Глава 28

Рита

Я лежу на подушке, но сон не идет.

Да и как вообще можно уснуть в такой ситуации?

Но зато я постепенно беру себя в руки и начинаю мыслить рационально.

Во-первых, перед тем, как согласиться на… прерывание, я должна разузнать как следует, в чем именно проблема.

Я ведь так толком и не поняла, поскольку была настолько ошеломлена, что ничего толком не соображала.

Нужно почитать в интернете. Посмотреть результаты обследования. А лучше всего обратиться еще к какому-то специалисту.

Не то, чтобы я не доверяла компетенции Натальи Семеновны, но всегда лучше выслушать как минимум два мнения. Просто на всякий случай.

А вдруг другой доктор предложит мне какие-то еще варианты, кроме самого радикального?

Думаю, такая перестраховка не помешает, даже если результат будет такой же.

Я встаю и иду в санузел. Когда мою руки, смотрю в зеркало и удивляюсь своей бледности.

Желудок тревожно сжимается. Я очень боюсь, что доктор окажется права, и мне все же придется…

Ох, не могу даже мысленно это произнести!

Так больно, что перехватывает дыхание.

На автомате прижимаю руки к животу в защитном жесте.

Стараюсь успокоиться. Он ведь живой, и вдруг мои волнения могут нанести ему вред? Уж пользы точно не принесут!

Сейчас возьму телефон и погуглю. Кое-какие термины я запомнила. И там уже видно будет.

Выхожу из санузла и открываю небольшой шкаф. Пусто.

А где мои вещи? Одежда? Сумочка?

Я сама в больничной рубашке. На мне даже трусов нет!

Нужно поискать дежурную медсестру. Уж она точно должна знать, где мои вещи.

Выхожу в коридор — пусто. Иду тихонько ступая голыми ступнями по холодному полу. Никакой обуви у меня нет.

— Что вы тут делаете? — слышу я внезапно сзади.

Резко поворачиваюсь и вижу, что одна из дверей открыта и в проеме стоит медсестра. Та самая, которую я увидела, когда очнулась.

На бейджике, висящем на ее груди, написано “Дарья”.

— Я хотела спросить, где мои вещи, — обращаюсь я к ней. — Одежда, сумочка…

— Одежда в специальном кабинете, а сумочки при вас не было, — моргает она.

О как! А где же она? Наверное, я ее уронила, когда потеряла сознание. Может, она у Полины?

А как же я домой отсюда поеду? Без телефона и денег?

Нужно проверить карманы пальто! У меня там часто какие-то денежки лежат. Может, хватит на такси, ну или на метро.

— Ладно. Могу я тогда хотя бы одежду забрать?

— А вам зачем? — Дарья смотрит на меня широко открытыми глазами. — Вы что, куда-то собрались? У вас же утром… процедура назначена!

— Уже назначена? - удивляюсь я. — А разве не нужно какое-то мое письменное согласие или не знаю…

— Конечно! Но его можно прямо перед процедурой написать.

— Я просто собираюсь отказаться от процедуры, — объясняю я.

— Что?.. — моргает она. — Нет, доктор сказала, что это обязательно!

— Я не спорю, — киваю я. — Мне просто хотелось бы узнать мнения еще нескольких специалистов. Я собираюсь обратиться в другую клинику и…

— Вы не доверяете Наталье Семеновне? — таращится на меня Дарья так, словно я сказала какое-то кощунство. — Напрасно, она прекрасный специалист! В любом случае, она предупредила, что процедура очень срочная, и тянуть ни в коем случае нельзя!

— И все же я рискну, — возражаю я. — Затягивать не собираюсь, обещаю. Сразу же поеду в другую больницу.

— Дело ваше. Но только после того, как поговорите с Натальей Семеновной. Пусть она принимает решение, я на себя такую ответственность не возьму и вас до утра отсюда не выпущу, — хмурится она. — Так что, возвращайтесь в свою палату и отдыхайте. Утром я попрошу Наталью Семеновну к вам зайти.

— Что, вот прямо не выпустите? — не верю я своим ушам.

— Охрану предупрежу на выходе! — кивает она, и тут же сменяет сердитый тон на жалобный: — Вы поймите, мне проблемы не нужны. Я не хочу без работы остаться, ведь спросят, если что, с меня. Тем более, нам известно о ваших… кхм… психических проблемах.

Что, блин? Это им Руслан сказал? Вот скотина!

Понимаю, что делать нечего, и плетусь в свою палату.

Ладно, подожду до утра, ничего страшного. А утром поговорю с врачом, заберу свою одежду и уеду.

Чувствую, как Даша провожает меня недовольным взглядом.

В палате подхожу к окну и прижимаюсь горящим лбом к холодному стеклу.

Снаружи темнота. Виден лишь свет в немногочисленных окнах и наполовину голые ветки стоящего рядом дерева.

Я чувствую себя такой одинокой!

Не от кого ждать помощи, неоткуда ждать поддержки.

Внезапно слышу приглушенный женский голос в коридоре, который кажется мне знакомым.

Довольно низкий и своеобразный.

Наталья Семеновна? Я думала, она ушла и будет только утром! Иначе зачем мне сказали ждать?

Подозрительно!

Приоткрываю дверь и осторожно выглядываю в коридор.

Успеваю увидеть лишь как закрывается дверь дальше по коридору, полностью заглушая голос.

Оглядываюсь — никого.

На цыпочках выхожу из палаты и крадусь к только что закрывшейся двери.

Хочу убедиться, что это она. Ну или в том, что это не она.

Еще раз бросаю взгляд дальше по коридору. Дарьи не видно. Отлично!

Прижимаю ухо к двери.

— Да-да, я поняла! Не обязательно мне это по десять раз повторять! — раздраженно говорит женщина.

Это точно она! Теперь я уверена.

— Хорошо… да, я постараюсь…

Судя по тому, что я слышу только один голос, она говорит по телефону.

Хммм… странно, конечно!

Собираюсь уже отойти от двери и пойти потребовать от Даши объяснений, когда вдруг замираю, услышав следующую фразу.

— Да ты пойми, Полина, не могу я ей аборт насильно сделать!