Глава 53

Варя

В рот словно ваты напихали, тело не слушается, в голове дурман.

– Варя, просыпайся. Посмотри на меня.

– Егор, – я пытаюсь кричать, но сама еле слышу себя. Самое главное, что он рядом. Мой родной, любимый, единственный.

– Я с тобой. Ничего не бойся.

Где я вообще? Помню, что падала, но боль лишь в сгибе локтя. Что-то там словно застряло, даже руку не согнуть.

– Варя, осторожно. У тебя катетер в руке. Тебе сделали укол. Ты уже приходишь в себя.

Постепенно звуки вокруг становятся громче, но картинка перед глазами плывёт.

– Егор.

– Я здесь маленькая. Макс, возьми её одежду и сумку.

– Сейчас принесут носилки, – доносится незнакомый женский голос.

– Не надо. Я сам отнесу её в машину, – Егор укутывает меня как ребёнка и подхватывает на руки. Меня охватывает состояние блаженства. Объятия Егора самое уютное место на земле. Роняю голову ему на грудь.

– Я люблю тебя, – говорю, как пьяная.

– Я люблю тебя, Варенька. Болит у тебя что-нибудь?

– Нет, мне хорошо… Только холодно.

– Макс, прихвати одеяло! И подушку.

От многоголосья становится не по себе? Где мы вообще? Впрочем, какая разница? Егор со мной, остальное неважно. Он несёт меня по длинному коридору, спускается по лестнице. Хохочу как ненормальная, аж выгибаюсь на руках мужа.

– Варенька, успокойся, родная, – сильнее прижимает меня к себе Егор.

Мы выходим на улицу, яркий свет режет глаза так, что я зажмуриваюсь. Кожа покрывается мурашками от холода.

– Холодно, – смех сменяется слезами. – Холодно, холодно.

Егор вносит меня в машину и укладывает на какой-то стол. Откуда в машине стол?

– Где я? – цепляюсь за Егора.

– Мы едем в больницу. Это «скорая».

– Хочу домой!

Снова женский голос:

– Варя, всё хорошо. Ничего не бойтесь.

– А я и не боюсь! – говорю, словно пачка жвачки во рту. – У меня вон какой муж!

– Хороший муж, – соглашается женщина.

– Вам идёт голубой, – светски заявляю я. – Вы, наверное, врач.

– Угадали.

– Егор, держи одеяло и подушку! – Макса не видно, но это точно он.

– Зачем так грохать дверьми? – возмущаюсь я на громкий хлопок.

Егор подсовывает под мою голову подушку и накрывает одеялом.

– Варюш, не буянь.

– Всё в порядке, пусть говорит, – врач мне определённо нравится. Мировая тётка. Во мне просыпается любовь ко всему миру. – Егор, правда, хороших людей больше, чем плохих?

– Правда, солнышко.

Закрываю глаза и вскоре дрёма окутывает меня. Когда открываю их в следующий момент, меня охватывает в первый момент дежавю. Больничная палата, Егор сидит на моей постели и держит меня за руку. В памяти постепенно возникает вся цепь событий, и слёзы наворачиваются на глаза. Егор гладит меня по голове.

– С возвращением, лапуль.

Мне стыдно смотреть ему в глаза. Надо же так было влипнуть!

– Егор, я такая дура!

– Тебя просто очень ловко обвели вокруг пальца.

– Как ты меня нашёл?

– Спасибо Максу. Он сразу, как вы расстались, позвонил мне на работу.

– А я ещё думала, удобно ли сесть к нему в машину. – К щекам приливает кровь.

– Эй, кроха, а ты не втюрилась часом в него?

– Да ну тебя… Егор, я ничего толком не помню. Этот урод Гладышев трогал меня… Наверное. А, может, это был страшный сон.

– Изнасиловать он тебя не успел, – Егор, став серьёзным, целует мои пальцы.

– Точно?

– Сто процентов.

– Как страшно жить, Егор. Среди бела дня, в центре города… – смотрю на безмятежный вечер за окном.

– Они оба сядут.

– Их задержали?

– Пока только Гладышева. Я ему кукуху нормально поправил. До приезда полиции лежал как заинька, – взгляд Егора мрачнеет.

– Ты у меня такой сильный, – не могу сдержать улыбки.

– Да ладно тебе. Кстати, Клаву он сразу сдал. Весь расклад нарисовал. Упирал на то, что не собирался тебя насиловать. Только пофотографировать хотел. Только вот зачем-то ещё штаны снял. Так что тут у него неувязочка.

– Мне почему-то жаль эту женщину.

– Снова ты её жалеешь! Она тебя не пожалела.

– Не в этом дело. Ей не в тюрьму надо, а в больницу.

– Экспертиза разберётся. Но для начала поймать надо эту чокнутую, чтобы она ещё дел не натворила.

В сердце щемит тревога.

– Мне за детей страшно, Егор!

– Не бойся. Всё под контролем. Я своих охранников к нам в посёлок дёрнул. Арина с отцом приехали.

– С твоим?

– Да, – улыбается Егор. – Бедный Степан! Места себе не находит. Галкин, блин.

– Подожди, так значит тайный поклонник не он?

– Мать с ним просто ходила по ресторанам, в театр. А с отцом они оказывается несколько лет виртуальный роман крутили. Она, естественно, не знала. что это он.

– Она же клялась, что в жизни его не простит.

– Ты своим прощением на многое ей глаза открыла. А тут и отец в Питер нарисовался. Ты ведь меня простила?

Улыбаюсь ему в ответ.

– Скажи, что простила, – Егор нависает надо мной. – Иначе мне и жить незачем.

– Поцелуй меня, – прошу я.

Егор приникает к моим губам, и это один из самых наших лучших поцелуев.