Глава 20

Глава 20 Постепенно жизнь возвращалась в свою колею. Первые дни было сложно. Яна все время себя отдергивала, чтобы не схватить Маришку на руки, но тут же напоминала себе, какие могут быть последствия, и находила способ справиться с задачей, не поднимая дочь на руки. Илюша помогал всем, чем мог. Настя и Алена тоже дежурили по очереди. Обе сестры, как Сергея, так и самой Яны не задавали лишних вопросов. Ермакова уклончиво ответила, что операция была связана с последствиями родов, и вообще старалась эту тему обходить стороной. К счастью девушки проявили деликатность и не лезли с расспросами, за что Яна была им благодарна. Самочувствие улучшалось с каждым днем, как и изменения в весе. Объемы тела стали таять. Яна отмечала, что ее отражения в зеркале ей нравится все больше. – Вот видишь, – как-то сказала Настя, когда подруги пили чай на кухне, – работают мои таблетки. Я же говорила! – Угу, – Ермакова спрятала улыбку за чашкой. Не рассказывать же подруге, что ее хваленные таблетки не дали никакого результата. Они забрали с собой пару-тройку килограмм, но спустя неделю мало того, что вернулись, еще притащили с собой друзей. – Ну серьезно, – не унималась Анастасия, – сколько кило потеряла уже? Яна растерянно пожала плечами. Она ни разу не взвешивалась с тех пор, как приехала из клиники. Подсознательно боялась не увидеть там никакого результата. Страшно было, что ничего не получилось. Хотела оттянуть этот момент как можно дальше. Одежда стала чуть свободнее, но а вдруг это лишь ее самовнушение. – Я не знаю, – сказала девушка. – Ой, ты как всегда! – фыркнула сестра ее мужа, – Где у тебя стоят весы? Все там же, под шкафом? Не дожидаясь ответа, Настя встала и отправилась в спальню. Вскоре она вернулась с темным квадратом напольных весов. Подруга торжественно водрузила свою ношу на пол, нажала кнопочку на них, дождалась, пока на табло появятся нолики и велела: – Становись! Яна с замиранием сердца приблизилась, шагнула на гладкую, прохладную поверхность и закрыла глаза. – Ничего себе! – выдохнула Настя. Ермакова тут же распахнула глаза и не поверила им. Весы показывали, что девушка стала весить на десять килограмм меньше. – Не может быть! – опешила Яна. Она сошла с весов, дождалась, чтобы табло погасло, снова включила их и встала на весы. Так и есть. Минус десять килограмм. – Ну вот, я же говорила тебе! – Настя самодовольно улыбалась, будто те таблетки, которые она предлагала подруге, были собственноручно ею приготовлены и на самом деле работали. – Да… говорила… Яна все еще обескуражено таращилась на цифры в маленьком окошечке. В душе расцветала детская радость. Хотелось прыгать и танцевать. Получилось! У нее получилось! Ура! – Надо еще себе заказать упаковку, – задумчиво проговорила Анастасия, – я тоже так хочу! – Не придумывай, – отмахнулась от нее Яна, – ты и так худышка. Если ты скинешь десять кг, будешь как пособие в кабинете анатомии. Тебе и терять уже нечего. Это у меня много, потому что нужно скидывать прилично. Настя отнекивалась, но скромно улыбалась, явно довольная тем, что жена брата считает ее стройняшкой. Окрыленная успехом, Яна с радостью ожидала того времени, когда сможет выйти на работу. Пока Яна была в больнице пришли анализы Илюши, которые они сдавали для обследования. В общем, все в них было хорошо. Были незначительные отклонения от нормы, но педиатр сказала, что это объяснимо снижением иммунитета. Сняв с души этот тяжкий груз, Ермакова смогла, наконец, выдохнуть с облегчением. Если бы тогда она знала, что это лишь верхушка айсберга… На работу Яна выходила, как на праздник. Она страшно соскучилась по коллегам, по этой больничной суете, по общению с подругами. Теперь она чувствовала себя уверенней. Настроение поднялось вверх, когда покупала себе форму на два размера меньше, чем носила одежду в последнее время. Все еще не верилось в происходящее, но очень нравились изменения в жизни. Теперь домашний быт перестал занимать собой почти все время Ермаковой. Надо признать, что