Глава 33

Приосанившись и стараясь не обращать внимание на двух служанок с выражением трепета на довольных лицах, несших шлейф длинной белой накидки из меха бедных северных нерп, Нерандиль вступила в тронный зал.

Огромное помещение, выдолбленное прямо в скале, при первом визите вызывало трепет у его посетителей. Но за долгие четыре года обучения языку, манерам, истории и, как бы не странно это прозвучало для любого представителя эльфийского рода, орочьему этикету, стало восприниматься девушкой обыденно и без восторга.

Высокие, прекрасные в своей неидеальности колонны, поддерживавшие сводчатый потолок, испещряли надписи на древнеорочьем и схематические зарисовки сцен из легенд и сказаний этого народа. Любой неискушенный гость мог рассматривать их часами и так и не увидеть все, потому что те поднимались так высоко к потолку, что терялись в тени. В отличии от стен, большие мраморные плиты, устилавшие пол, были идеально ровными, отполированными до зеркального блеска настолько, что даже знатные орочихи, являвшиеся на прием к агахану, предпочитали надевать под платье обычные мужские штаны. Во избежание неловких ситуаций.

В глубине зала, на высоком троне, выдолбленном прямо в скальной породе, восседал Ульд. Он приветственно кивнул Нерандиль, но тут же поспешил вернуться к разговору с каким-то грузным орком, разодетым в красный шелк и белые меха. Судя по всему такие же, как те, из которых была сшита накидка эльфийки. Почти наверняка это и был  Ороэг, агахан Танцующих скал. Встречаться с ним прямо сейчас Нерандиль отчаянно не хотелось, потому она решила пройтись по тронному залу и понаблюдать за гостями. Послушать разговоры и, если это окажется возможным, потянуть время до встречи с заранее неприятным ей гостем.

– …воительницу Асгерд. – Донеслось до ее слуха, мгновенно обратив внимание девушка на двоих уже изрядно набравшихся орков у одной из колон.

Судя по одеяниям, состоявшим из блестящей кольчужных рубашек, темных шароваров и легких кожаных доспехов, это были бурвадеги. Но не из тех, которые сопровождали Ульда в его походе…

Много времени прошло с тех пор, но Нерандиль и сейчас вспоминала суд, устроенный над ними Аргуром, дядей Ульда. По возвращению в Изершад – скальную столицу Облачной Долины – он велел заковать в кандалы каждого из участников того похода и оставить у ее стен. Больше семи дней воины стояли там, под палящим солнцем без еды и воды, пока регент вместе с наследником решали, какого наказания они были достойны за нарушение приказа. Все же дело было весьма тонким и решить его следовало по справедливости, чтобы не вызвать народного волнения. По итогу был казнен только старый Гурх, отказавшийся признать свою вину в подстрекательстве и учинении бунта. Часть бурвадегов покаялись и пожелали стать служителями Немлы, отправившись замаливать свою вину к хоргюргам-жрецам, часть пожелала отправиться к берегу Недремлющего моря, чтобы там своей кровью и потом вернуть расположение будущего агахана и уважение соплеменников. Среди них была и Асгерд, поклявшаяся не возвращаться в Облачную Долину до тех пор, пока не истребит всех круглоухих, добравшихся до берега Эвенора.

С тех пор и до этого самого момента Нерандиль ни разу больше не слышала ее имени. Потому и поспешила прислушаться.

– Эх, хороша была девка!

– Да… помню. Во. – Орк, бывшей пошире первого в плечах и имевший весьма приметный белесый шрам, тянувшийся наискось через все лицо, ткнул пальцем прямо в него. – Её работа. Схватил ее за задницу, а ей, ишь ты, не понравилось. А мне, ишь ты, очень! Хорошая у нее была задница. Крепкая. И сама она, ух какая баба! Жаль на мужиков не смотрела. Не знаешь, может она это… ну, того?

Второй бурвадег недовольно поморщился, услышав такое скабрезное предположение. Судя по всему он был куда трезвее первого и еще не дошел до той кондиции, чтобы потерять всякое уважение к лучшим из воинов Облачной Долины.

– Говорят, воительницы из ее отряда еще день и две ночи осматривали берег, но тела не нашли. – Задумчиво сказал он, пригубив горький напиток из костяного рога. – Не мудрено… они там столько круглоухих положили, что пока раскидывали их туши в поисках, половину успело смыть в море.

