Глава 12

Гарс хмуро смотрел в зеркало. Красавцем он никогда не считался, но черты его породистого лица с заостренным подбородком, резким росчерком бровей и фамильным носом герцогов Террийских, идеально ровным, без малейшей горбинки, дам вроде впечатляли.

Не то чтобы Гарс верил шлюхам. Эти за деньги что угодно скажут. Или своим наложницам из сельского гарема. Но зеркало не врет. Герцог не мог пожаловаться ни на рост, ни на хилое телосложение. Уж точно Гарс ничем не хуже этого подлеца Варни. Посмевшего украсть у его светлости жену.

И хоть участь Марисоль была бы не завидна после этой поездки в Стертонхолл, но Гарс никогда не думал, что способен на такое чувство как ревность. А теперь он ревновал и дико, почти бесконтрольно.

И чертово зеркало отражало не только статную фигуру и породистое лицо. Но и предательские морщины. Да еще седые волосы! Немного, всего два или три. Но они были!

В дверь постучали.

– Водите! – герцог резко обернулся.

Он ждал целителя и не ошибся. Наполовину лысый маг был тощим, высохшим как щепка. Седая бороденка похожа на мочалку, которую давно уже выкинули на помойку за ненадобностью, настолько истрепалась и поредела. Но взгляд, тем не менее, цепкий, уверенный.

– Меня прислала к вам хозяйка, ваша светлость, – замер на пороге маг. Незаметно осмотрелся и принюхался. У герцога дурная слава, а сегодня его светлость и вовсе не в духе. – Леди маркиза сказала, что вам нужна помощь.

– Ты точно лучший? – с сомнением спросил Гарс. – Я достаточно сильный маг, чтобы справиться с такой ерундой, как шишка на лбу, но сегодня я не в форме.

– Да уж вижу, – вздохнул целитель и почти неслышно переместился к замершему Гарсу.

Он почувствовал силу. Старик-то еще ого-го! Есть, чем поживиться. Гарс срочно нуждался в подпитке магией. Иначе до ночи не дотянуть.

– Присядьте в кресло, ваша светлость, – сказал целитель. – Я вас осмотрю.

Гарс послушался. Сел в кресло и закрыл глаза. Прохладная ласковая рука легла ему на лоб. Гарс коротко вздохнул: хорошо!

– Вам бы выспаться для начала, ваша светлость, – негромко сказал маг. Словно сухие листья пронес по комнате поднявшийся ветер. – И на морское побережье дней на десять. Или на вОды. Жемчужные ванны, точечный массаж. Да и успокоительное не помешает. Вы сколько в дверь-то зарядили? А надо оно было? Ее можно было просто открыть.

Гарс хотел, было, сказать резкость, но передумал. Старик прав. Переход порталом это стресс, к тому же Гарс ненавидел воду. И не отправившись, с размягченными мозгами он изо всей силы шарахнул магией по двери в спальню Марисоль. Стоило только услышать ее голос:

– Я не одета.

Лживая дрянь! А что она ему наговорила?! Палач! Да этого Варни надо подвесить за то самое место, которым он…

– Ваша светлость? – заволновался маг. – Вам плохо?

– Да, – отрывисто сказал он. – Я поеду на воды. Как только управлюсь с делами.

– Дела у Первого министра никогда не закончатся.

– Значит, надо подыскать другую должность.

– Ваща светлость собирается в отставку?!

Гарс с досадой подумал, что чуть не проговорился.

– На разговоры нет времени, – сухо уронил он. – Через час у меня ужин с леди. И я хочу выглядеть привлекательно.

– Я легко уберу эту шишку, – маг стал пальпировать точку боли, стараясь делать это без нажима. Чтобы не причинить его светлости еще большие страдания.

– Этого мало. Я хочу, чтобы ты сделал меня моложе. Чтобы я выглядел, ну скажем, лет на тридцать… Ну на тридцать пять.

– Но вашей светлости на самом деле сорок! – маг вовремя опомнился и не сказал за.

– Мне еще нет сорока, – заупрямился герцог.

