Глава 20

НАДЯ Я не знаю, куда ездил Майкл, но возвращается он только под утро. Совершенно невыспавшаяся встречаю его с огромным облегчением и радостью. Были у меня мысли, что он натворит бед, или полиция его задержит. Всё же я не забываю о придурке Алексе. Но к счастью, Майкл цел и невредим. И даже в хорошем расположении духа. – Я переживала, – не стала скрывать своих чувств и эмоций. Неро обнимает меня и обдаёт холодом с запахом дождя. Целует в макушку и произносит: – Всё в порядке, огонёк. Встретился с одним человечком, который поможет с нашей аферой. Кстати, а ты молодец. Не ожидал от тебя авантюризма. – Пф! Если не заметил, то я вообще талантище! – говорю с шуткой и улыбаюсь широко и весело. – Заметил, – усмехается Неро и принимается раздеваться, разуваться. Мчусь на кухню. Достаю продукты для завтрака. Пусть это будет первый завтрак. Потом поспим, и сделаю второй, более плотный и сытный. Варю кофе и делаю тосты с сыром, беконом, помидорами и листьями салата. Жарю тосты на сковороде и ощущаю, как урчит в животе. Майкл садится за стол и наблюдает за моей суетой. – Мне нравится, что ты готовишь для меня, – произносит он мягким голосом. Я тихо смеюсь и чувствую приятное тепло в груди, но в шутку говорю: – Не только для тебя. Для себя тоже. Когда готово, ставлю всё на стол и наблюдаю, с каким аппетитом и удовольствием Майкл ест приготовленные мной тосты. Он жмурится и, прожевав, произносит: – Ты готовишь, как настоящая итальянка, огонёк. Сыр расплавился до нужной консистенции. Очень вкусно. Моё лицо розовеет от смущения, похвала мне приятна. От Майкла – вдвойне. Когда всё съедаем и выпиваем кофе, отправляемся отдыхать. – Будем спать до самого обеда, – заявляю категорично. – Потом у нас будет второй завтрак-обед, а далее возьмёмся за учёбу. У меня много заданий. Да и у тебя тоже немало. Нужно до завтра всё сделать. – Как скажете, генерал Зануда, – смеётся Неро и утаскивает меня в постель. Обнимает собой, закинув на меня и руку, и ногу. Хочу немного повозмущаться, так, для порядка, но в этот же миг Майкл накрывает мои губы своими. Он дарит мне медленный, чувственный поцелуй, который со скоростью света разжигает в нас желание. Его губы отрываются от моих и я издаю вздох разочарования. Но его губы спускаются на мою шею, и он уже целует бьющуюся рваным пульсом жилку, потом ласает ключицы. Пользуясь моментом, пока мои руки свободны, тянусь к ремню на его джинсах. Но Майкл вдруг накрывает мою руку своей. Он утыкается мне в шею и сбивчиво дышит. – Майкл? В чём дело? – недоумеваю я. Он поднимает голову и утыкается лбом в мой лоб и глубоко вздыхает. Говорит: – Сейчас просто отдыхаем, хорошо? – Ммм… Хорошо… – произношу с сомнением. – Ты не хочешь меня? Или я сделала что-то не так? И зачем я спрашиваю об этом? Может быть, он просто устал, а я тут лезу к нему в штаны. Хотя Неро первый начал. Он улыбается и говорит: – Огонёк ты мой прекрасный, ты даже не можешь представить, как сильно я хочу оказаться в тебе. У меня мозги отключаются ко всех херам. Прости… Случайно вырвалось ругательство. Сначала его слова приводят меня в неописуемый восторг, но потом задумываюсь и произношу: – Я слышу поганое «но». Так, в чём дело? Он тихо смеётся, рассматривая мою хмурую моську, и говорит: – Надя, если я говорю, что хочу тебя, это значит, что я хочу тебя, да так, что у меня тормоза вырубает. Еле сдерживаюсь. Но я сейчас не хочу тебе вредить. Наш первый раз был слишком бурным. Я лишил тебя девственности достаточно грубо. Если войду в тебя сейчас, то причиню боль. Я этого не хочу. Нужно немного подождать. И просто верь мне, ладно? Чтобы подтвердить свои слова, он берёт мою руку и кладёт ладонь на свой возбуждённый член. Даже через джинсы я хорошо ощущаю его сильную эрекцию. Майкл тут же очень