с уходом Сергея стало как-то проще. Пусть не сразу девушка это осознала и приняла. Ведь сначала она находилась в шоке от предательства любимого супруга. Но постепенно боль от его измены стала утихать, а потом… Оказалось, что можно не думать о том, чем покормить мужа после работы, не нужно стирать и гладить ему одежду, не обязательно беспокоиться идеальный ли порядок в квартире, что найдя хоть одну пылинку не получит от супруга укоризненный взгляд. Зато можно много времени проводить с детьми, играть с ними, гулять, готовить только для них, ложиться вовремя спать, а не ждать Сергея с дежурства или очередного вызова, чтобы разогреть ужин и поставить его перед майором, а потом еще посуду мыть. Сейчас она готовила легкую еду для себя и для детей. Ложилась спать вместе с ними, просыпалась утром легко и с хорошим настроением. Отвозила Илюшу в школу и сразу отправлялась на работу. Маришка проводила время в отделении для малышей. Там всегда был присмотр за ней, да и мама могла посетить девочку в течение рабочего дня в свободную минутку. Илюша возвращался после школы домой сам. Иногда его встречала Алена, чтобы проконтролировать, как он добрался до дома. Дома ребенок разогревал себе обед в микроволновке, делал уроки и ждал маму с работы. Яна не задерживалась. После окончания рабочего дня торопилась скорее вернуться домой к сыну. Сергей не тревожил жену. Каждую неделю он переводил деньги на карточку Яны. Домой не приходил, за что Ермакова была ему благодарна. Несколько попыток встретиться с сыном не увенчались успехом. Илья делал вид, что не замечает отца. Он, как будто не слышал его, смотрел, как на пустое место. Сергей не подавал виду, как сильно его это задевает. Когда он попытался забрать сына со школы, приехал за ним на машине к воротам школы, мальчик даже не обернулся на его окрик, а когда отец хотел догнать его, Илья стал кричать и звать на помощь. На Ермакова начали оборачиваться люди. В первый момент он хотел наплевать на это, но потом понял, что объяснять посторонним людям, почему его собственный сын так себя ведет, совершенно нет никакого желания. Майор досадливо сплюнул под ноги и сел в машину. Потом он медленно ехал за мальчиком, стараясь держаться так, чтобы тот его не видел. Убедившись, что сын добрался до дома, только после того, как он увидел, что в детской зажегся свет, Сергей уехал от дома жены. Время неумолимо катилось вперед, отматывая отмеренный срок двух месяцев. Совсем скоро ее младшая сестра выйдет замуж, а у самой Яны начнется бракоразводный процесс. Она старалась пока об этом не думать, но мысленно ставила галочки в пунктах, который наметила себе на это время. Теперь у нее есть стабильная работа, квартира, которую не будут делить в суде, как совместно нажитое имущество, теперь ее фигура с каждым днем приближается к идеалу. Но, тем не менее, впереди еще все самое сложное – семьям сложно будет объяснить причину, по которой они разводятся. Яну это не страшило. Она справится! Ведь не зря же она пошла на уговоры мужа подождать два месяца. У нее тоже было время подготовиться к предстоящей битве. После выходки Сергея по поводу квартиры, девушка четко поняла – ждать от мужа честности и благородства не стоит, а значит, необходимо себя обезопасить. Фотографии Леночки в форме Сергея в соцсетях, Яна скопировала себе давно, сохранила их на флешку. Только этого было мало. Запись в видеорегистратора в машине, в тот день, когда Яна приехала за машиной на работу Сергея, а ключи и документы на автомобиль ей вынесла любовница мужа. Звук там записан слабо, зато отлично видно кто передает ключи Ермаковой, с каким выражением лица общается высокомерная Елена. Даже по губам можно при желании прочитать, что она говорит. Девушка не знала пригодится ли ей все это, но с такими доказательствами измены ее мужа, чувствовала себя уверенней. *** – Доброе утро! – поздоровалась Яна, входя в кабинет. Этого врача она еще не знала и ранее никогда не видела. Мужчина, довольно молодой, вряд ли намного старше