– Но…

– Тридцать девять. На этом и остановимся.

– Как угодно вашей светлости, – тяжело вздохнул маг. – Но я не всесилен.

– У тебя есть час.

– Я сделаю все, что могу. Но лучше бы на воды…

… Марисоль смотрела в зеркало, но не видела своего отражение. Оно ей было безразлично. Напротив герцогини в таинственной амальгаме расплывалось туманное пятно. За спиной суетилась горничная, другая стояла на коленях рядом с креслом и торопливо подшивала подол парадного платья. Темно-синего, с богатой отделкой. Марисоль его еще ни разу не надевала, а портниха промахнулась: платье оказалось слишком длинным.

Герцогиня нарочно тянула время, ведь можно было выбрать другое платье. Но она упрямо сказала:

– Хочу это!

Выходить из спальни не хотелось. Приветствовать каких-то леди из провинции, знакомиться с ними. Не то, чтобы Марисоль была снобкой, просто сейчас ей не до этого. Все мысли занимал недавний разговор с мужем.

По сути Гарс поставил ультиматум: не будешь покорной – не увидишь сына. Да еще зачем-то навязал попутчиц.

– Ваша светлость удивительная красавица, – польстила ей горничная, заканчивая вечернюю прическу. Два локона кокетливо свесились по обе стороны лица, касаясь кончиками ключиц. Основная же масса волос была убрана в золотую сетку, в тон отделки платья.

Холодный компресс помог избавиться от предательского красного пятна на щеке: ласки «любимого» мужа. Гарс поднял на жену руку. И ударил бы еще, если бы не предстоящий ужин.

– Платье готово, – сказала другая горничная, поднимаясь с колен.

Марисоль тоже встала. Что ж, первое желание его светлости выполнено: герцогиня выглядит достойно. Только вот шея и руки голые. В ушах тоже пусто. Марисоль злорадно подумала, что все драгоценности, которые она взяла в Стертонхолл, унес с собой Эджен. И теперь они превратятся в ружья и пушки, которые ударят по армии маркиза Траута.

Блистательного маршала ждет сюрприз.

– Миледи ожидают в обеденном зале, – услышала она за дверью.

– Ее светлость готова, – ответили за Марисоль.

К ее большому удивлению, ни графиню Левадовски, ни других дам, которых Марисоль видела в игровом и зрительном зале, на ужин не пригласили. Была только хозяйка, маркиза Траут, но это естественно.

Зато присуствовали две леди, которых Марисоль раньше не встречала. Их лица ей были незнакомы. Одна уже в почтенном возрасте, с жилистой шеей и дряблым декольте, прикрытым газовым шарфом, другая совсем еще юная. Девушка лет семнадцати. Которая увидев герцогиню, смутилась.

Опыта общения с блистательными леди, первыми в империи, у девушки, похоже, не было никакого. Марисоль даже стало ее жалко. Хорошенькая. Уверенности не хватает и светского лоска. Сразу видно провинциалку. И чем ей, пока еще герцогине Террийской, может угрожать эта неотесанная застенчивая леди? Она вон, и руки не знает, чем занять. Нерно теребит оборку на платье.

– Позвольте представить вам мою новую гостью графиню Чарминг, урожденную Ферокс и ее внучку Ванессу, ваша светлость, – пропела маркиза.

Громкий титул Марисоль объявил мажродом, когда она вошла в обеденный зал. Обе леди, и старая и молодая, низко присели.

– Какими судьбами вы с внучкой в Стертонхолле, леди? – ждали герцога и за стол не садились.

Светская беседа перед приемом пищи. Не стоять же, молча? Поэтому Марисоль и заговорила с гостьями маркизы. Те не смели.

– Ванессу пригласили на сезон балов, ваша светлость, – ответила старая графиня, подобостратсно глядя на супругу Первого министра.

– Надетесь удачно выйти замуж? – Марисоль бросила на девушку более внимательный взгляд и невольно вздрогнула.