– Да? – Нахмурился орк с шрамом и пьяно икнул, так сильно пошатнувшись, что обязательно бы упал, если бы одной рукой не опирался на колонну. – Жаль… надеюсь, Немла сама проводит ее душу к предкам.

– Так и будет. Вот увидишь.

– А что ж воительницы? – едва ворочая языком спросил бурвадег, не желая упускать интересную тему.

Его собеседник неопределенно пожал плечами, взглядом уже явно разыскивая среди гостей более интересного и главное трезвого приятеля.

– Говорят, погрузились на корабль круглоухих и отправились в море. Кажется, хотели отыскать их земли, чтобы там погибнуть прославляя имя своей предводительницы.

– Да? Смело. – с восторгом выдохнул пьяный орк и тут же добавл. – Но… наверно глупо. Лучше бы тут биться остались, а то еще унесет их куда-нибудь морскому чудовищу в жо… ик!… пасть. Почем зря погибнут девки!

– Значит так тому и быть. – Серьезно ответил орк, которого неуважительный тон приятеля уже явно раздражал. – Все одно – почетная смерть.

– Точно. – Примирительно вскинул кубок бурвадег, расплескав добрую часть вокруг себя. – Всем бы такую. Выпьем?

– Выпьем. За Асгерд!

– За Асгерд!

Нера задумчиво прикусила губу, отправившись дальше. Вот оно, как Немла распорядилась судьбой Асгерд. Пожалуй, несмотря ни на что, ей бы самой не хотелось для воительницы смерти. Добровольного изгнания, по мнению Нерандиль, для нее было вполне достаточно… но может быть такую судьбу Асгерд желала себе сама? Если так, то в том ее право.

– …круглоухих. – Услышала эльфийка едва ступив за еще одну колонну и остановилась, обернувшись к служанкам и предупредительно приложив к губам палец. Те, привычные ко всему и в меру нелюбопытные, покорно склонились, ожидая, пока будущая жена агахана утолит свое любопытство.

А любопытство было ненасытным! Ульд неохотно делился с Нерой информацией о вторжении круглоухих, считая что его будущей супруге не к чему лишний раз волноваться. В начале из-за беременности, затем из-за загруженности обучением и подготовке к предстоящей свадьбе, которая могла состояться только после прохождения Нерой всех придуманных жрецами ритуалов и обрядов. Потому девушка как и где могла старалась выуживать новости о разворачивавшемся в Эвеноре эпохальном событии.

– Да ты что!?

– А то!

– Да не может такого быть! И что, даже стрела не берет?

Говоривших Нерандиль не видела, но судя по легкому говору и шелесту кольчуг, это были воины, но из другого племени. Может статься что и прибывшие из Танцующих скал.

– Я тебе говорю! Мы отнесли к жрецам, те только руками развели! Говорят, неизвестный металл. Мечом его можно поддеть, да только если в упор бить. А они все чаще панцири эти делают такими несподручными, что попробуй еще попади!

– Беда… – поцокал языком воин, казавшийся по голосу старше первого, – а еще что? Ну, это… знать же надо, что ждет. Скоро ведь все с ними биться отправимся. Я слыхал, что их корабли все чаще пристают к берегу. А ведь еще недавно никто не верил…

– Не переживай, о том. – Вдруг донесся до эльфийки низкий хриплый голос, произносивший слова медленно и с сильным эльфийским акцентом. Женский… и удивительно знакомый голос! – Лучше подумай, как бы чего лишнего сегодня вон тому статному красавцу не сказать.

– Какому? Тургмаду чтоль, уроду этому куцеухому?

Неожиданно орк, стоявший спиной к девушке развернулся, явив ей левое, наполовину оборванное ухо и грозно насупившись прорычал тем, кто стоял за колонной от Неры.

– Что? Это я урод?

– Ой… – виновато охнула женщина, отступив от бросившихся друг на друга орков, из-за чего оказалась прямо перед застывшей от удивления эльфийкой.

– Госпожа Маонис? Откуда вы здесь?!

