Пятидесятая глава

– Ты охренела с требованиями о разделе? Ты хоть понимаешь, что убиваешь этим мой бизнес на корню? Тебе же хуже будет, если я обанкрочусь, а всё идёт к этому! Что ты делаешь, дура! Мало тебе, идиотка, развода? Я пошёл тебе навстречу, так и ты тоже сделай шаг! Отзови свой иск! Пойдём на мировое соглашение! – орал мне в трубку Владимир, экспрессивно и яростно. Как много слов! Что удивительно, его крики не задевали меня. Он мог обзываться сколько угодно, я не реагировала. Вот уж действительно, слова сами по себе не несут никакой эмоциональной окраски. Важен только человек, который их произносит. Если он важен. Да… Я усмехнулась и спросила тихим и спокойным тоном: – Ты только заметил, что мы с тобой делим имущество? Посмотри в окно. На дворе конец апреля. Что орёшь, как оглашённый? Владимир осёкся, звериным чутьём понимая, что кричать на меня теперь бессмысленно. Он помолчал некоторое время и чуть страдальчески произнёс, напоминая мне интонацией Веру Анатольевну: – Я не вникал в суть раздела. Этим занимались мои юристы. Неужели намекает на свои увечья и больницу? Но я ещё помню, пока склерозом не страдаю, что подала на раздел в январе. А разбился Владимир в марте. – А почему? – невинно спросила и даже непроизвольно хлопнула ресницами. Так вошла в образ, что развеселила этим сама себя. – Что ты начинаешь? Зачем уводишь разговор в сторону? Не спрашивай ерунду. А то сама не понимаешь, почему! – предсказуемо взвился бывший муж. Ох. Ну что за человек? Псих, честное слово! И так просто поддаётся на манипуляции. Противно и печально. – Стоп! – повысила я голос и продолжила, – Ты пустил своё дело на самотёк, набрал себе вместо специалистов девок с улицы, ты весь квартал не занимался бизнесом, тебя не интересовало, как мы его делим! Были более важные дела, наверное. А сейчас ты как с цепи сорвался. Ищешь виноватых? Посмотри в зеркало! Будь мужчиной и возьми ответственность на себя, а не вини в своих несчастьях бывших жён! – Мой бизнес не выдержит раздела, Ир! Столько сил вложено! Ира! Я в отчаянии! – простонал мне в ответ Владимир. Выдохнула. Сжала губы и зажмурилась. Бизнес реально было жаль. Всё-таки и мне он не чужой. Ладно! – Я согласна на денежную компенсацию. Мне не нужна половина твоих предприятий. Что я с ней буду делать? Мне необходимы гарантии на будущее. А это можно решить и деньгами. – спокойно высказала ему своё предложение. – У меня нет таких денег! – моментально ухватился за него Влад и кинулся отчаянно торговаться. Вот, дай палец – откусит руку! Зачем я вообще с ним вступила в диалог? Сиротку сейчас будет из себя выдавливать… – А если поискать? – спросила ухмыльнувшись. – Что ты имеешь в виду? Я не понял? Ира! – У тебя есть большая и не дешёвая квартира. Очень дорогая машина. Поскреби по сусекам и соберёшь нужную сумму, – ответила, откидываясь на спинку стула, и перевела взгляд за окно во двор. – Я разбил машину! И где я буду жить? – воскликнул бывший муж, обиженно и добавил, – эдак я стану и вовсе как брат Николай ютиться в малогабаритном жилье. – Говори с моими адвокатами. Не стоит мне названивать. Тебе же неинтересно, где я буду жить с сыном? – проговорила, почти пропела я ему в ответ. Меня не касается, где Владимир возьмёт деньги. Пусть у мамы попросит. Или, ещё лучше – у лисы-Алисы! Влад помолчал и заговорил уже другим, проникновенным и низким голосом: – Ира, когда ты стала такой меркантильной? Ах, ты ж, божечки-кошечки! Альтруист выискался! Смешно, честное слово! – У тебя научилась. – ответила и, простившись, отключила звонок. Раньше на его голос такого тембра я моментально реагировала. Встопорщенной кожей на загривке чувствуя, до морозной дрожи ощущая, его присутствие. А сейчас мне всё равно. Просто немного смешно и грустно. Отболело. Прошло и растаяло прошлогодним снегом. За окном шаловливый апрель разбрасывал фейерверки солнечных лучей. И, кстати, ноздреватый и печальный снег уже почти весь растаял. Незаметно. В один из дней я выглянула утром в окно и поняла, что весна пришла! А сейчас отложила в сторону свою работу и вышла во двор, как была в домашних тапочках, только набросила на плечи куртку. После разговора с бывшим я пока не смогу работать спокойно, нужно дать улечься эмоциям. Утихнуть раздражению. Воздух пах головокружительно. Лопались почки, и молодая трава пробивалась сквозь влажную прелую землю. Природа обновлялась, сбрасывая с себя сонную одурь зимы. Где-то жгли старые прошлогодние листья, и горький дымок вплетался в симфонию запахов напоминанием. Прошлое нужно оставить в прошлом и жить дальше. Скворцы, крапчатые, чернявые и упитанные, деловито шоркались по двору, то тут, то там выискивая что-то очень им нужное. Саша на днях раскидал остававшийся от горки снег и привёл в порядок участок. Маячил передо мной в одной футболке, плотно облегающей мощные плечи, и, явно красуясь, ловко орудовал лопатой и граблями. А я стояла, как сейчас, на крыльце и любовалась. Ничего не могла поделать с улыбкой, не желающей покидать меня при этом. Сейчас Саня забрал Юрочку и повёз моего сына к моим родителям на постой. Завтра рано утром мы с ним выезжаем в Москву. Мне нужно по работе – это раз, и самое главное – моя подруга выходит замуж! Так что мы едем гулять на свадьбе, и я впервые оставляю сына так надолго.