Глава 12

Наверное, нужно было бы бежать отсюда со всех ног.

Набрать сразу же Вита и попросить его о помощи.

Он точно не откажет, а о его чувствах и о том, правда ли, что он караулил под нашими окнами и ехал за мной специально, чтобы встретиться, я буду думать потом!

Главное, что Вит точно поможет! И с Геннадием справится! И…

И, черт, сразу же брать билет на самолет. В Австрию. Заняться его галереей. Там меня Марк никогда не найдет! И я больше его вообще никогда не увижу, если мне повезет!

Даже картины перелета, схватки Вита с Геннадием и самой Австрии проносятся перед глазами.

Но…

На меня накатывает дикая слабость.

Бросает в ледяной пот. Желудок скручивает и весь ужин начинает проситься наружу!

Прислоняются к стенке, стараясь не сползти по ней прямо вниз. На пол.

Дышу. Дышу, черт возьми, потому что сейчас я должна думать не об этом предателе, а о ребенке!

Несколько минут, и наконец темнота перед глазами отступает. Протираю лицо руками. Они все еще дрожат, но теперь я хотя бы могу держаться на ногах.

Но…

То, что я делаю, это просто настоящее безумие!

Вместо того, чтобы просто сбежать отсюда без оглядки, я иду вперед.

Что я хочу увидеть? Марка в постели с очередной «ничего не значащей» для него девкой? Так мотыльки летят на огонь. Хотя… Быть может, так мне станет легче все обрубить, если я и правда это увижу!

— Марк? Дорогой? Это ты?

Из спальни слышна какая-то возня, а после…

Из нее выходит девушка в наброшенном халатике. На ходу завязывает пояс, хоть я успеваю заметить, что под ним ничего нет.

— Эй. Маша? Ты вообще как здесь оказалась? Ох, черт! Тебе плохо? Да Мария же!

Я почти грохаюсь на пол, но она меня подхватывает.

Морщусь, когда у моего носа начинает размахивать ваткой с нашатырем.

— Тьфу ты. Напугала меня до чертиков. Я уже Виоле думала звонить. Или в скорую.

— Стелла? Ты-то каким чудом здесь?

Хлопаю глазами, пока снова не возвращается резкость. Только теперь узнаю в хозяйке голого халатика и разбросанного белья сестру Марка.

Да на лицо-то я и не смотрела!

— Ты лучше садись. А то если снова в обморок решишь тут мне грохнутся, я тебя до диванчика не дотащу.

Стелла поддерживает меня за локоть.

Я опускаюсь на мягкий диванчик.

А здесь уютно, — невольно отмечаю.

Красный диван и мягкие кресла с красной обивкой. Стеклянные столики, небольшой, кофейный и широкий рабочий. Остальная мебель белая.

Слишком изящно для Марка.

Не могу не подумать, он обставлял здесь все сам или к этому приложилась женская рука?

— Со мной все в порядке, Стелла.

— Это хорошо. Теперь главное, чтобы я в обморок вслед за тобой не свалилась. Ты меня напугала, Мария. Реально. У меня нервный тик теперь будет. Кофе? Или чего покрепче?

— Мне просто воды.

— Как хочешь.

Стелла пожимает плечами и отправляется к бару. Наливает мне воду без газа, а себе что-то смешивает, взболтав.

— Как всегда, скучный выбор. А здесь, между прочим, есть все! Вообще все. Как в ресторане. Ты скучная, Маш. Я тебе не говорила?

— Раз, наверное, с миллион.

Жадно глотаю воду, чувствуя, что головокружение уже окончательно отпустило.

— И я была права! Судя по вчерашнему вечеру, ты наконец, меня услышала! Еще и Марка подраконить решила! Мало того, что явилась в таком платье, что все чуть под стол не свалились, так еще и напоказ с Решетовым флиртовала! Не скажу, что все идеально, конечно. Нос бы тебе все-таки подправить. И губы сделать нормальные. Раза в два даже хватит увеличить. Ну и… Поработать еще со стилистами нужно, конечно. Я тебе дам номерок. Туда очередь, но если от меня, то возьмет.

