Глава сорок вторая

— Пап, я всё это уже слышала. И да, я не передумаю, — в который раз повторила я отцу, параллельно пытаясь работать.

— Но ты его не знаешь. Он сам от вас отказался. Зачем стучаться в дверь, которую перед тобой закрыли?

— Я хочу убедиться, что мама не соврала.

— О чём ты?

— А что, если всё было не так? Если он вообще о нас не знает?

— Если она его любила, наверняка захотела удержать детьми, — с горечью произнёс папа.

— Ну… у неё уже был ты, — я постаралась сгладить этот неприятный момент.

— Думаю, если бы была возможность, — хмыкнул он, — Ирина отказалась бы от меня в тот же миг. Значит, это он не захотел.

— Пап, может, ты думаешь, что я пытаюсь тебя заменить? — мягко спросила я. — Это не так. Я просто хочу понять, почему всё так вышло.

— Знаю, дочь, — смирился он. — Надеюсь только, что это хотя бы не внесёт ещё большего хаоса. Вика и так… Ты сама знаешь.

— Знаю, — отрезала я, не желая продолжать разговор, но папа как будто не понял.

— Я был у неё. Она… — он тяжело сглотнул. — Она требует, чтобы её выпустили. Хочет аборт сделать. Как же так?

— Пап…

— Ведёт себя, как настоящая сумасшедшая. Я думал, это просто срыв. Но она как будто раскручивает сама себя ещё больше. И постоянно твердит, что должна избавиться от ребёнка.

— Надо же, а ведь так ради этого старалась, — съязвила я.

— Катя, прошу тебя…

— Ладно, пап, извини, мне нужно работать.

Скомканно попрощавшись, я отключилась. Вот зачем он опять про неё? Нет, надо выбросить всё это из головы. Дима сообщил, что выяснил адрес Александра в Испании, и я в любой момент теперь могу с ним связаться. Только почему-то не делаю главного шага. Не решаюсь пока.

В последние дни Дима стал напряжённым, но проблемами не делится. Я налила нам кофе и пошла к нему в кабинет.

— Привет, — поставила перед ним кружку и обошла сзади, обняв со спины.

— Привет, котёнок, — задумчиво отозвался Дима.

Он был нахмурен, изучая документы. Я размяла его напряжённые плечи. Вздохнув, он откинулся в кресле и взглянул на меня.

— Спасибо, ты чудо.

— Что-то случилось?

— Сам не пойму. Звонил Метельский, они хотят от нас отказаться.

— Как? — опешила я, обойдя стол и садясь напротив. — Почему? Я где-то ошиблась?

— Нет, в том-то и дело. У вас с Эльвирой всё идеально. Он решил ничего не объяснять, просто разрывает договор.

— Но ведь ему, должно быть, грозит огромная неустойка?

— Его это не смущает, — хмыкнул Дима. — Изучаю сейчас, как заставить его заплатить больше.

Он встал и подошёл к окну.

— Я могу как-то помочь?

— Вряд ли. Проект мы потеряли. Сейчас надо сосредоточиться на других.

Он вернулся в кресло, снова берясь за бумаги.

— Хорошо, не буду тебя отвлекать, — я вышла, схватила сумку и отправилась в офис Метельского. Надо выяснить, что произошло.

Я прибыла на место спустя полчаса. Офис располагался на двадцатом этаже современного бизнес-центра. Я прокручивала в голове вопросы, которые задам Метельскому, не обращая внимания на то, что меня там вообще-то не ждут. Вряд ли он по доброте душевной примет меня и выложит карты на стол. Но я так влюбилась в этот проект, он мне снился!

Поднявшись в офис, я направилась на ресепшен, но тут увидела, как дверь главы компании открылась, и вышел он сам. И не один. С ним была невероятно довольная Алла Завьялова. Метельский пожимал ей руку, или скорее, ласкал её пальчики, так и светясь радостью. Чуть не облизываясь, он проводил её к лифту, убеждая, что очень рад их сотрудничеству.

Алла, которую до этого я видела только в журнале, бросила на меня странный взгляд. Мне показалось, что её довольная улыбка на миг дрогнула, и на лице прорезалось удивление. Она что, меня знает? Откуда бы? Красотка прошла мимо и скрылась в лифте. А мне предстояла непростая встреча с Метельским, которая не принесла ничего полезного. Я не добилась ответа ни на один свой вопрос. Зачем только ездила?

