Глава 12

― Альбина Тимуровна, мы вынуждены передать ребенка соцопеке для дальнейшего выяснения обстоятельств.

Горечь, пронзившая внутренности, особенно сильно ударила по грудной клетке, выворачивая душу наизнанку и вырывая всхлип изо рта. Никогда не испытывала подобной боли, как сейчас. Мне было жаль эту девочку, а я не могла ничего поделать.

Рукой уперевшись в спинку кресла я почувствовала, как ноги перестали меня держать и поторопилась присесть. Папа тут же оказался рядом и присев на корточки обхватил мои ладони своими, медленно растирая их.

― Дочь, успокойся, милая. Все будет хорошо.

― Назовите мне хотя бы одну причину почему мы не можем оставить девочку? ― я подняла глаза, наполненные слезами на отца, а он тут же изменился в лице заметив мои слезы.

― Не смей плакать, Аля. Не дави на меня.

Я резко покачала головой, тут же высвободив руку и вытерев скатившиеся слезы.

― Я не специально пап, прости. Сама не знаю, что со мной. Прости.

Я никогда не манипулировала отцом и не давила на жалость. То, что я сейчас плакала вызвано лишь эмоциями и никак не желанием любым способом добиться своего. И папа это тоже знает.

― Пойми, малышка, мы не знаем, что это за женщина, и что она может вычудить в дальнейшем. Есть огромная вероятность, что она пойдет в полицию и скажет, что в этой квартире незаконно удерживается ее дочь. Никто не будет разбираться что эта дура сама ребенка бросила. Есть ситуация на деле. Ника у вас, а значит вы ее похитили.

― Но записка же есть, пап!

― Есть. Но нет гарантии что записка написана ее рукой.

― Она может сказать, что это наша записка?

― Именно. Это один из вариантов, Аль.

Я прикрыла глаза и кивнула. Понимала, что отец прав и он бы никогда не сделал то, что может меня ранить только потому, что не согласен со мной. Он всегда переживает за меня и старается делать все, для моей безопасности. В данном случае все именно так и есть.

― Пап, я бы не хотела, чтобы ребенок пострадал.

Снова посмотрела в его глаза и почувствовала на плечах мужские руки. Гордей тоже был рядом и поддерживал меня, что, несомненно, очень приятно.

― Я обещаю тебе, что у девочки будет лучшая няня и никто не причинит ей вреда.

― А что если мать не одумается и Демид… что, если им не нужна дочка?

― Аль, я сделаю все чтобы ребенок был в хорошей семье. Не беспокойся.

Да, отец не врал, и я знала об этом. Знала, что он поможет маленькому человечку и сделает все, чтобы девочка ни в чем не нуждалась. Только теперь дело оставалось за ее непутевыми родителями и мне очень жаль, что к таким относится мой муж.

Дальше Николай Никифорович вызвал полицию и людей из соцопеки. Уже через час, когда я полностью взяла себя в руки и эмоции улеглись я поняла, что подобное решение является единственно верным. Мы ведь не знали, что из себя представляет мать ребенка, и она действительно могла все провернуть так, словно это мы украли у нее дочь. тогда последствия могли быть куда серьезнее, чем сейчас. Рисковать ребенком мне не хотелось. А отец всегда знал, как будет лучше и я полностью ему доверяла и в данном вопросе.

Рассказав следователю как все было, начиная с подкинутой записки в ящик и заканчивая тем, что ребенка мы с Гордеем нашли на площадке, он все записывал, задавая сопутствующее вопросы. Мы рассказывали, как есть, не привирая и не замалчивая. Вранье никому пользы не принесет, тем более если я хотела, чтобы ребенку это никак не навредило.

Конечно же спрашивали и о моем муже, предполагаемом отце девочки. На что я сказала, что его нет в городе и понятия не имела, когда будет. Следователь записал данные Демида и его номер телефона, сообщив что попробует ему позвонить.

Нику забрали. Отец пообещал, что совсем скоро я увижу малышку и сама лично узнаю о ее состоянии. Я уже ждала этого момента, но понимала, что о подобном мечтать еще слишком рано.

― Дочка, ты знаешь, я никогда тебя не обманывал и не подводил, ― произнес папа, когда мы, оставшись втроем сидели на кухне и пили кофе.

Я согласно кивнула, зная, что папа моя настоящая и единственная опора.

― И в этот раз будет так же, Аль.

