Глава 4

День Изумрудного бала – Ты узнала, кто это был? – заговорщицким тоном проговорила Малика. – О чем узнала? – переспросила я, поправляла прическу и оглядывая придирчиво свой внешний вид в отражении большого зеркального пузыря, булькающего в холле. Водники расстарались, вернее, водницы. Девушкам хотелось увидеть все свои недостатки, чтобы подправить малейшие изъяны магией и зельями, которые так удачно прикупило большинство адептов в Заколдованной деревушке. – Я о том, кто купил тебе это платье… – Я склоняюсь, что это был недоэльф. – Фортэс де Ревьер? – с каким-то особым придыханием переспросила Малика. – Угу… – ответила я, подводя губы бесцветным блеском, выменянным у ведьмочек на воздушный веер для маленьких шалостей. – Он такой красивый… – протянула подруга, закатывая мечтательно глаза. – Я так тебе завидую, и не только я. – Знаю, – кивнула я и тяжело вздохнула, потому что сегодня хотела бы пойти на этот бал совершенно с другим человеком… – Не завидуй, он такой гадкий и самовлюбленный, совсем как эльфы, от людей у него только уши. Малика хихикнула и приложила ладошку к губам. – И все равно я бы на твоем месте поостереглась завистниц, мало ли решат отомстить за то, что он выбрал тебя. – Я подготовилась. Смотри. И я приподняла подол юбки, под которым витали воздушные искры, закручиваясь в спираль. – Как только кто-то вознамерится совершить гадость… – но договорить я не успела, потому что кто-то неизвестный в меня врезался на большой скорости и с невероятной силой, а затем почувствовала, что по моим волосам растекается какая-то жижа… – Ой, – пискнула какая-то девушка в розовой мантии, и на полу у ее ног я увидела вскрытый пузырек зелья. – Обалдеть… – протянула Малика испуганно. И я со страхом посмотрела вновь на свое отражение. Мои рыжие прекрасные длинные волосы излучали радужное сияние, а затем произошло непоправимое – они изменили свой цвет. – Ма-а-амочки, – проговорила и попятилась назад. – Что ты со мной сделала? – прикрикнула на адептку боевого факультета. – Я не хотела. Честно. Я торопилась. – А-а-а, Малика, ты только посмотри на этот ужас! – я воскликнула и чуть не зарыдала. – Это вообще смывается? – Через месяц, а может, два, – пискнула девица, заливаясь багрянцем. – Ну а что, даже свежо, и тебе идет! – явно Малика меня не собиралась успокаивать, а наоборот, веселилась оттого, что чье-то неосмотрительное поведение привело к подобному. – Я никуда не пойду! – Сдурела? – Мое платье… оно подходило именно рыжей владелице, а теперь что? Меня засмеют, – я подергивала пышные юбки шикарного наряда цвета изумруда и никак не могла смириться с тем, что произошло. – Недоэльф теперь будет потешаться надо мной весь год. – Всем привет, – пробасил Торнс Лавдан. – Малика, прекрасно выглядишь, и ты … Лидэрия… Оу, – многозначительно протянул наш друг с того же злополучного боевого факультета. – Кто же тебя так разукрасил? – Вот она! – выкрикнула и указала на девчонку пунцового цвета. – Что ты успела сделать, Катрин? – Ничего. В том-то и дело – ничего! – Я же извинилась… – подняла на меня свои печальные глазюки адептка. – Я не увидела тебя, задумалась… – Лидэ, ну подумаешь, не рыжая, с таким цветом волос пол-академии ходит. – Вот именно! Вся академия! А я была одна такая – рыжая. – Ну ты преувеличиваешь, на факультете ведьм каждая вторая, если не первая – рыжая, – поправил меня Торнс, совсем неделикатно сравнив со всеми прочими. – Но я не ведьма! – расстроенно проговорила и сжала кулаки, сдерживая слезы. А может, все-таки не идти… Тем более на балу я должна буду найти декана и признаться, если соберусь с духом… *** – Без паники! – утвердительно проговорила Малика и затем мазнула взглядом по присутствующим в холле. – Рубинка, – позвала подруга одну из ведьмочек, стоящих у стены. На ее призыв