Глава 29 · Олеся

– Поехали скорее! – запрыгнув в авто, прошу Тимура ускориться. Тот без лишних слов срывается с места. Сердце колотится как сумасшедшее. Холодный липкий пот покрыл все тело. Дрожу. Пытаюсь вздохнуть полной грудью, но по итогу глотаю лишь жалкие порции кислорода. Мне холодно и жарко одновременно. Вот это контраст.

Краем глаза в боковом зеркале улавливаю образ Андрея, смотрящий мне вслед.

Мелкая зудящая дрожь никак не проходит. Ощущение, будто он снова может прямо сейчас появиться передо мной. Лишь когда мы отъезжаем на несколько километров немного успокаиваюсь.

Он все-таки пронюхал о дочери! Теперь моя задача – защитить ее от этого грязного монстра!

– Оль, а кто это был? – нерешительно задает вопрос Тимур. Вот что мне ответить парню? Так же, как и бабе Маше, признаться в правде или продолжать врать? – Он к тебе приставал? – задумчиво хмурится.

– Не знаю, Тим. Пытался клеиться ко мне, а я убежала от него, -выбираю второй вариант. Признаться ему во всем я пока не готова.

– Вот урод, – грозно выплевывает парень, крепче сжимая руль. – Если такое вдруг повторится, ты только скажи, я его сразу не место поставлю.

– Спасибо. Надеюсь, обойдемся без разборок, – выдавливаю на лице подобие улыбки. Вот он, мой защитник, готовый всегда прийти на помощь. Вот только ему не тягаться с Андреем. Да и я не хочу впутывать парня в это все.

Так что придется думать о том, как мне во всем этом разобраться. Как?!

Постоянно бегать от него? Сколько можно?! Лучшая защита – это нападение, правильно же говорят? Правильно.

Смело расправляю грудь вперед и решаю про себя, что я дам ему отпор. Ради малышки я любому глотку перегрызу, меня поймёт любая мать. Не позволю ему даже и близко к Юленьке подойти. Правильно

баба Маша говорила – через него можно подобраться к Марине. Вот только одного не пойму.

Почему же он бегает за мной, следит, пытается что-то узнать?! Пусть валит к своей ненаглядной! Я ему зачем сдалась?!

Может, пригрозить ему, что если он еще хоть на метр ко мне подойдёт, то я расскажу все полиции? Точно! Он наверняка испугается за свою горячо любимую невестушку. Я даже придумала, как мне доказать причастность стервы к моему падению с обрыва.

Мысленно аплодирую сама себе за смелость и уверенность, которой у меня не было последние годы. Нужно стоять за себя до последнего! Нужно показать этим обоим, что я стала сильнее и больше не боюсь их.

Маринку нужно наказать. Через Андрея я могу выйти на нее. Представляю её выражение лица, когда она увидит меня – восставшую из мертвых. Это зрелище того стоит. Скорее бы этот момент настал…

Интересно, Андрей приехал сюда один или с ней? Вот бы выяснить это! Как бы так незаметно подобраться к этой стерве?

Едва представлю их вместе, внутри начинаю закипать от ревности. В этом я не изменилась, до сих питаю жалкие остатки чувств к предателю. Но ничего, и это пройдёт.

Вот только встреча с ним перевернула мое сознание. Такая смесь ненависти и любви одновременно сводит с ума, лишая трезвого рассудка. Из-за своих подлых чувств я не понимаю, как мне быть дальше.

– Ты сегодня снова какая-то задумчивая, – прерывает мои размышления Тим.

– В последнее время я очень много думаю, Тимур, – уклончиво отвечаю, устало вздыхая. Где бы взять столько сил, чтобы противостоять подонку?

Тимур смотрит на меня двусмысленно. Но ничего больше не говорит. Кажется, что он тоже начинает догадываться о моем тайном прошлом.

Придя домой, первым делом делюсь с бабой Машей сегодняшней встречей с предателем. Едва вспоминаю об этом, внутри все полыхает. Щеки краснеют и я стараюсь их спрятать от зоркого глаза бабушки.

– Любишь ты его еще, девочка моя, – обреченно вздыхает та. – Вижу, что любишь…

Прикрываю ладонями лицо, желая спрятаться от всего и ото всех.

– Не хочу, бабуль… Не хочу его любить! Он всю душу мне

вытравил, – жалобно пищу я, откидываясь на стенку и смотря в пустоту.

– Нельзя его пускать сюда. За Юлькой нужен теперь тщательный присмотр.

– Главное, не впусти его снова в свое сердце, миленькая моя, -бабушка подходит ко мне и ободряюще гладит по голове. – А с остальным мы разберемся. Где лежит ружье, ты знаешь.

Горько усмехаюсь на её слова. Ружье мне не поможет, ведь пуля уже давным давно выстрелила, причем прямиком в цель…