— Стелла. Что ты здесь вообще делаешь?

— А Марк не говорил разве? Я здесь… Ну, скажем… Живу.

— У тебя же своя квартира есть? И купил тебе ее именно Марк.

— Ну… Есть, и что такого? Подумаешь. Ну ладно. Если тебе так нужно все знать, то у меня роман. Который я не хочу афишировать. Поэтому перебралась на время сюда. Не постоянно. Мы здесь просто встречаемся. Иногда ночуем. А живу я в своей квартире, да.

— И давно?

— Уже почти год. И не надо так на меня смотреть! Да, он женат. Так бывает. Не все такие правильные, как ты, Маша. И скучные.

— Зато что ты, что брат твой очень веселые.

— Осуждаешь меня? Ну-ну. Кстати о брате. Наконец ты взялась за ум. Я в шоке просто. Я же здесь год уже почти. А ты вообще ни разу сюда не приходила! Даже когда меня не было, я бы поняла. Ты бы точно или скандал устроила или вылизала бы тут все до стерильности!

— Зачем мне вообще сюда приходить?

— Машшшшааааааа!

Стелла закатывает глаза и плюхается на диван.

— Ну что ты совсем как маленькая? Мужика контролировать нужно! Тем более, такого, как Марк! Я б каждый день наведывалась, если бы у моего мужчины отдельно он нас квартира бы была! Но теперь ты взялась наконец за ум. Поздравляю. Выросла, похоже.

Стелла салютует мне бокалом.

— Хотя сделать себе нормальное лицо и фигуру мало, конечно. Заставить его на дерьмо исходить от ревности тоже хороший ход. За ним следить, чтобы, не дай Бог, какая-нибудь ушлая стерва от него не залетела. А лучше всего, конечно же, ему и родить уже наконец! Ты же Марка знаешь. Он с ребенком не оставит. Никогда. Но если какая-нибудь деваха пораньше подсуетится… Все. Потеряешь ты его, Маш. Тогда уже ничего не вернешь. Ни пластикой, ни даже если в школу гейш запишешься. Вообще не понимаю, почему ты раньше не родила? Девки потому вокруг Марка и вьются, между прочим. Сплетничают, что у него жена бракованная. И что он скоро плюнет и уйдет.

Ее послушать, и кажется, что я в психушке какой-то оказалась. В другом вообще измерении.

— Потому, кстати, Марк тебя с собой и не берет на всякие приемы. Он же лакомый кусок! Богатый! Красивый! Идеальный генофонд, кроме прочего! Вот все и болтают о тебе. Что пустышка ты. Пустоцвет. А он бережет тебя. Не хочет, чтобы тебе такое в спину шипели. А некоторые же могут и в лицо! Но я бы на твоем месте все равно бы его одного не отпускала. Говорю же. Залетит какая-нибудь стерва от него, и все. Прощай, ваша семья. Вообще-то я поначалу и думала, что Марк на тебе по залету женился. Не тянула бы ты с этим, Маш.

— И с чего это ты так вдруг обо мне начала заботиться? Ты вообще-то против нашего с Марком брака была? Прямо мечтала, чтобы твоя подружка за него замуж вышла.

И да. Я помню, как эта самая подружка к Марку на приеме липла! Такое разве забудешь?

— Ну да, — Стелла пожимает плечами, как ни в чем ни бывало.

— Хотела. Потому что она ему больше подходит. Яркая, заметная, не то, что ты!

— Так зачем мне здесь советы раздаешь?

— Я передумала. Не хочу, чтобы Дара несчастной была. А с Марком любая будет несчастной. Кроме тебя, конечно.

— Это почему?

Хмурюсь.

— Потому что, Маша, Марк однолюб. И о любую другую ноги будет вытирать. А тебя бережет. Жалеет. Даже странно, как трогательно он к тебе относится. Как… Как к вазе фарфоровой.

— Стелла? А вот тебе не стыдно? С чужим мужем роман крутить?