ответила миловидная адептка, невысокая и рыжая… – Привет, – радостно поприветствовала девушка нас всех, когда подошла к нашей компании. Я же хотела провалиться сквозь землю от стыда за свой внешний вид. Особенно за цвет волос. – Это кто тебя так? – Я… – подала голос Катрин. – Руби, помоги, пожалуйста… – протянула Малика, вцепившись в рукав мантии девушки. –  Можно с этим что-нибудь сделать? – Можно побрить, например. Я всхлипнула. Бал точно можно отменять. Надо мной будет потешаться вся Академия, но с этим я бы смогла смириться, а вот с подколами недоэльфа… – Нет, ну ты что, это уж слишком… – сочувственно проговорила Малика и подмигнула мне приободряюще. – Неужели ваши зелья не имеют обратной формы? – Имеют, но как мама родила – эффекта не добиться. Исходный цвет волос какой? – Рыжий – выдохнула я… – Да ты везунчик! – глаза Руби подозрительно заблестели. – Это еще почему? – Рыжий попадает под исключение. А я все время хотела попрактиковаться, но на своих волосах страшно. – Так разве нельзя было срезать прядь? – я решаю уточнить, а заодно и проверить, насколько Руби уверена в том, что говорит. – Нельзя, – отрезала адептка. – Волос должен быть живым и находиться на голове носителя. – Так что там про иной цвет? Я могу убрать этот страх, – указала на меня Руби, и вот тут стало еще обиднее. Подумаешь, я выгляжу как постаревшая русалка, потому что цвет моих волос сейчас был светло-фиолетовым. И на фоне платья изумрудного цвета это смотрелось чересчур. – Каштановый подойдет. Придется походить месяца три. – Как три? А поменьше нельзя? – Никак, – отрицательно качнула головой ведьмочка. – Нет, ну можно оставить так, и они вернут свой вид через два месяца, – улыбнулась Руби. – Я согласна на три, – выпалила и посмотрела с надеждой на юную ведьму. – Давай, избавляй меня от этого недоразумения. – Простите, – донеслось из-за наших спин. Это снова подала свой голос Катрин с боевого факультета. – А для чего тебе понадобилось зелье «Перецвет»? – поинтересовалась Руби. – Ну… – протянула девушка и снова густо покраснела. – Говори, – угрожающее нависла над ней Малика. – После всего, что здесь произошло, тебе не отвертеться. Или же… – Что или? – ухватилась за последнюю возможность Катрин. – Я иду к декану вашего факультета. Ему, думаю, будет весьма интересно узнать, что его адептки бегают и покупают зелья у ведьм. Откуда в Малике проснулась подобная кровожадность, было непонятно. И главное, она совершенно не стеснялась для убедительности использовать шантаж. – Ну, я слышала… – начала Катрин свой рассказ издалека. – Слышала, что магистра Идан Теер хотят искупать в пунше… А так как у меня есть зуб на нашу психологиню, я хотела к основному зелью добавить еще и это, чтобы этой выдре противно на себя было смотреть по утрам, и не только по утрам. – Что значит к основному? – взвилась Малика и, немного увлекшись, схватила Катрин за грудки ее розовой мантии. – Ну я не первая, кому пришла на ум подобная мысль, – уклончиво ответила адептка. – Значит, так, – серьезно проговорила Руби, – я знать ничего не знаю и участвовать в этих сговорах не собираюсь. – Да мы и не участвуем, спасай волосы Лидэрии и иди себе на бал. – Вы должны понимать, если все это выйдет за пределы вашей компании, никому несдобровать. А особенно ведьмам, потому что все зелья – это по нашей части, а значит, и отдуваться нам. – Но разве про пунш никто не узнает? – удивилась я. – Ну… – протянула Руби. – У зелья есть особенное свойство нейтрализации при взаимодействии именно с пуншем. Стоит его туда только подмешать, так никто ничего и не отследит. – Разве такое бывает? – Бывает, а пока в этом разберутся магистры, следы зелья не найти. И только ведьма сможет понять, но вряд ли наш декан поставит под удар весь факультет, потому что найти виновного