Глава 30 · Андрей

Снова караулю Лесю недалеко от её дома. Не знаю зачем, не знаю для чего. Просто хочу быть рядом, увидеть её хотя бы издалека. Её вместе с дочерью.

Мысли об этой белокурой девочке не дают мне успокоиться. Я должен докопаться до правды.

Досконально изучив ее рабочее досье, я узнал, что малышка родилась спустя девять месяцев после пропажи Леси. И как я сразу не заметил пометку о ребенке?! Баран слепой! Ведь если бы не мой тогдашний отчаянный порыв пошпионить, мог бы вообще не узнать о, возможно, своей девочке.

Юля. Юленька. Красивое имя.

Девять месяцев. Девять, мать его, месяцев. Совпадение? Не думаю.

Так хочется увидеть эту малышку еще хоть одним глазком. Понять, на кого она больше похожа, ведь в темноте её было не рассмотреть.

Мое внимание привлекает открывающаяся калитка и выходящая из нее Леся с бежевой коляской.

Так-так, куда это мы собираемся? Это мне и предстоит узнать. Уходит вперед. Завожу двигатель, и, дождавшись, пока моя

сбежавшая принцесса отойдет на достаточное расстояние, принимаюсь медленно двигаться за ней. Со стороны мои действия могут показаться абсурдными и неадекватными, но я не могу по другому.

Леся слишком зла на меня, и я уверен, что к дочери она меня не подпустит, ведь сейчас она видит во мне исключительно врага. Пока я еще не успел доказать ей, что испытываю в её сторону лишь благие намерения, приходится снова играть в шпиона.

Леся уходит не очень далеко. Останавливает коляску у небольшой детской площадки среди кустистых деревьев. Тут, судя по всему, других развлечений больше и нет.

Глушу авто за объемным кустарником. Леся оглядывается по сторонам, будто бы догадывается, что я могу за ней следить.

Лишь бы только не выдать себя и самому же не спалиться, иначе будет полный крах. Точно буду выглядеть в ее глазах сумасшедшим ублюдком.

Фокусирую взгляд на Олесе.

Вытаскивает малышку из коляски и сажает её на старенькую железную качельку. Примечаю для себя вдали лавочку, решаю переместиться сюда для более детального обзора.

Пока крадусь к спасительному островку, слышу сигнал сообщения на свой телефон.

Маринка.

Марина Самсонова: Андрей, почему ты меня игнорируешь?! Я уже извелась вся!

Как всегда не вовремя, черт бы её побрал!

Андрей Вершинин: Задержусь здесь на несколько дней. Некогда вести разговоры, дел по горло. Как приеду, нужно будет серьезно поговорить.

Поговорить о том, чтобы она больше не тешила мнимых надежд на мой счет.

На этом я отключаю свой телефон, чтобы не отвлекаться больше ни на что и принимаюсь любоваться на своих девочек.

Дочка так похожа на нее. Вижу это даже издалека. Белокурые кудряшки делают из младенца сущего ангела. Прям как моя Леська. Моя… Будет моей. Я истинно этого желаю!

Никогда бы не подумал, что ребенок сможет так тронуть мое сердце. Не сказать, что я противник детей, но как-то не особо задумывался над продолжением рода. Теперь же я только и мечтаю о том, чтобы эта малышка была мне родной.

Моя интуиция упорно кричит о том, что она и есть моя! На каком-то инстинктивном уровне ощущаю связь с этой девочкой. Продолжаю свое наблюдение.

Олеся снимает малышку с качелей. Та бежит обратно к ним, но по итогу на них садится и начинает усиленно раскачиваться уже другой ребенок. Леська успевает ее перехватить и тащит обратно к коляске. А она шустрая, однако.

Наверное, это свойственно детям её возраста.

Олеся наклоняется к корзине, располагающейся внизу коляски, пытаясь что-то оттуда достать. Отсюда плохо видно, но складывается

ощущение, что она зацепилась за корзину рукавом и не может вытащить руку.

Юлька… Она снова бежит в сторону качелей, на которых с размахом раскачался крупного телосложения подросток.

О, Боже! Она слишком близко! Нет! Только не это! Вот только на этот раз Олеся не успевает её поймать…

– Юляяяя! – ее истошный крик заставляет все внутренности мучительно содрогнуться. Сердце, разрываясь от испуга за девочку, больно сжимается. Далее мной овладевает адреналин, мощным потоком заполнивший весь мой организм.

Не задумываясь ни на секунду больше, вскакиваю с места и метеором несусь к малышке. Сердце гулко стучит в ушах. Во рту пересыхает от напряжения.

Я должен это сделать… Я успею!

В глазах подростка застывает испуг. Понял, что сейчас собьет дитя, но не успевает затормозить.

За секунду до столкновения железа с крошечным, хрупким тельцем успеваю схватить и прижать ребенка к себе.