Глава 17

Варя

Еду к свекрови. Прижимаю ладони к пылающим щекам, сидя на заднем сиденье такси. Может она права, и полезно порой выбираться с мужем на свидание из дома. Такой пожар на гостиничной кровати устроили. Зря Арина переживает. Егор любит меня, и как вообще после такого можно пойти к другой женщине? Нужно быть совсем беспринципным.

Водитель такси плотоядно поглядывает на меня в зеркало на лобовом стекле, вгоняя ещё больше в краску. Представляю, что он обо мне думает, ведь Егор посадил меня в такси прямо у входа в этот рассадник порока. Вздыхаю с облегчением, когда машина останавливается возле подъезда Арины.

– Девушка, а что вы делаете сегодня вечером? – поворачивается ко мне водитель. Его чёрные глаза раздевают меня.

Показываю ему руку с обручальным кольцом.

– Молодой человек! Ваши взгляды напрягали меня всю дорогу. Возможно, вас ввело в заблуждение то место, возле которого муж посадил меня в такси. Если вы сочли меня за шлюху…

– Вы не похожи на шлюху, – вздыхает водитель. Явно смущённый моей отповедью, он отворачивается и вцепляется в руль. – Иначе я бы сходу предложил вам кое-что другое.

– А так бы для начала сводили кофе попить, – усмехаюсь я. – Но спасибо за честность.

– Вы только отзыв плохой не пишите и звезду не снимайте.

– Всего доброго.

Поднимаюсь к Арине и обессиленно падаю в её объятия.

– Я тебе сейчас такое расскажу! Но для начала съела бы что-нибудь.

Арина шикает на меня.

– Тише ты. Маша с Серёжей нагулялись и вместе спать завалились. Мой руки и за стол. Потом и мы немного покемарить успеем. Не знаю как ты, но меня как Сивку укатали крутые горки.

После расставания со вторым мужем, Арина продала дом, оставшийся ей после развода с отцом Егора, купила трёшку неподалёку от центра и живёт себе на первый взгляд припеваючи. Но я-то знаю, какое жгучее недоверие к мужчинам, и к людям в принципе, поселилось в душе Арины.

С аппетитом голодной и беременной женщины уплетаю фаршированные перцы со сметаной. Так вкусно, что я разве что не причмокиваю, вымакивая нежный мясной соус булкой. Свекровь, подперев щёку рукой, улыбается.

– Ух как ты аппетитно наминаешь! Пожалуй, я с тобой даже поем за компанию. Это Егор тебе такой аппетит нагулял? – Арина кладёт себе краснобокий перчик в тарелку и принимается за еду.

– Угу, – бубню я, проглатывая тающие во рту кусочки фарша. – Он меня в гостиницу отвёз. И там такое устроил, – тянусь за салфеткой. – Мы с ним сбежали. У него в кабинете рекламу снимали.

– Что ты говоришь? – выпрямляется Арина. – Рекламу чего можно снимать в кабинете директора без директора?

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Там на его столе какая-то девушка изгалялась. То так сядет, то как кошка потянется. Там же у Егора огромный постер на стене с автомобилем. Может фотографу фон глянулся?

– Может быть, может быть, – хмурится Арина.

– Ты чего, мам?

– Нет. Ничего. Перец попался.

– Ты обещала мне поведать про своих мужей, – теперь я подпираю щёку рукой. Свекровь никогда не рассказывала мне про то, как разводилась, словно эта тема для неё табу. А тут вроде как пообещала поделиться горьким опытом. С одной стороны мне безумно интересно, а с другой – немного пугают мысли о причинах такой откровенности.

– Пойдём ко мне завалимся на кровать. Сидя, я говорить отказываюсь.

В спальне свекрови кроме чёрной мебели всё багрово-красное: обои, шторы, покрывало, постельное бельё. Бронзовые детали интерьера добавляют торжественности этой усыпальнице, как любит называть свекровь свою спальню, – настольные старинные часы, торшер, столик, бра, зеркало, картина в тяжёлой раме.

Падаю на кровать, понимая, как вовремя я до неё дошла. Арина накрывает меня шерстяным пледом и укутавшись в мягкий плюш другого, ложится рядом.

– Ну что тебе рассказать, дорогая моя. Не в качестве развлечения, а в качестве нравоучения. Чтобы не щёлкала ты клювиком.

***

Арина

Дмитрий, отец Егора был мужчина видный. Впрочем, почему был, он и по сей день здравствует. Он, как и Егор, хотел много детей, но у меня после первой тяжёлой беременности никак не получалось отправиться за вторым малышом.

Я настолько сконцентрировалась на этом вопросе, что секс из удовольствия превратился для нас в обязаловку. Какому мужику это понравится? Сейчас умом я это понимаю, а тогда… Но что было, того не воротишь.

Дмитрий стал дольше задерживаться на работе. Поначалу я не придавала этому значения. Но измену трудно скрыть. Нет-нет, а она как-нибудь да вылезет на свет Божий. В нашей семье она вылезла чужой резинкой для волос, которую я обнаружила в кармане пиджака Дмитрия.

Первым желанием было оправдать эту несуразицу. Как вариант, подобрал на полу и хотел вернуть коллеге. Но чем больше я смотрела на эту голубую резинку с застрявшими в ней длинными светлыми волосами, тем явственнее представляла себе, как муж стягивает её с чьего-то хвоста.

Егору на тот момент было пять лет, и я пристроила его на пару деньков к бабушке. В первый день я нагрянула к Дмитрию в обеденный перерыв и не застала его. Засев в своей машине неподалёку от входа в бизнес-центр, я решила подождать мужа. Он приехал вовремя, но не один. Пассажирская дверь открылась и на улицу выскользнула блондинка с высоким хвостом на голове. Видимо, резинок у мерзавки было в достатке.

Я долгое время сидела и остекленевшим взглядом смотрела на дорогу. Вот я всё и узнала. Пазл сложился. Вопрос, что теперь с этим делать? Нет, конечно, если бы не было прокола с этой дурацкой резинкой, можно было бы предположить, что муж просто ездил пообедать с коллегой. Наверное, такое бывает. Только слишком уж коллега хороша собой и одета не по дресс-коду.

Готова ли я потерять Дмитрия? Нет. Но и жить во лжи я не желаю. Решительным шагом я промаршировала в офис и, отодвинув бросившуюся мне навстречу секретаршу, рванула на себя дверь кабинета Дмитрия.

К такому нельзя быть готовым, даже если подозревал. Дмитрий, развалившись, сидел на диване, и вертел в пальцах очередную голубую резинку для волос. Девушка хозяйничала между ног моего мужа, склонившись к причинному месту и не замечала ничего вокруг. Её пшеничного цвета волосы рассыпались по голой спине. Шёлковая голубая блузка лежала неподалёку.

Дмитрий смотрел на меня как на привидение. Я молча подошла к столу и, схватив ножницы со стола, несколькими движениями разрезала голубой шёлк рубашки. Девушка наконец-то соизволила повернуться и ошарашенно уставилась на меня.

– Арина, ты… – начал Дмитрий.

– Только не говори, что я что-то неправильно поняла.