Глава тридцать восьмая

— Она только имя назвала?

— Знаю ещё, что они учились вместе. И что он уехал за границу.

Мы сидели с Димой в его кабинете, обсуждая вчерашний разговор с матерью.

— Я сделаю пару звонков, постараюсь кое-что разузнать. Но, Кать, если он и правда тогда не захотел… Ты уверена, что сейчас передумает?

— Я хочу знать, кто он, — подумав, ответила я. — Не хочет общаться — не надо, но я всё же должна взглянуть ему в глаза.

— Не боишься, что только сделаешь себе больно?

— Ну и пусть. Зато гештальт закрою. И знаешь, хватит об этом. И так слишком много драмы.

— Тогда вставай, съездим кое-куда, — Дима поднялся и потянул меня за собой.

— Куда?

— Хочу тебе новый объект показать.

— Дим, вечером в пятницу? А может, лучше к тебе?

— Не обсуждается, — ухмыльнувшись, отрезал он.

И что тут скажешь? Кроме всего прочего, он ещё и мой босс.

В машине, «наслаждаясь» пробками, я задремала. Лето шло к концу, за окнами шумел дождь, а Дима не тревожил разговорами. Я даже не поняла, как долго мы ехали, но в следующий момент Дима склонился надо мной и поцеловал в ушко.

— Просыпайся, спящая красавица, приехали.

— Уже? Где мы?

— Пойдём, посмотрим.

Взяв зонт с заднего сидения, он открыл для меня дверь и сразу спрятал под ним. По подъездной дорожке мы поторопились пройти к дому, который я толком и разглядеть не успела. Ливень разошёлся не на шутку.

— Проходи скорее, — подтолкнул меня Дима, открыв дверь в дом.

Мы забежали, спрятавшись от дождя, и я наконец огляделась.

— Ого, впечатляет, — призналась я, осматривая просторный холл, из которого наверх вела шикарная лестница. Над гостиной не было потолочного перекрытия, свет сюда попадал с обоих этажей.

— Как тебе второй свет? — спросил Дима.

— Потрясающе! Так много воздуха!

— Пойдём, кухню покажу.

В доме пока никто не жил, здесь только-только закончили стены, уложили паркет, и я представляла, как сама бы оживила эти помещения. В гостиной я успела увидеть камин, а на кухне уже установили мебель. Огромное пространство занимали шкафы до потолка, посередине разместился остров с мраморной столешницей, а из окна открывался вид на будущий сад, в который можно было выйти отсюда же.

— Как тебе? — поинтересовался Дима.

— Дизайнер постарался, — оценила я. — Всё продумано до мелочей. А тут что?

— Небольшая кладовка для запасов.

— Ничего себе небольшая, — ахнула я. — Хозяева решили подготовиться к концу света?

Дима засмеялся, и мне стало так хорошо на душе, будто мы ходим по своему собственному дому.

— Дом прекрасный, — призналась я. — Но зачем мы здесь? Будем оформлять сад?

— Будем, конечно. Надо же на что-то любоваться, когда утром пьём кофе. Вон в том шкафчике уже и кофемашина стоит, — он открыл дверцу, за которой скрывалась целая кофейная станция. — Удобно, правда?

Я непонимающе взглянула на него, он так говорит, будто…

— Это мой дом, — просто сказал он. — Давай жить вместе?

— Твой? — глупо переспросила я, осознав, что улыбаюсь.

Он приблизился ко мне, и я впервые увидела его волнение. Он всегда был таким спокойным и собранным, но сейчас момент был слишком важным для него.

— Не вижу смысла тянуть с тем, в чём я уверен. А сейчас я уверен в одном: я по тебе с ума схожу, и хочу, чтобы ты всегда была рядом.

Он взял моё лицо в ладони и продолжил говорить горячо и настойчиво.

— Я хочу тебя всю. Хочу просыпаться и засыпать вместе с тобой, вместе работать и вместе путешествовать. Хочу заниматься с тобой любовью в каждом уголке этого дома, — он улыбнулся и добавил: — Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

Он отпустил меня, и я едва устояла на ногах, услышав последние слова. Дима достал из кармана пиджака коробочку и открыл. Потрясающей красоты колечко смотрело на меня, будто предлагая мне всё счастье мира.

— Ты выйдешь за меня? — наконец задал он самый главный вопрос.

И вопреки всей драме, что окружала меня, предательству бывшего и тому, что я, возможно, тороплюсь, я всё же ответила уверенно:

— Да!

Счастливо улыбаясь, Дима надел мне колечко на палец, заключил в объятия и закружил по кухне, целуя везде, где достанет. Я смеялась и плакала одновременно, совершенно счастливая.

А потом оказалось, что Дима всё продумал. Он сбегал в машину и достал из багажника большую коробку. Всего за минуту промокнув до нитки, он скинул с себя пиджак, разжёг камин и достал из коробки тёплый плед. Кинул его на пол и пригласил сесть. В огромной гостиной, заполненной светом закатного солнца, мы грелись у камина, сидя на полу, распивали шампанское и ели клубнику.

Мы болтали обо всём на свете. О наших планах на будущее, о самых смелых мечтах, о том, как обустроим дом и сад. И даже свадьбу планировали.

— Осенью слишком скоро, — спорила я. — А зимой я не хочу. Давай весной?

— Слишком долго ждать.

— Боишься к тому времени передумать? — игриво надулась я.

— Глупышка, просто хочу, чтобы ты как можно скорее стала моей женой.

— А знаешь, это даже забавно, я в новой квартире даже пожить толком не успела. Сначала у Полинки, потом не вылезала от тебя. А теперь дом?

— Я надеюсь, ты не собралась жить отдельно? Мол, до свадьбы ни-ни? — усмехнулся Дима.

— Какое ни-ни? У нас и так уже всё было.

— Вот именно. И знаешь, пора и этот дом обновить.

Он притянул меня к себе, опаляя губы жарким поцелуем. Запустив пальцы в волосы, он массировал мой затылок, расслабляя и возбуждая одновременно. Я расстегнула его рубашку и отбросила в сторону, любуясь тем, как огонь в камине отражается на его мускулистой груди. Раздевая меня, Дима шептал комплименты, радуя мою самооценку.

А потом мы занимались любовью под треск горящих поленьев и шум дождя за окном, и мне было плевать, что под нами только твёрдый пол. Мы наполняли пространство вокруг стонами, превращая его в настоящий дом. Наш дом.