Через пару дней, когда дела в нашем бюро стали ещё напряжённее, меня отвлёк курьер. Я копалась в документации в поисках хоть каких-то намёков на наши ошибки. Весь офис был на ушах. Оторвавшись от бумаг, я взглянула на парня.

— Что, простите?

— Вы Екатерина Олеговна?

— Я.

— Это вам.

Он протянул мне пакет, потребовал подпись и удалился. Я тут же отбросила его в сторону и вернулась к бумагам. Ничего. Полный порядок! Тогда почему от нас отказываются клиенты? И главное, не объясняют же ничего! Исправно платят неустойки, но и всё на этом.

В желудке заворочался голод, и я вспомнила, что не поела даже утром. Постучавшись к Диме, пригласила его на перерыв.

— Давай отвлечёмся хотя бы на полчаса?

— Я закажу что-нибудь сюда, — не поднимая головы от бумаг, ответил Дима.

— Идём! — я потянула его за руку. — Тебе нужно голову проветрить. Нам всем, вообще-то.

Погода сегодня порадовала. На носу сентябрь, а тепло, как в июле. Купив сэндвичи и кофе, мы устроились перекусить в парке.

— Что конкретно написал Левин? — опять вернулся к делам Дима.

— Сейчас скажу, — вздохнула я, ища телефон. — Извини, в офисе забыла.

— Ладно, объяснений там всё равно нет.

— А к кому он ушёл?

— Подозреваю, что к Завьяловой.

— Да? — вдруг напряглась я. — А тот проект с английским садом?

— Клиенты не говорят, но до меня дошли слухи, что тоже Завьялова постаралась. Я не понимаю, как это у неё получается!

— Дим, я видела её у Метельского, — упавшим голосом призналась я. — Я была так зла на него, что это совершенно вылетело из головы. Прости, пожалуйста, что не сказала.

— Серьёзно? И Метельский тоже? Твою мать. Что вообще происходит?!

Настроение у всего офиса было убийственное. Новые клиенты отказывались, старые срывались. А ещё проверки. Не находят ничего, но не отстают.

Про курьера с пакетом я вспомнила только вечером. Разорвав упаковку, обнаружила коробочку Тиффани и опешила. Что это такое? Внутри лежал потрясающей красоты браслет, а на карточке, которую я сначала не заметила, было только два слова: «С годовщиной».

Откинувшись в кресле, я с удивлением поняла, что совершенно забыла о том, что сегодня у нас с Артёмом была бы годовщина свадьбы. Зачем он это сделал?!

«Ты с ума сошёл?» — написала я. — «Мне не нужны твои подарки!»

«Привет, я позвоню», — ответил он.

— Ты зачем это сделал? — зашипела я в трубку.

— Я давно купил его. Хотел подарить ещё тогда, на отдыхе.

— А что же передумал? — ядовито спросила я, уходя подальше, чтобы никто не услышал. — Вместо этого решил с Викой переспать?

— Я не знал, что с ним делать, — признался бывший муж. — Дарить кому-то другому я его не буду. Он твой.

— Да не нужен он мне!

— Кать, не злись, ладно? Это не какой-то хитрый план, это просто подарок, который должен был стать твоим. Пусть так и будет. Прошу, не отказывайся.

— Я верну его.

— Нет! — надавил Артём. — Не знаю, пусть это будет самое малое, что я могу сделать в качестве извинения, миллион браслетов не исправят моих поступков, я понимаю. Просто знак того, всё произошедшее — моя вина. Пожалуйста, оставь его себе.

В его голосе было столько искреннего раскаяния, что я не смогла ему возразить. Сухо попрощавшись, я отключилась, уже решив, что продам браслет и отдам деньги на благотворительность. Можно и вернуть, но я вроде уже выросла для таких демонстративных жестов. Носить я его всё равно не буду. Пусть детям, например, поможет.

Этот звонок только разбередил рану, оставленную бывшим. Зачем он теперь такой раскаивающийся? Лучше бы продолжал быть уродом.

***

Дима снова и снова перечитывал сообщение от Юры. Он обратился к нему за помощью, зайдя в тупик. Кому он ещё мог довериться, как не лучшему другу и по совместительству следователю?

«Проверил всех твоих сотрудников. Всё чисто. Кому ты рассказывал про договор с Витальевым?»

Проверил всех. Кроме Кати, она для него была вне подозрений. Но… Про Витальева он рассказывал только ей. Что за нахер?