— А что такого? Все так живут, между прочим. Да больше, чем через одного у всех любовницы! И жены прекрасно все знают. И ничего. Любовница же так. Развлечение. А жена это навсегда. Семья.

— То есть ты сейчас сама признаешь, что ты развлечение?

— И что? Я тоже с ним развлекаюсь. Не всем, Маш, как ты, так интересно дома сидеть и салфетки крохмалить. Дети еще потом. Памперсы эти всякие. Сопли. Мне такое не подходит! Это как лоботомию себе сделать.

— А Марк….

— Да расслабься ты. Не было никогда у Марка любовниц. Девки какие-то на один раз, это да. Зачем ему отношения? Ему это не нужно. И ты его пока устраиваешь. Но ребенка роди. Иначе и правда заведет на стороне и ты его потеряешь. Держись за такого мужика, Маш. Такого больше не найдешь. Чтоб так пылинки с тебя сдувал.

— Странная ты, Стелла. В твоих глупостях, которые ты говоришь, даже логики нет. Говоришь, что однолюб, и в тоже время, что удерживать его нужно. Зачем удерживать однолюба?

— Маш. Ты мне глупых вопросов не задавай. Ты меня лучше слушай. Я Марка знаю, как никто.

— Однолюб, Стелла, означает, что только одну женщину и любит. На всю жизнь. И зачем тогда удерживать, если любит?

Мне на самом деле уже просто смешно.

Вроде и умная у Марка сестра, но иногда просто нереальная дурочка.

— А кто, Маш, сказал, что это о тебе? Он же на тебе сгоряча женился. Психанул, когда она замуж вышла и женился. С отчаяния даже, может быть. Так что да, Маш. Марк однолюб. Он всю жизнь будет сходить с ума по той женщине. Да он с крыши ради нее броситься был готов. Там такие страсти кипели, с ума сойти было можно. Но оказалось, она не с один Марком роман крутила. И вышла замуж за того, другого. Марк же совсем тогда как сумасшедший стал. Бешеный. Кидался на всех. И сам будто смерти искал. Жить без нее не мог, понимаешь. Тебя он, может, тоже как-то любит. По-своему. Но ты жена, Маша. Всего лишь жена. Не любовь всей его жизни. Так что… Старайся удержать его. Не потеряй то, что есть.

— Стелла. Я хочу, чтобы ты освободила эту квартиру. Я здесь какое-то время поживу.

— Ты дурочка, что ли? Я тебе говорю, удерживать мужика нужно и рожать, а ты тут пожить решила. Или у вас такие брачные игры? Хочешь распалить его интерес?

— Может, Стелла, я не удержать Марка хочу, а наоборот. Избавиться от него!

Больше не выдерживаю. Выпаливаю сгоряча.

— Только он никак не отпускает. А я одна побыть хочу!

— Избавиться хочешь?

Стелла смотрит на меня, как на полную идиотку. Высоко поднимает брови и долго молчит.

— Не знаю я, что у вас там случилось. И разбираться даже не хочу, Маша. Если хочешь, я уйду прямо сейчас. А если и правда хочешь, чтоб Марк тебя отпустил… Устрой прием. И пригласи на него Ирэну Шаповалову. Они с мужем как раз из Европы приехали. Я думала, у Марка в тот же день планку сорвет. Гарантирую. Если они встретятся, он потеряет к тебе вообще любой интерес. Ко всему вообще.

— Ирэна Шаповалова? Это… Ее муж Борис Шаповалов? Гениальный хирург?

— Да, Маш, тот самый Борис Шаповалов.

Стелла кривится, как будто перекривливает меня.

— Ладно. Я пойду. Наслаждайся своим одиночеством!

— Стелла. Подожди.

Она уже у двери, когда я отмираю.

— Что тебе еще? Полы за собой мыть не собираюсь.

— Когда Шаповаловы из Европы приехали?

— Когда. Да на вашу годовщину как раз. Я думала. Марк сразу к ней рванет. И никакой годовщины не будет.