Все такая же хрупкая на вид, но теперь практически неузнаваемая внешне из-за аккуратно заплетенных в витееватые косы седеющих волос и чистого, избавленного от мук голода и отстутствия какого бы то ни было ухода лица, перед ней несомненно предстала старая ведьма. Лесная сумасшедшая, некогда впавшая в немилость самого Эвандоэле Мудрого, за свое предсказание скорого нашествия круглоухих, теперь выглядела не меньше чем светской эльфийской дамой! Исчезли дерганные движения и хриплое дыхание, из странного теперь в ее образе можно было отметить разве что длинную темную вуаль, скрывавшую внешность женщины от посторонних глаз. Но только не при близком рассмотрении.

Госпожа Маонис протянула из-под нее к Нерандиль худые руки, с длинными, но ухоженными черными ногтями и та, пусть и не без опаски, вложила в них свои, отметив, что в отличии от прошлой встречи, они оказались теплыми и нежными на ощупь.

– Один красивый и мудрый канадар был столь добр, что решил пригласить меня на столь необычное торжество. – Хрипло рассмеялась женщина. – Не скажу, что именно этот его выбор был особенно мудр, но я благодарна ему за такую честь. И, как ты видишь, просто не смогла отказать себе в удовольствии поглядеть на тебя, осуществившей предсказанное.

– Вы выглядите…

– Куда лучше, чем при первой нашей встрече? Что ж, возвращение ко двору имеет свои плюсы. Теперь могу позволить себе есть не только рыбу со мхом на завтрак обед и ужин. Я здесь не одна, если тебе интересно. Нет-нет, его величество не смог почтить твой праздник своим присутствием, – Поспешила ведьма предупредить ее удивленный вздох, – но велел передать свое благословение и поздравление с целым возом даров для тебя, твоего будущего мужа и конечно же своих племянников… А где они, к стати? Я бы очень хотела познакомиться.

Нерандиль невольно поежилась. Даже видя ведьму другой, не такой пугающей и безумной, как прежде, ей вовсе не захотелось тут же представить ей своих маленьких детей.

– Не думаю, что…

– Ах, нет. Не бойся. Обещаю, сегодня больше не предсказывать! Если только… ты сама не хочешь предсказание? В качестве моего тебе свадебного дара? Или может быть желаешь узнать о чем-то, что уже свершилось? Ну, же. Я по глазам вижу, что у тебя есть вопрос.

Эльфийка взволнованно вздохнула, опустив взгляд. Похоже, что от этой ведьмы ничего нельзя было скрыть. И Нере очень сильно хотелось узнать, но она не была уверена что имеет на это право. Точнее, она боялась, что услышанная правда сделает для нее все только хуже.

– Я бы хотела… это мучает меня… – девушка подняла глаза на Маонис, поймав на себе внимательный и доброжелательный взгляд, и только после этого решилась, – Эрисин…

– Ах, да… – печально улыбнулась женщина, – твоя нетерпеливая подруга.

– Я помню что слышала тогда от вас, в той пещере. Красные как кровь листья и она на них, держа за руку суженого…. Но.. мне бы хотелось знать…

– Жива ли она? – кивнула ведьма, ласково погладив девушку по дрожащей руке, – Предсказания – это отражение, на которое смотришь сквозь круги на воде. Иногда видишь суть, иногда видишь совсем не то, что случится в итоге. – Замолчав на мгновение, оно ровно ответила. – Эрисин жива. Я видела ее.

– Жива?! – только и смогла выдохнуть Нера. Кровь бешено ударила ей в виски, так, что девушка не помня о старом страхе перед ведьмой, шагнула к ней ближе, с надеждой заглядывая в блестящие глаза под темной вуалью.

– Не спеши. – С грустной улыбкой покачала головой госпожа Маонис. – Боюсь, что она больше не та, развеселая Эрисин, которую ты знала. Я встретила ее в Сонном Доле, молчаливую и одиноко бродящую меж окаменевших фигур ее предков. Все было так, как я и сказала. Вернувшись в вашу деревню она обнаружила пепелище на месте родного дома, а потом нашла и того юношу, которого желала себе в суженые. Она держала его за руку, пока тот умирал от ран. Был ли он ее ишаалем? То мне неведомо. Но все увиденное так ее потрясло, что Эрисин сама пожелала отправиться в Сонный Дол и весь остаток жизни прожить среди одиноких сестер и братьев, как и она покинувших этот мир.

