«Ночью без сна»

Ночь.

Тишина. Только глухое дыхание спящего Арсения.

Я сижу в темноте, обхватив колени руками.

Слёзы сами стекают по щекам, но я не вскакиваю, не кричу, не зову его. Зачем? Он уже не мой. Он здесь физически, но внутри — совсем другой.

«Я всё это время знала…» — повторяю я про себя.

И каждое слово режет ещё сильнее.

Я вспоминаю, как он приходил ко мне тогда, когда я была официанткой.

Как улыбался, как делал комплименты, как обещал заботу. Как я верила. Как мы смеялись вместе. Как он был моим миром.

А теперь?

Теперь мир разрушен, но я продолжаю дышать. Как будто всё ещё держусь за иллюзию, что можно просто закрыть глаза — и всё будет, как прежде.

Но слёзы не перестают течь.

Они горячие. Они бессмысленные. Они говорят мне то, что я не могу вслух: ты обманута, всё разрушено, и не будет возврата.

Я пытаюсь вспомнить, как жить дальше.

Что делать? С кем быть? Как любить того, кто предал? Или себя? Или Арсения, который не понимает, что происходит?

Я наклоняю голову, опираюсь лбом о холодное стекло окна.

Москва мерцает огнями. Высотки, машины, фонари — всё чужое, всё далёкое. И в этом сиянии я чувствую одиночество, которое невозможно выразить словами.

«А как жить дальше?» — шепчу я в темноту.

И сразу же отвечаю себе в голове:

не знаю.

Я знаю только одно — мне больно.

И это не пройдёт просто так. Ни через ночь. Ни через неделю. Ни через месяц.

Внутри меня нарастает злость.

Не к Аркадию — к себе. За доверчивость, за веру, за то, что позволила себе быть счастливой. За то, что думала, что идеальная жизнь существует.

Но слёзы не уходят.

Они становятся тише. Но не перестают.

Я лежу на кровати, обняв подушку.

Пытаюсь уснуть. Но мысли скачут: — Он любит другую… — А я? — Что будет с Арсением… — Как сохранить себя…

И всё это перемешано в один крик в голове, который невозможно выразить вслух.

Часы тикают.

Полночь. Один. Два. Три…

Я не сплю.

Я плачу. Я живу в разрыве между прошлым и настоящим. Между любовью и предательством. Между матерью и женщиной, которая всё ещё пытается найти себя.

И в этот момент я понимаю:

моя жизнь уже не будет прежней.

Но ещё не понимаю, что самое страшное — это не предательство, а то, что он начинает отдаляться…

Тише. Холоднее. Невидимо. Но постоянно. И это будет больнее любого признания.