Какие знакомые глаза! Уж точно необычные. Не карие, а скорее янтарные. Но янтарь темный, цвета гречишного меда, и зрачок в нем похож на пчелу, попавшую в вечный плен. Он слегка пульсирует, то увеличивается, то уменьшается, этот зрачок, в зависимости от настроения и освещения. Пчела не сдается и продолжает жить, хотя вырваться не может.

Этот зрачок может жалить, и больно. Парализовать волю. Такие глаза бывают только у сильных магов. Но леди лишь носительница.

В то же время эти глаза умеют обещать. Ласкать, манить, обволакивать нежностью…

– Я… – юная леди слегка запнулась. – Вряд ли на что-то надеюсь.

– Отчего же? Вы хороши собой и родовиты, разве нет?

Старая графиня смутилась. Хотя Марисоль ничего такого ужасного не сказала.

– Я надеюсь познакомиться с вами поближе, леди, по пути в столицу, – сказала герцогиня, чтобы закончить этот разговор. Ну, где там Гарс?

Ожидание и в самом деле затянулось. Это женщина может заставить себя ждать. А мужчина должен приходить вовремя. Даже герцог. Шишку что ли залечивает?

Наконец-то объявили:

– Его светлость герцог Террийский, Первый министр империи! Хранитель государственной печати!

«Которую он лепит, куда ему заблагорассудится», – мысленно добавила Марисоль, надеясь, что скоро символ государственной власти украсит и документ об их разводе с его светлостью. Какое счастье, что эта печать именно у мужа!

Она его даже не сразу узнала. Во второй раз за день подумала: «Что это с Гарсом?!»

К ней в спальню недавно вошел уставший сорокалетний мужчина, с радужной шишкой на лбу и больным полубезумным взглядом.

А в обеденном зале появился моложавый статный лорд в идеальном смокинге, сшитом точно по его фигуре. Седина куда-то исчезла, морщины разгладились. Взгляд ожил.

«Впечатляет, – мысленно усмехнулась Марисоль. – Да он почти красавец!»

Того же мнения были и другие леди. Старая графиня Чарминг машинально поправила газовый шарф на шее, маркиза Траут прическу, а юная леди и вовсе смутилась и поспешно опустила взгляд.

Сначала герцог подошел к своей супруге. Галантно поцеловал ее руку. И манеры его светлости заметно изменились. Какая предупредительность! И непринужденная элегантность! Можно подумать, что герцог все свои дни проводит не в рабочем кабинете, а на светских раутах, на скачках и в бальных залах! Что он повеса, а не вечно занятый Первый министр.

И Марисоль насторожилась. Муж ведет себя необычно.

– Графиня Чарминг. Леди Ванесса Чарминг, – представила меж тем хозяйка дома.

Гарс скользнул по юной леди жадным взглядом. И выдохнул. Портреты часто врут. Художник так и норовит приукрасить натуру. Но в случае с леди Ванессой этого делать, почти не пришлось.

У леди стройная фигура, хотя плечи широковаты. И роста леди высокого. Гораздо выше среднего. Она почти вровень с Гарсом. Зато талия тонкая, грудь высокая, а шея длинная. И глаза…

Герцог невольно вздрогнул. Он не ожидал такого сходства. Порода налицо. То есть, на лице. Глаза, рот и нос.

Их посадили напротив. Герцог загодя отдал такое распоряжение. Надо попытаться воздействовать на леди Ванессу и ментально.

«Боги, ну почему именно и?!» – с тоской подумал он, нацепив на лицо лучшую свою улыбку. Хотя хотелось заорать и стукнуть кулаком по столу. А еще больше спать. Нет, сначала заорать, чтобы все это прекратить и стукнуть, а потом отправиться на отдых. Старик-целитель правильно сказал: Гарсу в первую очередь надо выспаться, а потом уже обольщать юных незамужних леди.

Но времени нет. Совсем. И он терпел.

Провинциалка для столичного светского льва – легкая добыча. Кого она там видела в своей глуши, эта леди Ванесса? Молокососов, которые то и дело взбрыкивают и норовят укусить жоккея, как жеребцы, впервые оказавшиеся на скачках, и тусклых вдовцов, этих меринов, которым нужна в постели уже не любовница, а в прямом смысле слова грелка.