Пока Маонис говорила, Нерандиль чувствовала как силы будто покидают ее. Неизвестно что бы было хуже, услышать что подруги и вовсе больше нет в живых узнать как ужасно сложилась ее судьба и сколько боли ей причинило предсказание ведьмы…

Хотя, была ли виновата Маонис? Она лишь сказала что видит в отражении под кругами на воде… и даже пыталась предупредить Эрисин не идти туда, не возвращаться… Но сложилась бы судьба эльфийки лучшим образом, если бы та послушала ее? Все же и на долю Нерандиль выпало немало испытаний.

– Не грусти. – Хрипло сказала женщина, словно прочтя мысли девушки. – Это ее судьба и она сама не пожелала ее менять. Ведь кто знает, как бы все сложилось, если бы она не вернулась назад, а осталась с тобой тогда. Предсказания – это круги на воде. Но каждый из нас сам решает, какое в ней будет притом отражение.

– Я увижу ее? – забыв о своем нежелании слушать какие-либо предсказания, спросила Нера.

– Следующий Филиамэль Лантишан будет твоим первым, ведь так? Найди меня на праздненстве и я почту за честь лично сопровождать тебя.

– Спасибо.

Ведьма тепло улыбнулась ей и, чуть сжав, отпустила руки эльфийки, ставшие после того вдруг необычно легкими. Девушке показалось, что в тот же миг словно вся печаль испарилась из ее нее, а боль, щемящая сердце из-за новостей о подруге, будто стала тише.

– Иди, дитя. Тебя ждут. – Сказала женщина, кивнув кому-то за спиной Неры.

Девушка обернулась, увидев, как гости и вельможи расступаются, пропуская Ульда быстро идущего в ее сторону. А когда вновь повернулась к Маонис, ведьмы и след простыл, словно та в самом деле была лишь видением.

Когда знакомые руки коснулись плеч, Нерандиль улыбнулась. Тепло ладоней мужчины, который вот сейчас наконец станет ее мужем всегда успокаивало ее, внушало уверенность в будущем и заставляло верить в то, что все проблемы непременно разрешатся, а до еще большего счастья, чем прежде, рукой подать.

Ведь так и было! Они победили, несмотря ни на что… забыв о предрассудках и не думая о трудностях в конце концов оказались вместе и буквально заставили целый мир измениться ради их простого искреннего счастья.

И оно было не в троне, на который, после самоличной отставки Аргура взошел Ульд. И тем более не в богатстве и власти, которые принесла цепь агахана Облачной Долины, отныне каждый день висевшая на шее ее любимого мужчины. Во всем этом было больше печали и не нужной суеты…

Настоящее же счастье таилось в прикосновениях теплых рук и нежных поцелуях. В детском смехе и наполненной ярким солнцем Долины утренней тишине, которую они могли слушать, наслаждаясь объятиями друг друга в теплой постели.

Ульд нежно развернул к себе Нерандиль и склонился, чтобы поцеловать ее, но замер разглядев тень печали в глазах девушки.

– Волнуешься? – нахмурившись, спросил он, – Или кто-то из гостей посмел обидеть тебя? Если так, то просто кивни мне на этого висельника.

Нера фыркнула и сама привстала на цыпочки, чтобы поцеловать и успокоить будущего мужа. И все же Ульда было не провести – он ни на секунду не поверил ее уловке.

– Нет… все в порядке… но…

– Но? – стал он еще серьезнее. – Я так и знал. Говори.

Нера устало вздохнула. Сказать Ульду о ведьме и ее новостях об Эрисин сейчас – все равно что заново поссорить орков с эльфами. Потому вместо этого Нера решила вспомнить о другой услышанной ею сегодня печальной новости.

– Я знаю про Асгерд. Мне очень жаль.

Мужчина еще мгновение смотрел ей в глаза, должно быть почувствовав что его возлюбленная что-то умалчивает. Но в конце концов грустно улыбнулся ей и кивнул, удовлетворившись таким ответом.

– Не о чем жалеть. Она была верна себе. Смерть на поле боя – честь для воина, разве Дурмад не рассказывала тебе об этом?