будет совсем не просто. Я подошла к ведьмочке и присела в реверансе. А Руби выудила из потайного кармана своей мантии серебряный фиал с эликсиром обратного действия, быстро проговорила заклинание на непонятном для меня языке. Да и вслушиваться я не собиралась, мне, главное, изобразить хоть что-нибудь приличное на голове, и было бы отлично. И все удалось. Моя русалочья шевелюра вспыхнула алым, а затем все возвратилось на круги своя. Красиво уложенные локоны, спадающие по плечам и спине, вновь мои, такие же совершенные, как и прежде. *** – Я всегда знал, что ты красотка! – восторженно проговорил Фортэс, появившийся внезапно рядом. Мой взгляд метнулся к подруге, а та даже забыла как дышать, глядя на моего кавалера на этот вечер. Фортэс действительно смотрелся великолепно. Высокий, утонченный, с широким поясом, повязанным поверх облегающих его ровные ноги брюк. Белоснежные волосы придавали внешности этого недоэльфа поистине королевскую таинственность и недосягаемость. Как будто это был не полукровка, а сверхмаг, превосходящий всех присутствующих. На груди Фортэса виднелась бутоньерка в цвет моего платья. Мне было приятно, что он постарался соблюсти все положенные правила и не стал надевать свой широкополый халат с неизвестными птицами, в котором недоэльф смотрелся весьма странно. – Привет, Фортэс, – стрельнула заигрывающим взглядом Малика в недоэльфа. Подругу несло так, что она особо и не стеснялась присутствия Торнса Лавдана, которому еще раньше она дала свое согласие на сопровождение в этот праздничный вечер. – Ты что делаешь? – я наступила слегка на ногу подруги своей атласной туфелькой. Взгляд девушки прояснился, но стал более озлобленный и обидчивый. Я не сомневалась, что мы обязательно обсудим этот момент, но без особых разбирательств, мирно. Нашу компанию уже покинули Катрин и Рубинка. Девушки, извинившись, отправились к своим. И вот нас осталось четверо: я и Фортэс, Малика и Торнс. – Ну что, пойдемте? – воодушевленно проговорил староста, и я, ухватившись за его выставленный локоть, проследовала за ним в бальный зал. Малика не стала особо проявлять девичью учтивость, схватила Торнса сама и немного раздраженная поволокла Лавдана за нами. Смотрелось со стороны это немного диковато. В их паре явно наметился лидер, и это нисколько не шло Торнсу на пользу, потому что другие адепты, не скрывая своего смеха, осуждали такие неравные отношения. Магистры сновали по залу в роли надсмотрщиков. Идан Терр осталась себе неизменна и даже на праздник пришла в рабочей одежде, не особо утруждая себя выбором наряда. И вот психологиня, завидев меня, сразу же подошла к нашей паре. – Лидэрия, надеюсь, ты помнишь о наших договоренностях? Я лишь кивнула. Обсуждать все это повторно не было никакого желания. – Отлично, – проговорила Идан Теер. Вскоре женщина удалилась, и только тогда я смогла выдохнуть, не чувствуя себя загнанной жертвой. Первячки были кто в чем. В основном девушки скрывали всю красоту своих нарядов под учебными мантиями, чтобы не получить нагоняй от ректора и остальных. – О чем это она? Как я и полагала, от Фортэса не укрылась эта странная встреча с магистром Теер. – Это личное, прости… Недоэльф кивнул. А затем, склонившись, пригласил на танец. – В мантии неудобно. Может, мы подождем наступления праздника? – вопрошающим взглядом посмотрела на старосту. – Хорошо, – не очень довольно проговорил Фортэс. – Ты не будешь против, если я ненадолго тебя покину. Я кивнула. Втайне я даже обрадовалась этому, потому что не чувствовала себя прекрасно в обществе этого заносчивого зазнайки. И если бы не та тайна, что открылась мне про декана, то никогда бы на этот бал я не пошла с недоэльфом. А он, скорее всего, самоутверждался на моем фоне, потому что я оказалась довольно сильным магом. А недоэльф