Одни слишком уж торопятся, когда ухаживают за дамой, другие непозволительно медлят. Гарс тянуть не собирался. Леди не случайно запретили принимать у себя в доме холостых мужчин. И ездить на балы, где она могла встретить кого-нибудь из столичных щеголей, заглянувших в гости к провинциальной родне. А заодно проверить, как скоро ожидается наследство?

Все было рассчитано. Только не герцог Террийский должен был сидеть сейчас напротив Ванессы Чарминг. Приходилось импровизировать.

– Где вы планировали остановиться, когда прибудете в столицу, леди? – спросил он у старой графини, глядя при этом на молодую.

– У меня есть дальняя родственница, по линии Ферокосов, но прежде чем ехать к ней, надо бы осмотреться. Я планировала гостинницу…

– О, нет! – Гарс широко улыбнулся, едва подавив зевоту. – Раз уж мы встретились, позвольте вас опекать.

– Но разве вы не планировали это? – удивленно посмотрела на него пожилая леди. – Я имею в виду нашу встречу. Ведь вы прислали за нами экскорт. И я полагала…

– Да, дорогой, – с иронией посмотрела на мужа Марисоль. – Ты никогда не говорил мне о леди Ванессе. С чего вдруг такая забота?

– Леди дочь моего давнего друга. Ну не настолько давнего, – спохватился Гарс. Этак он выдаст свой истинный возраст. – Я хотел сказать, что мне поручили позаботиться о юной незамужней леди.

– Так вы знаете, кто мой отец?! – вскрикнула Ванесса.

«Ну конечно знаю, дурочка. Тебя растили как цветок в оранжерее, пока не настало время его сорвать», – подумал герцог. А вслух сказал:

– Пока это тайна.

– Но я могу его когда-нибудь увидеть? Пожалуйста, – взмолилась Ванесса.

– Это очень высокопоставленное лицо.

– Кто может быть выше Первого министра? – пожала плечами Марисоль.

«Вот кто мне может все испортить, – с ненавистью подумал герцог Террийский. – Она далеко не глупа. Хорошо, что мне есть, чем ее шантажировать».

– Я кое-что знаю о вас, леди Ванесса, – мягко сказал он и бросил на девушку, как ему казалось томный взгляд. На самом деле удав пытался загипнотизировать кролика. Чтобы безнаказанно его сожрать. И Ванесса невольно сжалась. – Темное пятно на вашем прошлом может стать серьезным препятствием к вашему замужеству.

Маркиза Траут насторожилась. Так-так-так… Что-то нечисто с этой юной леди. Незаконорожденная? Но – графиня! И сам Первый министр пытается ее обольстить.

– Да, я знаю, – упавшим голосом сказала девушка. – И я подумала… Может быть мне и не стоит торопиться замуж?

На самом деле так отстучало ее сердце там, на пыльной дороге, где Ванесса оставила благородного сэра Кемптона. И она надеялась, что Лю послание услышал.

– Я бы вообще пока не ездила в столицу. Может, мы вернемся домой, бабушка?

– Что?!

– Что?!

– Что?!

Три голоса слились воедино. Герцог оторопел, пожилая леди растерялась, расходы на эту поездку уже были огромные, а маркиза Траут возмутилась. Отказать самому Первому министру?! Ведь у его светлости далеко идущие планы. Которые маркиза Траут начала постигать. И только Марисоль заметила:

– Мудрое решение. Иначе в один прекрасный день можно увидеть рядом незнакомца, к которому не чувствуешь абсолютно ничего. Кроме желания и для него сделаться незнакомкой.

– Потому что в эти отношения вклинился другой незнакомец, только более наглый, – не выдержал Гарс. – Леди всегда должна оставаться леди. И тогда с ней будут обращаться как с леди.

Марисоль невольно тронула левую щеку. И мужественно сказала:

– Замуж надо выходить по любви.