самой Яны. Среднего роста, темно-русые волосы, тонкий нос и пронзительный взгляд карих глаз. Он что-то писал, сидя за столом. Когда медсестра вошла в кабинет, посмотрел на нее вопросительно. – Прием еще не начался, – сдержано оповестили ее. Яна кивнула, сдерживая улыбку. – Я знаю, – ответила она, – я не посетитель, я медсестра, сегодня буду работать с вами. Меня Яна зовут. По выражению лица доктора трудно было сказать, рад он или огорчен такому сотрудничеству. Он только кивнул и продолжил что-то записывать в бумагах, лежавших на столе. Представляться не спешил. Не хочет, и не надо. Яна прогнала неприятное чувство неловкости, возникшее в этот момент. Всего восемь часов им предстоит провести в одном кабинете, помогая детям. А потом… Потом никто не знает, когда они снова встретятся, так что вовсе необязательно знать его имя. В конце концов, есть замечательные слова-обращения доктор и врач. Прием начался, и девушка тут же забыла о замешательстве, которое только что испытала в присутствии этого мужчины. Сработались они хорошо. Ермакова с полуслова понимала, что хочет сделать доктор, предугадывала его просьбы, обеспечивала их маленьким пациентам доброжелательную атмосферу, отвлекала их от боли и умело переключала их внимание на что-то позитивное. Иногда она ловила на себе задумчивый взгляд карих глаз и испытывала при этом странное смущение, но потом стряхивала с себя наваждение и погружалась в работу. Когда поток посетителей немного иссяк, она, как всегда, сбегала к дочери, попутно позвонила сыну и снова вернулась в кабинет, но не успела открыть дверь, как в кармане ожил телефон. Яна достала аппарат, посмотрела на экран и скривилась. Нажала кнопку, выключая звук звонка. Экран моргнул и погас, но тут же засветился с новой силой. «Сергей» гласила надпись на экране. Сергей – последний человек, с кем она хотела бы разговаривать не только сейчас, но и вообще. – Ну наконец-то! – буркнул врач, как только Ермакова открыла дверь. Мужчина явно сердился. В кабинете плакал мальчик, рядом с ним на стуле всхлипывала его мать. Яна не стала говорить, что ее не было всего несколько минут и работали они сегодня без перерыва на обед. Положила телефон на стол и принялась за работу. Темный прямоугольник смартфона опять засиял надписью, но на этот раз еще провокационно завибрировал, тарахтя о столешницу. Девушка даже не обернулась. Звук повторился. – Да ответьте уже вашему Сергею! – не выдержал доктор. И сказал он это таким тоном, что у Ермаковой невольно вспыхнуло лицо. – Он не мой, – пролепетала она, хватая телефон. – Алло! – недружелюбно ответила звонившему, за что заслужила очередной недовольный взгляд своего врача. И чего он взъелся так? – Я на работе, – тут же поторопилась сказать мужу, – потом перезвоню! – Ты почему не отвечаешь? – не смутился супруг. – Я на работе! – Яна, – вклинился доктор, отвлекаясь от осмотра, – мы вам не мешаем? Он многозначительно посмотрел на дверь. – Простите, – сгорая от стыда, проговорила Ермакова, выскальзывая в коридор, и уже мужу, – что тебе надо? Ты не понимаешь русский язык? Я же сказала, что позже перезвоню! – Позже я не смогу говорить, – прервал ее отповедь Сергей, – я сейчас уезжаю на задание. Ты должна знать – сегодня мои родители приедут на ужин. – Прекрасно, – фыркнула девушка, – пусть приезжают. Пусть пообщаются с детьми. У тебя все? – Нет, не все! – раздраженно ответил майор, – Отец сказал, что если меня не будет сегодня вечером дома, то будут проблемы. Поэтому я сегодня тоже буду на ужине. Я понимаю, что Илюша не хочет меня видеть, но будь добра, подготовь его к моему приезду. – Раскомандовался! А не боишься, что он расскажет родителям, почему папа дома не живет? – А ты сделай так, чтобы он этого не сделал! – в тон ей ответил супруг, а потом добавил, – Иначе я тебе просто так развода не дам. И тут же отключился. – Вот же мерзавец! – прошипела Яна, понимая, что вот-вот расплачется. Вдох. Выдох. Расправила плечи, высоко подняла голову и вернулась к своим обязанностям.