Глава 20. По-новому

Татьяна деликатно ждала меня у одной из дверей вдоль коридора. А я уже совершенно забыла, что она вела меня в мою новую комнату. Встреча с Максимом очередной раз выбила почву из-под ног и заставила позабыть о первоначальной цели в этом доме.

Безопасность. Наша с дочкой.

Максим не побежал вслед за мной. Услышав мой ответ, что ребёнок его, он даже не захотел узнать подробности. Не спросил, почему я скрывала, хотя это читалось между строк.

Я готовила себя к безразличию, но, столкнувшись с ним лицом к лицу, поняла, что надеялась хотя бы на маломальский интерес в его глазах.

Ладно! Люди не меняются. Нужно всегда помнить об этом и не забывать.

— Катя, вот ваша комната, — робко улыбнулась Татьяна, отворив дверь.

Я прошла в просторную комнату и сразу почувствовала уют. Не знаю, как это объяснить… совершенно незнакомое мне место. Комната, в которой я прежде никогда не бывала, с первой секунды показалась мне настолько уютной, что я захотела прилечь на кровать и отдохнуть. Может, я просто устала? Хотя не думаю. В больнице я тоже была уставшей и мечтала поспать, но сна не было ни в одном глазу.

В комнате всё было по минимуму: застеленная светлым бежевым стёганым покрывалом двуспальная кровать, прикроватный белый столик, на котором красовался такого же цвета торшер на тонкой ножке. На окнах висели полупрозрачные светло-серые шторы.

— Чувствуйте себя как дома, — с добротой в голосе проговорила Татьяна, напоминая о своём присутствии.

— Мне тут очень нравится, спасибо! — ответила я скромно.

— Ну вот и славно! Обживайтесь. А через полчасика я жду вас на обед. Вы же голодны? — уточнила она.

— Да, очень, — и словно ожидая нужного момента, желудок издал голодный стон.

Татьяна снова искренне улыбнулась и аккуратно прикрыла за собой дверь.

Ну вот. Минимум один человек рад моему присутствию в этом доме.

С другой стороны, я рада, что Максим не стал возмущаться моему присутствию. Всё могло обернуться гораздо хуже, чем сейчас. Он мог упереться рогом и потребовать, чтобы я убралась из его дома. Во время нашей последней встречи он чётко пояснил, что я — ненужный элемент в его жизни. От меня он избавился, вздохнув полной грудью с облегчением.

Разобрав наполовину чемодан, я присела на кровать перевести дух. Хоть врач и успокоил меня после череды анализов, я всё равно старалась не напрягаться.

Хватит и того стресса для моей девочки, что мы испытали во время покушения.

Интересно, Максим уже позвонил адвокату? Собирается ли он после этого со мной поговорить?

Немного отдохнув, я осторожно, стараясь не шуметь, спустилась на первый этаж. Из кухни доносились звуки, явно имеющие отношение к готовке, и я смело пошла туда.

Незнакомая мне женщина средних лет вовсю порхала над кастрюлями. Аромат в помещении стоял необыкновенный до такой степени, что даже малышка обозначила своё нетерпение перекусить пинком в живот.

Услышав посторонний шум, женщина обернулась и немного замешкалась на месте.

— Екатерина?

Я кивнула и улыбнулась.

— Здравствуйте! — улыбнулась она в ответ, и в уголках её глаз рассыпались маленькие морщинки. — Меня зовут Зоя. Давайте я накрою для вас обед в гостиной? Витебские чаще всего предпочитают трапезничать только там.

— Да нет, что вы, — мне стало так неловко, что я принялась её отговаривать. — Не стоит из-за меня накрывать целый стол. Я пообедаю тут, на кухне. Мне вообще не принципиально, где обедать.

Было заметно, что она засмущалась. Наверное, остальные члены семьи и вправду всегда просят сервировать стол только там, в большой и просторной гостиной. Но я девочка неприхотливая. Мне комфортно везде, где нет опасности.

— Садись, садись, — Зоя махнула рукой на небольшой круглый стол. — Сейчас накормлю тебя наваристым куриным бульоном и котлетами по-киевски со сливочным пюре.

От одного названия у меня скрутило живот. За последние сутки я успела проглотить лишь одну порцию больничной каши. Элька уговаривала меня нормально поесть, но стресс взял своё. А сейчас, когда паника отступила, я снова ощутила здоровый голод.

Еда оказалась очень вкусной и домашней. Повезло Витебским с семейным поваром. У Зои золотые руки.

В нашей семье всегда готовит мама. Даже когда она себя плохо чувствует — всё равно встаёт и идёт на кухню. Желание отца — закон. У него есть полно возможностей нанять ей в помощь личного повара, но он никогда этого не предлагал. Никогда не помогал! Отец владеет огромным количеством денег, а на такие вещи, как домработница или кухарка, скупился всегда.

Раньше я этого не понимала, а сейчас прекрасно осознавала, что мать всю жизнь играла в семье роль рабыни. Никаких поблажек и никакой помощи. Я ни разу не слышала ни одного ласкового слова в её сторону от отца. Возможно, когда они наедине в своей родительской комнате… но я честно сомневаюсь. У меня перед глазами не было примера здоровых отношений, поэтому я так и не смогла различить безразличие в глазах Максима.

Сейчас, имея опыт, я смогла бы различить холодное равнодушие. Как на ладони под яркими лучами света мои чувства кажутся такими нелепыми и ненужными.

— Какие люди!

Вздрогнув от громкого голоса, я подпрыгнула на месте. Я повернула голову и, увидев в проёме знакомую фигуру, почувствовала, как в груди мгновенно потеплело.

— Янис! Неужели это ты?

Я вскочила из-за стола, чтобы сделать несколько шагов навстречу молодому человеку.

— Я! А кто же ещё? Ты вроде одна из немногих, кто профессионально умеет нас с Максом различать! — он заразительно хрипло засмеялся и ожидаемо вперил взгляд в мой живот. — Обалдеть, Катюха, вот это новости!