– Я не о том. – Покачала головой девушка и виновато посмотрела себе под ноги. – Но… я рада, если все именно так.

Все же, как бы она сама не относилась к Асгерд, та была верна Ульду и долгое время их связывали крепкие узы дружбы. Нерандиль понимала, что как бы плохо та не поступила из-за глупой ревности к ней, все же ее потеря для Ульда была больше, чем еще одна смерть воина на поле битвы. Наверняка он скорбел о воительнице, пусть и не желал показывать этого.

– Меня тревожат сообщения о круглоухих. – Перескочила девушка на другую волнующую ее тему. – Их корабли все чаще прибивает к берегу, ведь так?

Ульд фыркнул, мол, опять ты за свое, маленькая настырная эльфийка.

– Хилых, изможденных долгим плаваньем. Словом, так себе воинов. – Уверенно сказал он, легонько щелкнув девушку по носу. – Любой боец-первогодка их с десяток одной соплей перешибает. Возможно все куда лучше чем мы ожидали. Как бы там ни было, это не то о чем стоит волноваться моей невесте в день свадьбы. Мир с эльфами заключен и Эвандоэле на днях отправит к дальним берегам целую армию. Не думаю, что отряды бурвадегов, патрулирующих берег, будут рады необходимости делиться противником… но таковы условия договора с остроухими. Перебесятся рано или поздно, а там глядишь и на всех круглоухих хватит.

Ульд протянул Нерандиль руку, предлагая отправиться вместе с ним к центру зала.

Девушка с улыбкой вложила в нее ладонь, но нехорошие предчувствия уже успели захватить ее мысли. Ведь не может же так случиться, что предсказание госпожи Маонис не имело такой чудовищной и разрушительной силы, какую она предрекала нашествию круглоухих? Круги на воде… что если все это не совсем то, чем кажется?

– Может… стоит по крайней мере выслушать их? – Робко предположила девушка. – Ведь откуда столько кораблей? Наверняка круглоухие бегут от чего-то… может они не хотят войны? Может ищут спасения?

– Или это просто дурное поветрие на их земле, и круглоухие – это орда неумелых налетчиков, которые решили, что на нашем берегу им будут рады.

Нера нахмурилась. Ей не нравилось с какой беспечностью Ульд рассуждает о творящемся у берега Недремлющего моря. Хотя, может он это специально? Бережет ее от горькой правды, предлагая взамен просто наслаждаться настоящим, выпавшим на их долю искренним счастьем? Просто быть, и быть вместе.

Может он и прав в этом по-своему. Но у нее еще будет много времени, чтобы докопаться до сути…

– Не бери в голову, Нера. Как бы там ни было, они сейчас так далеко от нас, что вокруг есть куда более важные вещи для размышлений. Например, то, что ты так хороша сегодня, что мне больших трудов стоит удержаться от того, чтобы прямо сейчас не сорвать с тебя это платье. Например, там… в той узкой и тесной кладовой для вина за во-он тем гобеленом. – Жарко прошептал мужчина, склонившись к ее шее и вызвав тем самым целую волну мурашек.

– Ульд!

– Ай.

И тут же получил ощутимый тычок маленьким кулачком в руку. Но Ульд на это только усмехнулся и, несмотря на смущение Неры и ее неуверенный протест, подхватил невесту на руки впившись в ее губы жарким поцелуем.

***

Много лет пройдет с тех пор, которые Ульд и Нерандиль проживут в любви, принося процветание и покой племени Облачной Долины. Кроме близнецов у них родятся еще трое сыновей – Горуд, Эвендил и Рамри. После смерти Ульда, его старший сын, Аргур, откажется от трона в пользу Горуда, предпочтя цепь агахана облачной долины мечу. Именно в его правление к берегам Эвенора прибудут первые людские короли и маги, которым будет суждено переломить ход войны рас за господство над континентом. За Аргуром последует и его сестра Эрисин, которая станет одной из самых прославленных орочьих воительниц, имя которой и после истребления орков Эвенора будет жить в людских и эльфийских песнях.

Когда под натиском круглоухих пришельцев из-за моря, падут все орочьи твердыни, она, спасет остатки своего народа, перебравшись на удаленные от материка острова и станет основательницей нового племени.

Но это будет уже совсем другая история…