Глава 32.
Глава 32: Огненный зов и незнакомый родной
Ночь пришла в поселение тихо, будто боясь потревожить чью-то тайну. Над куполами из живых кристаллов звёзды рассыпались золотом, и в этой тишине Раиса внезапно проснулась — не от шума, не от холода, а от... прикосновения. Нет, не физического — душевного. Что-то тронуло её изнутри, будто чья-то мысль провела пальцем по струнке её сердца.
Она села на постели, а затем поняла: нечто зовёт её. И в этот самый миг пространство рядом словно дрогнуло, и в сиянии полупрозрачного света возникла богиня Лада — усталая, но по-прежнему прекрасная. Её длинные волосы струились радугой, взгляд был чуть озорной, а на губах играла добрая, тёплая улыбка.
— Прости, милая, что нарушаю твой сон, — прошептала она. — Мне нельзя… я наказана. Но Сварог ничего не говорил насчёт сны, хи-хи.Раиса хмыкнула:— Ну да, логично. Правила — для других.— Вот-вот. Запоминай, пригодится.Она подмигнула.
— Завтра ты встретишь ещё одного. Он не будет похож на феникса. И не будет казаться "твоим". Но он есть — часть твоего будущего, часть рода, что ты возродила. Смотри в глаза. Прислушайся к зову. Радужные сами находят своих.— А что мне с этим делать? — пробормотала Раиса.— О, это уж как решишь. Но не мешкай — скоро пламя станет бурей. Прощай, родная…И Лада исчезла, оставив в воздухе запах цветущего луга и ощущение, что ночь сама благословила её.
---
Утро принесло не только запах жареных лепёшек и бодрые голоса поселения, но и неожиданных гостей. Со стороны северных холмов появилась группа путников — четверо мужчин в сопровождении седой шаманки. Все явно были не из местных: одеты странно, двигались осторожно, будто не верили, что эта земля настоящая.
— Они пришли по зову, — прошептал Ильвар, стоя рядом с Раисой. — Я чувствую это… но кто из них?— Ха! Да всё просто! — фыркнул Кот Баюн, сверкая зелёными глазами. — У которого взгляд наглый и харизма на грани приличий — вот он и есть.— Иди в ухо... — начал было Ильвар, но в этот момент один из мужчин подошёл к Раисе.
Он был… обычный, на первый взгляд. Не высок, не сверкающий, не пылающий магией, как Ильвар. Но глаза… серебристые, с глубиной, в которой плыли звёзды. Когда он посмотрел на неё — у Раисы перехватило дыхание.
— Мы слышали зов, — сказал он спокойно. — Он жёг изнутри. Не ради спасения. Ради принадлежности.Раиса невольно прикоснулась к груди, туда, где будто вспыхнула искра. Он говорил словами её огня.
— Как тебя зовут?— В твоём мире… не знаю. Здесь мне дали имя Таврис. Я из народа, у которого не было имени. Теперь у нас есть ты.— Вот те на… — прошептал Кот. — Ну всё, в гарем +1. Перун точно сейчас седину новую схватил.
---
Тем временем, в далёком храме фениксов...
Старший жрец, следивший за Радужным пламенем, с ужасом отметил, что оно вспыхнуло снова — не алым, не золотым, а трёхцветным. Радуга, изумруд и стальной пепел. Знак редчайшего родового совпадения.
---
Вечером, когда Раиса сидела у костра, рядом устроились Ильвар и Баюн — странно тихие. Потом, не глядя друг на друга, синхронно выдохнули:
— Мы подумали… — начал один.— …и пришли к выводу… — продолжил другой.— Что если мы объединимся, то сможем побыстрее тебя обраслетить, — выдохнули оба.— А то мало ли кто ещё припёрся.Раиса прыснула от смеха:— Ну что ж, объединяйтесь. Главное, чтобы без взрывов.— Мы молились Сварогу! — гордо воскликнул Баюн. — И даже нашли утерянные брачные браслеты! Почти… у внука кузнеца. Правда, тот их использовал как кольца на нос для быков.— Символично, — хмыкнула она. — Пойдёт.
---
И в эту ночь, когда радужное пламя вновь взмыло в небо, Раиса поняла: Таврис — ещё один из тех, кто отзовётся на зов рода. Его душа была иной, не пылающей, а светящейся изнутри. Тихая, глубокая… и очень её.
А в храме на вершине горы Горыныч приоткрыл один глаз и зевнул:
— Начинается...