успел себя зарекомендовать с худшей стороны, он любил ставить любовные метки на самых лучших адептках нашей Академии, порядком досаждая другим. Но мне повезло, почему-то такой чести я не была удостоена – и Фортэс де Ревьер проявлял обо мне напускную заботу. Возможно, даже братскую Именно этим недоэльфу удалось поставить меня в тупик, потому что я совершенно не понимала, чем вызвано подобное проявление заботы. Я смотрела, как Малика и Торнс танцевали. Этих двоих не беспокоили косые взгляды и даже мантии. Ребята веселились и отрывались от души. Я же рассматривала стол, на котором стоял пунш, в окружении магистров к нему совершенно невозможно было подобраться. Я терялась в догадках: удастся ли задуманное тем, кто состоял в сговоре против Идан Теер? Но увидеть все своими глазами мне не представилось возможным, от разборок с психологиней меня отвлекло появившееся в зале легкое дуновение ветерка. Воздушная магия ощущалась едва уловимым потоком, который устремлялся в другой зал. Я помнила, что там был балкон, и, может, если сделаю несколько глубоких вдохов, мне станет легче? Осторожно продвигаясь вдоль стены бального зала, я наконец-то юркнула в широко распахнутые смежные двери второго. Что предпримет Фортэс, когда не обнаружит меня на том месте, где недоэльф меня оставил, было совершенно наплевать. Мое сердце изнывало от тоски. Я сама себе не узнавала, и вдруг… Да. Я не ошиблась. Человеческая тень мелькнула там, куда так настойчиво призывал меня магический поток. Я посмотрела на большие напольные часы. До Нового года оставалось совсем ничего, пять минут. И я не собиралась проводить его в своей мантии адептки. Отвязав тесемки, я скинула мантию, а затем выскользнула на балкон. Вид с него открывался невероятный. Защитный купол утопал в звездах, а снежные вихры, застывшие в фонтанах Академии, вызывали невероятные чувства. – Моя леди, – проговорил до боли знакомый бархатистый голос откуда-то из-за спины. А потоки магической сферы декана бросали бледные блики на каменные колоннады большого балкона. – Магистр Дейтерро, – я не нашла в себе силы обернуться. – Клейк, – его дыхание опалило кожу моей шеи, а толпы мурашек побежали вдоль позвоночника. – Для тебя только Клейк. – Я не понимаю, почему вы… Я адептка, а вы декан, – скрестила пальцы на руках. И именно в этот момент прозвучали громкие залпы над нашими головами. Яркие вспышки фейерверков, сложившиеся в облик взмывающего в небо дракона, гласили о смене времени года. И я наконец-то решилась озвучить то, что так меня тревожило в последние дни. Моя магия была красноречивее слов. Воздушные потоки стремительно вырвались из моей груди трансформируясь в наш совместный портрет. На котором мы стояли вдвоем под сводами свадебной аркой. Я не думала об этом, а лишь призналась сама себе, что неимоверно влюблена в этого мужчину. – Я люблю вас… – Моя беглянка… И вот тут я напряглась, так как не поняла этой фразы. – Что? – Леди Унсли, давно ли вы стали Унфри? И я почувствовала в этот самый момент, как у меня уходит земля из-под ног. Значит, моим женихом был Клейк Рамиус Дейтерро? Но договорить нам не дали, балконная дверь резко хлопнула, а на пороге появились Фортэс, Малика и Торнс. – Почему ты очутилась здесь одна? – решительно спросил недоэльф. – Я впервые встречал Новый год в поисках девушки. Как одна? Я оглянулась, но рядом никого не было. Боковым взглядом я заметила стремительно удаляющиеся бледные блики от сферы, скрывающейся за углом здания Академии. Он улетел! Милый мой Клейк позаботился о том, чтобы у его невесты не возникло трудностей, но сколько еще вопросов, и ни одного ответа… – Мне стало душно… – Лидэ, у Торнса мантия, она, она, – с придыханием проговорила Малика. И только сейчас я увидела, что цвет мантии Боевого факультета больше не был розовым…