорошо. Еда в холодильнике, спички и свечки во втором ящике комода. На тот случай если свет отключат.

— Эль! — буркнула я. — Я не больная, а всего лишь беременная!

— Я никуда не уйду, пока не буду знать, что ты справишься без меня до завтрашнего дня!

— Да нормально всё будет, ничего со мной не случится! Иди, — ворчала я, подталкивая её на выход.

— Ладно. Не скучай и пиши, если что.

— Давай, ты лучше хорошо проведи вечер с Игорем и не держи парня на голодном пайке уже какое свидание! — прыснула я в ладошку.

— Ну тебя, Лисевская!

Закрыв за подругой дверь, я отправилась в свою комнату. Потянулась, сделала несколько круговых движений руками, покрутила тазом и почувствовала удар в живот. Это дочка пинается. Шёл только восьмой месяц, а она уже плясала в животике как заведённая. Я блаженно улыбнулась от этих приятных ощущений и погладила пузико там, где малышка пнула крошечной ножкой.

— Хорошая моя, дай мамочке ещё пару часиков поработать, а потом можешь пинаться сколько влезет.

Доченька, словно услышав мою просьбу, сразу успокоилась. Мы вообще нашли с ней общий язык. Я решила, что назову её Алёной, в честь бабушки по маминой линии. Бабуля была прекрасным человеком и знала, в каком аду жила мама с отцом. Сколько раз она умоляла её уйти от него, но та ни в какую. Зато бабушке всегда хватало смелости нас с Лерой защитить. Она на равных ругала отца и костерила его на чём свет стоит. Ему, конечно, было всё равно. Где он, а где какая-то полоумная «старуха»? — так он её называл, но в дом тем не менее пускал, когда та являлась на порог, чтобы забрать нас с сестрой, когда он злился из-за очередной неудачи в бизнесе и днями напролёт отрывался на матери.

Только сейчас я понимала, насколько смелой оказалась бабушка. Жаль только, что она умерла, когда я была совсем маленькой. С тех пор несколько раз в год я приезжаю к ней на могилу, хотя похоронена она на юге страны.

Проводив Эльку на свидание, я обрадовалась, что смогу в тишине немного поработать. Я села за рабочий стол и открыла ноутбук. Пролистала свою рабочую страницу и, заметив во входящих заказах несколько новых, принялась с интересом изучать техническое задание. Последний заказ оказался довольно крупным. Заводу по производству шоколадных изделий требовалось перевести всю документацию с английского на русский язык и, соответственно, наоборот. Я обрадовалась, потому что с удовольствием брала заказы перед родами. После того как малышка появится на свет, я несколько недель как минимум не смогу заниматься работой, поэтому готова была работать до родов столько, сколько смогу.

Тот день, когда Максим указал мне на моё пустое место и признался, что я никогда ничего для него не значила, стал для меня самым чёрным в жизни. Я понимала, что ради доченьки не могу позволить себе горевать из-за того, что её папа так меня и не полюбил. В конце концов, я не могла его винить — сердце не выбирает. А моё по какой-то причине остановилось на нём. Это жизнь, и тут ничего уже не поменяешь, не навяжешь свою любовь насильно. Тогда, в тот вечер, я выплакала все слёзы, которых оказалось слишком много. Всю боль излила, прощаясь с ним. И со временем я отпустила его. Да, конечно, сердце ещё трепыхалось, если где-то вскользь упоминалась фамилия Витебских, но уже не сгорало в пламени тоски.

За пять последних месяцев ни отец, ни сестра не попытались мне написать и узнать, как у меня дела. Мама тайком встречалась со мной несколько раз, но я слишком за неё переживала и боялась, что если отец узнает о наших встречах, то в следующий раз она просто не сможет прийти физически. Он был настоящим монстром, и сестра моя Лерка выросла такая же. Вся в отца. Такая же жестокая.

Внезапно телефон завибрировал на столе.

— Екатерина Лисевская, добрый день! — монотонно, но доброжелательно обратилась я к собеседнику, звонящему с незнакомого номера.

Я научилась без страха и смущения поднимать трубку с незнакомых номеров, и чаще всего это оказывался потенциальный заказчик. Вот и в этот раз я была в этом уверена.

— Добрый день, Екатерина. С вами разговаривает адвокат Алексея Витебского.

Под рёбрами сердце заколотилось, словно дикий попугай в клетке. По какой причине мне может звонить адвокат отца моего фиктивного мужа? Неужели что-то случилось?

— Я вас слушаю.

— На Алексея Витебского было совершено покушение, и вот уже вторую неделю он находится в состоянии глубокой комы. По личной инициативе моего подопечного, в случае утраты им дееспособности, я обязан с вами связаться, потому что ваше имя указано в наследственной доверенности.