― У меня такое ощущение, что за девочку переживаем только мы, и абсолютно плевать на нее родителям.

Гордей выглядел напряженным, как будто его тоже тронула данная ситуация. И я уверена, это так и есть. Ведь каждый адекватный человек не сможет остаться равнодушным к подобному случаю. Нику буквально выкинули и не позаботились о том, что с ней может случиться в подъезде общего дома. А что, если бы это был не охраняемый дом? И на площадке бы сновали все, кому не попадя? От этой мысли озноб по телу пробегал, отчего я тут же обняла себя за плечи.

― Ты прав, Гор, и такое увы не редкость. Часто что людям есть дело до чужих, родные же и вовсе не беспокоятся.

― Папка, ― протянула я, и поднявшись со стула прошла к отцу, обнимая его и присаживаясь на бедро, ― как же я благодарна что у меня есть ты. Самый лучший родитель на свете. Никогда не перестану благодарить за тебя. Ведь именно благодаря тебе я счастлива.

Папа обнял меня и оставил поцелуй на виске.

― Еще одного прыща удалю из твоей жизни и тогда я тоже буду полностью счастлив.

― Э нет, пап, пока ты не женишься, даже не думай расслабляться.

Мы расхохотались, и я бросила взгляд на Гордея, который с умилением наблюдал за нами.

После недолгих посиделок, папа собрался по делам, объяснив, что его ждут в другом месте. А он и так сорвался со встречи ко мне. За что я тоже была ему искренне благодарна. Он всегда откладывал свои дела ради меня. Это очень ценно.

― Гор, ты еще остаешься или тоже поедешь?

― Если Аля не против, останусь. Хочу вытащить ее куда‐нибудь сегодня вечером.

Я улыбнулась смущенно и обратила взгляд к отцу. Тот одобрительно кивнул.

― Вот и замечательно, я переживать не буду, что дочь в одиночестве накручивает себя.

― Не волнуйся, я не позволю ей скучать.

Они пожали друг другу руки и папа, обняв и поцеловав меня, вышел из квартиры.

Я прикусила губу поворачиваясь к Гордею, у которого с лица не сходила улыбка. И чего это он как котяра довольный?

― Тебе помочь или сама справишься? ― хмыкнул мужчина, выгибая бровь.

― Ты о чем? ― не до конца понимая.

― Платье идешь выбирать? Поедем ужинать в ресторан.

Я улыбнулась в ответ и согласно кивнула, сцепляя пальцы перед собой.

― Выберу. Только не подглядывай. Я волнуюсь.

― Не стоит. Я в гостиной подожду. А ты беги.

Я снова кивнула и убежала в спальню, чтобы подобрать красивый наряд, который бы не выглядел вульгарно, но и в то же время подчеркивал мою фигуру.

Ничего ужасного я себе позволять не стану, а сходить на ужин со знакомым отца вполне себе приличное решение. Ничего личного в этой встречи нет.

Или я еще слишком глупая и не понимаю последствий подобных свиданий?

На сборы ушло пятнадцать минут. Я нашла в шкафу новое платье, которое покупала на прошлый Новый год и надела всего один раз. Не помешает еще разочек его выгулять, да и красивое оно. Длиной чуть ниже колен со струящейся юбкой. Вообще я любила короткие наряды. Скрывать мне нечего, на моем теле не было ни грамма жира. Но с учетом того, что рядом со мной будет не муж, а другой мужчина, я считала правильным все же прикрыть свои прелести и не сверкать задом. Неприлично это и немного пошло. Несмотря на то, как поступил со мной Демид, я не хотела вытирать об него ноги и тем более, как бы то ни было, унижать.

Гордей пригласил меня в один из самых дорогих ресторанов города. Здесь всегда были только изысканные блюди и состоятельные гости. Я бывала здесь ранее и с отцом, и с мужем. Не скажу, что подобные места вызывают у меня восторг, но этот ресторан уютный и красивый. Потому не удивительно, что Гордей привез меня именно сюда. У него хороший вкус.

Около гардеробной нас встретил администратор и проводил за столик, который Гордей успел заказать еще днем. Мне были приятны его забота и внимание, мужчина ухаживал за мной, проявляя свои лучшие качества.

Подойдя к столику, Гор отодвинул для меня стул на что я с благодарностью кивнула. Сам присел напротив, смотря на меня с нежностью во взгляде. Администратор оставил меню и удалился.

