Глава 49

— Ну ладно, я, пожалуй, пойду… — мама отодвигает чашку и встает из-за стола.

— Хорошо. Мам, я действительно был рад тебя видеть, спасибо, что навестила, но я сейчас и правда занят, — я чувствую себя виноватым перед ней за сухой прием, но я в данный момент просто не в том состоянии.

— Ой, да ну тебя! — машет она руками. — Я за тебя очень волнуюсь, просто, сынок. Ты плохо выглядишь.

— Со мной все в порядке. Не переживай, — пытаюсь я успокоить ее.

После ухода матери я подхожу к окну, чтобы посмотреть, как она будет выезжать с нашего участка.

Мама, несмотря на возраст, хорошо водит. Она всю жизнь за рулем. А у меня это просто привычка.

Я всегда вот так смотрел, как выезжает Рита. Она — довольно неуверенный водитель. Нет, она очень аккуратная и осторожная, но…

Я нанял ей инструктора, который с ней дополнительно занимался, плюс купил ей супер-безопасную тачку, но все равно мне каждый раз было немного тревожно смотреть на нее за рулем. Вождение — это явно не ее.

Но Рита хотела водить машину, а от предложения нанять ей водителя отказывалась. Так что, я в итоге смирился, хоть и малость за нее опасался.

Вспомнилось, как она один раз не смогла припарковаться возле моего офиса, когда приезжала ко мне на работу. У нас там парковка не слишком большая, и она часто бывает занята. Центр, все дела.

И Рита пыталась поставить машину на соседней улочке, но не смогла втиснуться между двумя автомобилями.

Тогда она позвонила мне, чтобы я спустился и припарковал ее машину.

Как я тогда разозлился!

Вышел, отругал ее, что она не умеет водить, грозился забрать тачку, психанул в общем.

Она так расстроилась, извинялась передо мной, что побеспокоила…

Горло сдавливает.

Каким же я был идиотом.

Да я сейчас был бы счастлив, Рит! Если бы ты позвонила и попросила меня что-нибудь для тебя сделать! Да я бы бегом побежал! Горы бы свернул ради тебя!

В последние дни меня часто так накрывает.

Вспоминаются какие-то вещи, которые делала она или мы вместе.

Какие-то простые моменты из жизни, на которые не обращаешь внимания, а потом вдруг обнаруживаешь, что они были важны для тебя.

Иду в ванную и тут же глаза натыкаются на щетку для волос на полке.

Вспоминаю нашу “войну” из-за нее. У нас там рядом стоит деревянный декоративный ящик, в котором лежит фен, расчески, Ритины заколки.

И вот я, собираясь по утрам на работу, обычно брал из него щетку, причесывался, и клал ее на полку.

И Рита бесилась из–за того, что расческа не в ящике, а рядом на полке. И она постоянно мне про нее напоминала.

А я забывал, не специально, а потому, что мне это было неважно.

Тогда Рита стала приклеивать на щетку стикеры с надписями из серии “положи меня на место”, “я хочу в ящик”, “верни меня домой” и все в таком духе.

И я каждый раз закатывал глаза от этих детских глупостей. Но это было забавно. Невольно улыбаюсь при этом воспоминании.

А теперь вот — можно класть щетку, куда угодно. И никто не выносит мозг, и не приклеивает глупые стикеры.

Рад ли я этому?

Нет. Совсем не рад.

Мне не хватает всего этого.

Не хватает ее.

Ее смеха, ее объятий, ее нежных рук. Ее ворчания, ее улыбок, ее закинутых на меня ног.

Я вспоминаю наши неторопливые субботние утра, когда мы подолгу нежились в постели после сладкого утреннего секса, дурачась и смеясь. А потом шли на кухню, и я варил нам кофе, а Рита обнимала меня за талию, прижимаясь к моей спине.

Она была такая красивая, без макияжа и с небрежным пучком на голове. Милая, домашняя, и до невозможности любимая.

А потом мы часто шли куда-то, по делам или просто гуляли. И неважно было, что именно мы делали или где были, мы были вместе, мы держались за руки или просто обменивались взглядами, и от этого было так хорошо на душе. Так тепло.

Когда я приходил с работы, Рита обязательно выходила меня встречать, даже если была чем-то занята в это время.

Обычно она уже вовсю готовила ужин, а я по запаху пытался угадать, что именно она приготовила сегодня.

Мы ужинали и обсуждали наши дела, работу, произошедшее за день.

Обычная рутина, которая просто есть в твоей жизни — кажется такой привычной, и, вроде как не значит ничего.

Вот только когда она исчезает из твоей реальности, тогда-то ты и понимаешь, что ты потерял.

И начинаешь сожалеть об утерянном, но не можешь это вернуть. И понимаешь, что во всем виноват ты сам.

От осознания собственной вины, горечь потери ощущается еще острее, еще больнее, еще нестерпимей.

Когда тут была Рита, дом был наполнен жизнью, ароматом ее духов, нежным голосом, ее энергетикой.

А сейчас он пуст и холоден.

Тишина оглушает, звенит в ушах, давит на психику, крутит нутро.

Я задыхаюсь тут. Задыхаюсь в собственном доме.

Вновь подхожу к окну и открываю его.

Холодный воздух ударяет в лицо, но не приносит облегчения. Дом без нее кажется пустой оболочкой, а жизнь — бессмысленной.

Чувство потери душит и горчит на языке. Я потерял не только жену, но и часть самого себя.

Брожу по мертвому дому, словно привидение. Я и сам сейчас будто не живу.

Всюду здесь ее вещи. Плед на диване, любимая чашка на полке, заколка на прикроватной тумбочке.

Все это напоминает о ней, словно Рита только что вышла за дверь. Все эти вещи как бы обманывают сознание, говоря, что она здесь, она вернется.

Что вот-вот войдет и скажет: “Ты не видел мои очки для компьютера? Опять куда-то положила…”

Но это лишь иллюзия.

Ты ведь знаешь, что Риты тут нет. Нет больше в твоей жизни.

Ну что же ты, Руслан? Ты же так устал от своей жены! Так отдыхай давай!

А что такое? Что же ты не наслаждаешься долгожданным покоем и таким желанным одиночеством?

Ты же именно этого хотел, верно?..