нежно целует меня, пока мысли меня не атаковали. И я всем своим существом радуюсь, что Майклу важно моё здоровье, моё состояние. Если честно, у меня ничего не болит. Я прекрасно себя чувствую, но не буду настаивать, раз Майклу хочется проявлять обо мне заботу. Всласть нацеловавшись, он ложится на спину и притягивает меня к себе. Укладываю голову ему на грудь. Его сердце бьётся сильно и равномерно. Он накрывает нас одеялом, и некоторое время мы просто лежим и дремлем. Майкл, вдруг убирает прядь волос с моего лба и произносит новость: – У меня сегодня день рождения. Отрываю голову от его груди и смотрю на него со смесью удивления и возмущения. – Как же так, Майкл? Почему ты мне раньше не сказал? Он грустно усмехается со словами: – Прости. Длинно вздыхаю и добавляю: – Сама тоже хороша, должна была узнать твою дату рождения. – Я сам забыл, – говорит он с улыбкой. Такое ощущение, что ему вообще всё равно. Смотрю на него печально и говорю: – Ты должен был сказать мне. Я бы приготовила вкусный и романтический ужин. Испекла бы торт. И подарок… У меня нет для тебя подарка… Но ещё не поздно всё успеть сделать! Намереваюсь вскочить с кровати, чтобы начать действовать, но Майкл останавливает меня. Парень прижимает меня к себе крепко – не вырваться и произносит мягко, но настойчиво: – Не нужно суеты, огонёк. Я не отмечаю свой день рождения. Я просто хотел сказать, что стал старше, вот и всё. Он улыбается, но улыбка выходит вымученной. Сейчас в глубине своей души он страдает. Моё сердце сжимается от его слов и грустной улыбки. – Почему же? – спрашиваю шёпотом, вглядываюсь в темноту его глаз. Он вздыхает, хмурит лоб и говорит, его слова тяжелы, как и его боль на сердце: – Мамы не стало в этот день. В мой день рождения. У меня в горле застывает ком. Закрываю глаза, так как их начинает щипать. Это не просто погано. Ужаснее не придумать даже. – Мне так жаль, Майкл… Не выразить словами, как жаль и больно за тебя, – произношу мягко и провожу пальцами по его волосам. Он ловит мою руку и целует пальцы, потом говорит: – Я дал себе слово, огонёк, что больше не отпраздную ни одного своего дня рождения, пока не разорву крепкие узы, которыми держит меня Дио Сарто и клан отца, и не решу вопрос с Микой, чтобы она жила свободно и без страха. Это душераздирающе. Слёзы невольно катятся по моим щекам, я утыкаюсь в его шею и сдавленно произношу: – Майкл, у нас всё получится. Мы вернём твою сестру. Всё-всё сделаем. Мы молчим некоторое время, а потом Неро спрашивает: – Надя, ты что же, действительно испекла бы торт на мой день рождения и приготовила бы романтический ужин? – Кончено, – заверяю его. – При этом с огромным удовольствием! – Тогда… когда-нибудь… сделаешь? – спрашивает он как-то робко, словно ему неловко для себя просить. – Только попроси, – улыбаюсь ему и крепко его обнимаю. Я чувствую себя с ним единым целым. Чувствую, что важна, что нужна ему. И сам Майкл как-то внезапно, очень неожиданно для меня самой стал необходимым, важным, как воздух, как вода, как сама жизнь. Бывает ли такое? * * *МАЙКЛ Отчим звонит в то время, в которое условились. Я ждал звонка и не стану кривить душой, нервничал. Всё рассказал Наде. Она как могла, успокаивала меня. Наконец, время Че наступило. Телефон зазвонил. – Это Сарто, – говорю огоньку. Она бледнеет, но взгляд твёрдый и уверенный. Кивает со словами: – Давай, Майкл, отвечай. Поговори с Микой. И убеди отчима о встрече. Принимаю вызов и на итальянском отвечаю: – Впервые рад тебя слышать. – Не могу сказать того же, – смеётся Дио. – Но как видишь, я своё слово держу. Поганый ублюдок. – Дай телефон Микаэле, – требую я. – Не кипятись ты. Сейчас услышишь свою сестрёнку. Небольшой шорох и вот раздаётся родной голос моей половинки души: – Майкл? Братик? Это, правда, ты? – Мика… – выдыхаю