― Чего бы тебе хотелось?

― Насколько я знаю, у них здесь прекрасно готовят рыбу, ― улыбнулась Гордею и открыла карту меню, листая до рыбных блюд, ― ты любишь рыбу?

― Да, я не привередлив в еде. Как на счет огненного лосося с киноа?

― И салата с креветками в соевом соусе? ― добавила я, почувствовав, как у меня разыгрался аппетит.

Гордей с довольной улыбкой кивнул и подозвал к нам официанта. Пока делал ему заказ я наблюдала за мужчиной и не знаю зачем, но делала для себя кое‐какие заметки. Мне нравились его жесты, мимика, разговор, нравилось с каким видом он делает заказ. Не гордый, не зазнавшийся, без пафоса и при этом показывает, что он серьезный человек, к которому нужно относиться так же, как и он относится к людям. Человечность — это то, что никогда не выйдет из моды.

― Из‐за сегодняшней ситуации я не попала на работу. Завтра нужно решить вопрос с увольнением.

― Не волнуйся, ― улыбнулся Гор демонстрируя ямочку на правой щеке, ― искать тебе замену я не стану.

Прикусила губу, осознавая, что меня зацепила эта ямочка.

― Я не люблю не решенные вопросы.

― Знаешь, ты удивительная девушка, ― отметил Гордей, склонив голову и смотря мне в глаза немного прищурившись, ― сейчас не часто встретишь таких как ты. Обычно девушки, да и парни тоже, у кого богатые родители, работать сами не хотят. Ты же наоборот, не хочешь работать по отцовской протекции.

― Все верно. Я никого не осуждаю, но сидеть на папиной шее или получать должность с помощью него не верх моих мечтаний. Я личность и хочу достичь роста сама. Но и то, что ты меня взял не только из‐за таланта я тоже уверена.

― Правда? Нуу, ― он выгнул бровь и хмыкнул, ― ты права, помимо таланта ты очень красивая.

― Спасибо, Гор, мне очень приятно, правда. Только вот я не об этом говорила.

― А о чем же? ― он подался вперед, упираясь локтями в стол и наблюдая за мной с интересом.

Я тоже подалась немного вперед и взяв стакан с водой, сделала несколько глотков.

― Ты с моим отцом в хороших отношениях…

― О нет, даже не думай, Аль. Я бы не принял тебя на работу если бы у тебя не было таланта. Даже ради отца. И думаю, он тоже против такого.

― Наверное, ты прав.

Папа действительно не одобрил бы, если бы меня взяли на работу только потому, что он мой отец. Но слава Богу, у меня есть талант и любовь к моему делу, а значит отцу не придется краснеть за меня. Да и мне бы самой не хотелось облажаться и выглядеть дурочкой.

― А можно я тебе задам личный вопрос?

― Да, конечно.

― Как у тебя обстоят дела с женой? Она приходила к тебе в офис сегодня.

― Мы разводимся, а приходила она, потому что испугалась что останется ни с чем.

― Это правда?

― Не совсем, ― произнес будничным тоном, будто его это вовсе не волновало, ― я любил свою жену, но после измены меня резко отвернуло от нее. Она, конечно, думала, что я сделаю ей щедрые подарки, но я решил ограничиться квартирой.

― Квартирой? Хочешь оставить ей имущество?

― Я куплю ей квартиру, чтобы не оставлять на улице. Иначе ей придется уехать к маме в село за несколько сотен километров от города. Я хочу поступить с ней так, как поступал все эти годы. Несмотря на ее поведение.

― Послушай, но это уже не мало. Неужели она не ценит это?

Гордей расплылся в холодной усмешке и нам как раз в этот момент принесли наш заказ. Расставив тарелки на столе, официант пожелала приятного аппетита и оставил нас одних.

Во рту образовалась слюна от аромата, который исходил от рыбы.

― Моя жена слишком хитрой оказалась, Альбин, и ей мало квартиры. Она хочет куда больше. Но давай сейчас не будет больше о ней. Поужинаем в хорошей атмосфере без бывших.

Я улыбнулась, согласно кивая и кусая губу.

Гордей прав, не хочется ничем портить прекрасный вечер и вкусный ужин. Тем более разговорами о наших супругах.

― Альбина? Не ожидала увидеть тебя в компании другого мужчины. Вот так сюрприз.