Ванесса посмотрела на герцогиню с благодарностью.

– Любовь приходит в браке, – отрезал герцог. – Это зрелое чувство, а не поверхностное. А то, что некоторые принимают за любовь, это…

– Это? – подалась вперед маркиза Траут. Ох, как же ей было любопытно!

– Это? – насторожилась старая графиня. Разговор зашел куда-то не туда.

– Это что? – с вызовом посмотрела на мужа Марисоль. А Ванесса притихла.

– Это не предназначено для ушей незамужней леди, – спохватился Гарс. И с ненавистью посмотрел на лакея, замершего рядом с креслом: – Я дождусь, наконец, горячее?!

Звякнул нож. Все слуги в замке были в курсе: герцог застал жену с любовником. Ну, почти застал. И теперь бесится. Дверь вышиб, кошку приказал голодом уморить. Императорскую. А теперь еще строит глазки незамужней девице. В отместку должно быть. Как интересно!

И лакей зазевался. Да еще и нож уронил! Взгляд, который бросила на несчастного маркиза Траут, ничего хорошего не обещал. Выпорют как минимум.

– О том, чтобы вам вернуться в столицу, леди Чарминг, не может быть и речи, – Гарс пронзил ножом сочный стейк, брызнула кровь. – Вы и так уже засиделись в глуши. Пора представить вас ко двору. Жить будете у меня. Моя супруга герцогиня Террийская станет вашей проводницей в высшее общество, леди Ванесса. Но еще на пару дней мы задержимся здесь. Я кое-кого жду. И мне надо закончить расследование.

– Расследование? – удивленно спросила старая графиня. Ванесса подавленно молчала.

– Здесь кое-что случилось, – Гарс бросил насмешливый взгляд на жену. – Но вас это не касается, леди Чарминг. Извините, я не хотел быть грубым. Уверяю вас, что дня через два вы с внучкой снова двинетесь в путь.

– А вы?

– Я вас встречу в столице. У меня нет времени тащиться бог знает сколько, в карете, запряженной лошадьми туда, где меня ждут неотложные дела. Но мы еще увидимся, леди Ванесса. Здесь, в Стертонхолле. Я покажу вам прекрасные здешние пруды.

Марисоль удивленно вскинула брови. И это при жене! Пока еще законной. Гарс назначает свидание юной незамужней леди. Но хоть что-то прояснилось.

Надо бы еще выяснить, кто эта девушка. Что это за давний друг Гарса? Но дорога до столицы дальняя. Время для расспросов будет.

Они закончили ужин в довольно напряженом молчании. Гарс уже не улыбался. В конце концов, действовать можно и силой. У Ванессы нет покровителя. Отвечает за нее старая графиня. А эту даже уговаривать не придется. Просто дать денег. Много.

Он встал и отбросил салфетку.

– На этом леди, все. Мне предстоит тяжелый день. И я иду спать.

– Так может, не надо прогулки, – заикнулась, было, Ванесса. – Мне все покажет маркиза.

– Она завтра занята.

– Тогда ваша супруга…

– У герцогини другие планы.

– Но бабушка…

– У меня что-то голова разболелась, – сообразила графиня Чарминг.

Его светлость явно хочет остаться с Ванессой наедине. Конечно, это непозволительно, Ванесса незамужняя леди. Но зато герцог женат. И здесь, в замке, гостит его супруга. Так что внешне все приличия соблюдены. Прогулка будет в присутствии слуг, этого достаточно.

Они ни слова не услышал, будут лишь следовать ща парой на почтительном расстоянии. Зато герцог сможет сказать девушке все, что хочет, не опасаясь посторонних ушей.

– До завтра, – поставил точку в разговоре Гарс и, обозначив поклон, вышел из обеденного зала.

На сегодня хватит. С маркизой он поговорит завтра.

У Гарса и в самом деле было для нее крайне важное поручение. Надо все подготовить для суда над Варни и его сторонниками. Свидетелей и труп.

Вот о трупе он и поговорит с маркизой еще до завтрака.