с огромным облегчением. – Это я, родная… Я. Как ты, сестрёнка? Тебя не обижают? Они ничего… Я не договариваю фразу, боясь даже думать о самом дурном. – Нет… Нет, Майкл, – вздыхает она. – Мне никто ничего плохого не делает. Со мной обходятся хорошо. Честно. Просто… Она снова вздыхает и тихо произносит: – Просто я так сильно скучаю по тебе. И ещё… мне страшно. – Не бойся, Мика. Всё будет хорошо. Обещаю тебе, – говорю уверенным и твёрдым тоном. – Думаешь? – её голос полон такой печали и тоски, что моё сердце готово прямо здесь и сейчас разорваться. Сжимаю руку в кулак и закрываю глаза. Глаза щиплет от слёз. Меня бесит, что я сейчас бессилен. Что я загнан в капкан. Сглатываю горький ком и открываю глаза. Надя сидит в кресле напротив и смотрит на меня с такой любовью и безграничной преданностью, что понимаю – я всё сделаю ради этих двух женщин, ради Мики и Нади. Дио Сарто поплатится за своё зло. А все обидчики Нади пожалеют, что на свет родились. – Майкл? – с тревогой зовёт меня сестра. – Я здесь… Просто задумался. Хочу сказать тебе, что я знаю, Мика. Знаю, что всё закончится благополучно. Только верь мне, милая, – произношу я, вкладывая в свои слова всю свою любовь к ней. – Я тебе всегда верила. Мой сильный и отважный брат, – говорит она, и я слышу в её голосе улыбку. Не успеваю ей больше ничего как сказать, как вдруг раздаётся голос Дио: – Всё, хватит ваших соплей. – Дио… – рычу я. – Поубавь свою агрессию, мальчишка, – усмехается он, – и послушай меня. Ты поговорил с сестрой, убедился, что она цела, здорова. Теперь твой ход, мальчик. Делай, как я сказал – напрягись и закончи универ за этот год. Ты сможешь. Понял меня? Я выдерживаю паузу, не отвечаю ему. Тогда отчим напрягается и рявкает: – Ты услышал меня?! – Я не глухой, – произношу ледяным тоном. – Но у меня появились сомнения… – Какого хуя? – рычит он. – Ты что, щенок, решил потягаться со мной? – Поубавь громкость, Дио. Ты даже не услышал, что я хочу попросить. – Попросить? – удивляется отчим. Потом издаёт смешок и говорит: – Ты меня удивляешь, Майкл. Что ж, говори, чего тебе надо? – Хочу увидеть сестру. Вживую, – добавляю, чуть ли не по слогам. – Я должен убедиться лично, не по телефону, а в реале, что она в полном порядке. – Ты что, бля, мне не доверяешь? Ты только что с ней говорил! – бесится отчим. – Правильно подметил. Не доверяю я тебе, – произношу тоже с нотками ярости в голосе. И добавляю с ощутимой угрозой: – Если хоть царапина на ней окажется – я тебя убью, Дио. – Ты сопляк, Неро. Что ты можешь сделать против меня? – Могу не вступить в наследство, – говорю совершенно спокойно. – Тогда твоей сестре не позавидуешь, – угрожает он. – Я продам её по дешёвке в самый мерзкий притон, Неро. Она в день будет по сотни грязных мужиков через себя пропускать. Вот какая судьба её ждёт. Ты понял меня? Услышал? Делаю вдох, потом выдох и убеждаюсь, что огонёк права – Мику нужно вытащить. И срочно. – Понял. Услышал, – произношу спокойно, хотя внутри меня царит полнейший Ад. Гнев разливается по венам разъедающей кислотой. Будь Дио Сарто здесь и сейчас, я бы не раздумывая, вырвал бы ему сердце. Голой рукой. – Но и ты меня услышь. Хочу видеть её. Если хочешь, чтобы я сто процентно завершил универ, то ты сделаешь это. Сарто некоторое время молчит. Шумно и яростно сопит в трубку, потом резко бросает мне: – Я подумаю. И отключается. Я едва сдерживаюсь, чтобы не швырнуть телефон об стенку. – Грёбаный ублюдок! – срывается с моих губ гневное. – Майкл? – тихо зовёт меня Надя. – Он… не согласился? – Сказал, что подумает, – отвечаю девушке. Тру лицо и говорю ей. – Мне нужно на воздух. Я выйду, хочу пройтись… – Можно с тобой? – просит она. Вздыхаю и качаю головой. – Прости огонёк, но я хочу побыть один. – Конечно. Иди.