Глава 50

— Почему? — теряюсь.

— Потому что лорд Амакиир выбрал спасение матери, — объясняет магистр обыденно. — Ваше спасение. Поэтому теперь ситуация несколько усложнилась.

— Едва ли. Вы просто не поняли мужа, магистр, — пожимаю плечами. — Он не мог выбрать меня.

— Леди Луара, — целитель резким движением оправляет темно-серый камзол с коричневой вставкой и хмурится. — Смею надеяться, я не страдаю слабоумием. Поэтому в силах понять, что имел в виду мой собеседник.

— Простите, я просто… — голова снова идет кругом. — Когда вы разговаривали с мужем?

— Сегодня.

— Надеюсь, скоро вы сможете поговорить с ним опять, и тогда он подтвердит мой ответ.

— Я бы не ждал быстрых ответов от лорда Амакиира. Мой гландрийский коллега магистр Боррель еще не вынес свой вердикт. Я не хочу вас расстраивать, но и правду скрывать не имею права. Мы не знаем, останется ли ваш муж в живых.

— Я слышала, в Гландрии умеют исцелять темную магию, — эта мысль дарит мне надежду, поэтому крепко, изо всех сил цепляюсь за нее.

— Совершенно верно. Умеют. А, пока ваш муж борется за свою жизнь, — магистр подходит к двери, намекая на окончание разговора, — вам остается только заботиться о своем малыше. Хорошо питаться и побольше отдыхать.

— Спасибо, магистр! Именно этим я собираюсь заниматься.

Выхожу в коридор. С магистром я старалась не показывать вида, но что-то я вконец раскисла. Ноги ватные, в висках шумит. Иду рядом со стенкой, время от времени на нее опираясь.

Сначала ковыляю в тупичок, где случилось мое похищение. К счастью, нахожу мешок с личными вещами там, где его уронила. Подцепив мешок, направляюсь в свою комнату.

Знакомые с детства стены больше не греют меня своей тепло-желтой окраской. И запах вербены не погружает в уютное детство.

Перед глазами стоит Дарран.

На глаза в который раз за день выступают слезы. Хочется сказаться больной. Лечь в кровать и провести там ближайшую неделю. Спрятаться в своем коконе. Всхлипывая и тихонько скуля, пережить свою боль.

Мне больно вовсе не потому, что муж поступал со мной жестоко. От однозначного негодяя сбежать было легко. Отсечь себя от него — тогда я не колебалась.

Стало гораздо больнее после того, как он проявил ко мне доброту.

Теперь у меня не хватает сил, чтобы удерживать между нами дистанцию. Меня раздирает на части.

Холодный рассудок твердит, что ему нет прощения.

А глупому, дурацкому сердцу хочется к мужу, чтобы держать его за руку, прислушиваться к рваному дыханию, вглядываться в родные черты лица и пытаться отогреть его. Вытащить из смертельной воронки теплом своей любви.

Ноги несут меня к комнате в женском корпусе по коротко стриженному газону, а сердце рвется назад, к факультету целительства.

Каждый шаг дается с таким трудом, что я не выдерживаю. Опускаюсь на скамейку во дворике. Роняю на колени кисти, запачканные землей. Рассеянно разглядываю стайки смеющихся вдалеке адептов и магистров, торопливо идущих к воротам. Их рабочий день закончен, поэтому многие возвращаются домой, к своим семьям.

Носками туфель вожу по траве и не знаю, что делать.

Нет, я знаю, что на сегодня занятия окончены. Что мне придется обратиться к однокурсницам, чтобы попросить у них конспекты с пропущенных занятий. Знаю также, что они с радостью помогут.

А вот что мне делать с личной жизнью, я не представляю.

Да и будет ли она, личная жизнь?

Ведь неизвестно, выживет ли мой дракон.

Если он погибнет, что я скажу нашему сыну? Твой отец погиб, когда спасал глупую маму, решившую от него сбежать?

Обхватываю голову руками. Пытаюсь унять шум в висках. Растрепанная, испачканная, сижу в отдаленном уголке двора, заросшем дикими розами, и радуюсь, что меня никто не видит.

Вскоре скамейка скрипит под чьим-то весом.

Поднимаю заплаканные глаза и удивленно вскрикиваю.

— Ректор Вернон? — Быстро вытираю слезы и грустно улыбаюсь. — Вы тоже любите дикие розы?

— Предпочитаю сирень, — он отвечает теплой улыбкой. — Я к вам с хорошей новостью, Луара. Ваш муж будет жить. Какое-то время лорду Амакииру придется провести в лазарете. Целитель из Гландрии обещал, что уже через неделю ему можно будет вставать.

Как только я слышу про то, что Дарран будет жить, меня будто отпускает. То ли играет роль беременная плаксивость, то ли просто эмоции накопились в таком количестве, что прорвали плотину сдержанности, но теперь слезы текут по щекам настоящим водопадом. Больше не могу их остановить.

— Простите, — шмыгаю, всхлипываю, утирая щеки насквозь промокшими рукавами блузки. — Я просто за него очень волновалась.

В синих глазах магистра теплота и сочувствие. Он протягивает мне белый платок, но я отказываюсь. Платок, протянутый мне мужчиной, — это слишком интимное воспоминание. Оно занято мужем, и я хочу сохранить его неприкосновенным.

Беру себя в руки.

— Вам удалось спасти драконят?

— Это одна из причин, по которой я вас искал, Луара. Все дети живы и здоровы. Целители вывели их из состояния искусственного сна. Их родители в курсе вашего участия и, поверьте, готовы вас щедро отблагодарить.

— Мне не удалось бы спасти детей, — мотаю головой. — Это Дарран, не я... А что с Луцием?

— Он находится под арестом. В данный момент его допрашивают маги дознаватели. Говорят, пока он держится, но его признание — дело времени. Луара, есть вторая причина, по которой я здесь. В вашем положении, — его взгляд опускается на мой живот, — вам стоит подлечиться. Отдохнуть. Побыть вдали от стресса и учебы.

— Магистр, о чем вы? — непонимающе качаю головой. — Я в порядке. И потом… Я не вернусь домой, вы же знаете!

— Вы неправильно меня поняли. Я говорил о лазарете. Вам следует подлечиться. Я настаиваю, — в голосе ректора звенит непреклонность.

— Но как же учеба? — опять чуть не плачу. — Я и так пропустила столько занятий. Сначала Эйрина. Потом похищение. Я отстану от остальных.

— Магистры будут лично заниматься с вами в лазарете. Это самое малое, что я мог сделать для вас, Луара. Не благодарите.

— Вижу, вы все для себя решили, — хмурюсь, но тут же расплываюсь в улыбке. — Спасибо!

Внезапно понимаю: лазарет — это мой шанс расслабиться, выспаться, отдохнуть. Как раз то, чего мне не хватало. Странно даже, что я осознала это гораздо позже остальных.

— Итак. Следуйте за мной, — заявляет ректор, поднимаясь со скамейки.

— Я бы предпочла зайти на секундочку в свою комнату, чтобы переодеться, — бормочу.

— Вам предоставят одежду и все необходимое.

— Но как же мои учебники?

— Я порошу их принести ваших соседок по комнате.

— Вы меня пугаете, магистр! — натянуто улыбаюсь. — Мы точно пойдем в лазарет, а не в темницу?