Глава 52

Буря близко.

Стою у окна, всматриваюсь в небо, усеянное молниями, и понимаю, что там, за окном безопасного дома, происходит что-то страшное.

Предчувствие не просто подсказывает, оно вопит – случится плохое. То, что окончательно разрушит наши жизни.

И это плохое обрушивается на меня в тот момент, когда в дверь начинают звонить.

За окном страшная гроза. Крупные капли дождя яростно бьют по земле, смывая все на своем пути. Но в дверь продолжают звонить, словно нет никакой бури за окном.

Это Стас.

Я еще не подошла к домофону и не посмотрела в камеру, но точно знаю, что это он.

Больше некому так упрямо нажимать на звонок, заставляя меня вздрагивать на месте. Если открою, он меня убьет. Не открою – выломает дверь, а потом точно убьет.

А еще у Стаса есть ключи, и я понимаю это, только когда он перестает звонить и заходит сам, без приглашения.

– ЛЕРА!

Это не крик – это вопль. Так орет раненый зверь, которого подстрелили, но не добили.

– ЛЕРААААА!

Надо бежать, прятаться, хоть что-то сделать, чтобы не попасть под горячую руку бывшего мужа, но глупое тело не слушается. Ноги наливаются свинцом, и я не могу сделать и шаг.

Еще чуть-чуть, и Стас найдет меня. Вот он идет по коридору на кухню, заглядывает на второй этаж, громко хлопая дверьми, и только в последнюю очередь заходит в гостиную. Наверное, подумал, что меня здесь нет, раз свет не включен.

Но я здесь. Стою в кромешной темноте. С одной стороны окно, за которым сверкают молнии, а с другой – Стас…

– Вот ты где.

– Не подходи, – машинально выставляю руки перед собой.

– А то что? – усмехается он, явно наслаждаясь моим страхом.

– Просто уходи, Стас, – шумно сглатываю, и это тоже не остается без его внимания.

– Я пришел поговорить, – делает шаг вперед, напоминая хищника, крадущегося к своей жертве.

Он в пяти метрах от меня, но даже с такого расстояния я чувствую водку – запах чистого спирта, который бьет в ноздри и заставляет морщиться.

– Что? Не нравится?

– Не усугубляй ситуацию…

– Не усугубляй? – мгновенно вспыхивает мужчина, преодолеваю эти пять метров между нами за пару секунд, – Ты уничтожила мою жизнь, а я не должен усугублять?!

Рывок, и мои руки в захвате его рук. Больно, неприятно, и запах спирта становится невыносимым. Еще никогда мне не хотелось блевать от алкоголя, но я держусь, в который раз радуясь, что детей нет дома.

– Отпусти… – шиплю на бывшего мужа, пытаясь вырваться на свободу.

Дергаюсь всем телом, пинаю Стаса ногами, еще чуть-чуть и начну кусаться, но ему все равно. Он обезумел настолько, что не чувствует боли. Не морщится, не уворачивается, а продолжает трясти меня, брызгая слюной. Не хватает только пены у рта для полной картины.

– Нет уж, дорогая жена! – скалится мужчина, – Ты устроила весь этот п****ц, тебе и расхлебывать его. Сейчас поедем в участок, и ты напишешь там чистосердечное признание…

– О чем ты? – на мгновение замираю, забывая про свое сопротивление, – Какое еще признание?

– Что это ты задавила жену нашего соседа! Ты была за рулем в тот день. Взяла мою машину покататься, выехала в поле и не заметила женщину на дороге, а после скрылась…

Паника молниеносно превращается в гнев. Только Стас умеет так разозлить меня. Забыв о страхе, скидываю его руки с моих запястий, отталкиваю в сторону и отхожу на пару метров, чтобы окончательно не задохнуться от перегара.

– То есть ты, – голос повышается сам собой, – Хочешь, чтобы я взяла ТВОЮ вину на себя?! Чтобы я села в тюрьму, а ты будешь наслаждаться волей?!

Не спрашиваю. Ору так, что стекла дрожат.

– Да! – без тени смущения выкрикивает он, не забывая при этом топнуть ногой, – Думаешь, я сяду в тюрьму? Ну уж нет!

– Ты себя слышишь? С чего ты вообще решил, что я добровольно соглашусь на это?

– Потому что это ты, – Стас переходит на шепот и подходит ближе, тыкая в меня пальцем, – Ты все это начала. Если бы ты тогда не устроила истерику из-за моего романа с Полиной, ничего этого бы не было!

Логика бывшего мужа поражает. Удивительный человек! Только он может всерьез нести эту чушь, верить в нее и искренне не понимать, почему я так бурно реагирую.

– Если бы ты вышел из машины и помог жене Антона, то ничего бы не было, – произношу это с горечью и всем своим видом показываю, что не настроена на дальнейшее выяснение отношений.

Хочу найти телефон, позвонить охране, чтобы вывели Стаса и вызвали ему такси, но мне не дают. Стоит только потянуться к смартфону, как мужчина опережает меня.

– Кому собралась звонить? Недолюбовнику своему?!

Телефон тут же исчезает из поля зрения и следом летит на пол, разбиваясь с характерным звуком.

– Ты больной?!

Экран в трещинах, но работает – вижу это по светящемуся дисплею. Наклоняюсь, пытаюсь поднять, но оказываюсь на диване. А дальше…

Все происходит настолько быстро, что среагировать вовремя просто не получается.

– Ты… – в легких резко заканчивается воздух, когда две крепкие мужские ладони начинают со всей силы сдавливать шею.

Стас душит меня. Нет, это не преувеличение – он действительно душит меня и не сбавляет напор. Душит так, что у меня глаза скоро вылезут из орбит.

– Сидела бы на жопе ровно, – шипит мужчина, – Делала, как я говорю…

В груди все горит, рот открыт в немом крике, тело еще какое-то время сопротивляется, но быстро теряет силу и начинает просто дергаться по инерции.

– То ничего этого бы не было…

Секунда, вторая, третья… Через сколько я потеряю сознание? Кажется, остается совсем мало времени, прежде чем разум погрузится в темноту.

Последняя мысль – надо было поменять замки и на пушечный выстрел не подпускать к себе этого идиота. Как только я увидела те фотографии во время празднования нашей годовщины, надо было гнать Стаса и не пытаться все сделать по-хорошему.

Потому что, когда делаешь по-хорошему, по-человечески, оказываешься на диване, придавленная мужским телом и задушенная насмерть.

Глаза закрываются, тело начинает парить в воздухе, словно сила притяжения больше не действует в этой комнате. Хочется уснуть, провалиться в приятную негу, где нет боли и жжения в груди.

Но мне даже умереть спокойно не дают.

– Руки! – орет незнакомый мужской голос, и в следующее мгновение жжение в груди и горле возвращается.

Тело вновь наливается болезненной тяжестью, кожа на шее саднит, а из глаз начинают литься слезы то ли от вновь вернувшегося страха, то ли от облегчения.

Стас на полу – его держат два оперативника. Еще двое осматривают меня: помогают сесть, что-то спрашивают и накрывают теплым пледом.

– Все хорошо, – ласково успокаивает меня женщина-полицейский, протягивая откуда-то взявшийся стакан с водой, – Все закончилось. Вы в безопасности.

В безопасности…