Глава 21

Стивен

Какого?.. Почему мои отросшие волосы сейчас волновали её? И что значил её обморок?

— Элла, — я смотрел на прозрачные веки и ждал. Но, ничего не происходило, и это меня беспокоило. — Эй, детка! Котёнок, приди в себя. Открой глазки…

— Ты кто такой? — Таккер навис надо мной. — И какого хера?..

— Таккер, — Пол пришел мне на помощь, — Это Стивен Хантер. Он…

— А, тот самый Хантер!.. Ну-ну! Ты опоздал, братишка!

— Я успел вовремя, — я злобно смотрел на ублюдка. — А вот ты… Ты и пальцем её больше не коснешься. Ты понял меня?

— Ой, вы не могли бы?.. — Джина подошла к нам, трясущимися руками касаясь щеки сестры. — Что с ней?

— Её ассистент сказал, что она неважно чувствовала себя всю дорогу. Её мутило, и…

— Мутило? — Джина была напугана.

— Откуда ты, Таккер, знаешь Эллу? — Пол, судя по всему, хорошо знакомый с Дрейком, был удивлен. — Ты? Ты и она?..

— Да не орите вы! — Джина нахмурила брови, растирая холодную ладошку Эллы. — Что с ней? Она больна? Она мне ничего не сказала…

— Ну, — Дрейк усмехнулся, бросая мне ехидную улыбку. — Обычное дело при беременности…

Tри пары глаз уставились на довольного собой придурка. Три голоса, одновременно, задали свои вопросы:

— Как, беременна? — Джина едва сумела пролепетать.

— Кто этот козел, которому я?.. — Пол стиснул кулаки.

И мой. Ёмкий.

— Срок?

Я знал, бля*ь, да я был уверен, что ребёнок мой! Мой!

— Да почем мне знать? — Старый мудак Таккер выдал себя.

— Пол! — Я выпрямился, прижимая Эллу к себе. — Это я! Я отец ребёнка! А теперь, покажите мне, где спальня Эллы?

— О, мой Бог!.. — Джина вытаращила на меня глаза. — Значит?.. Значит, у неё получилось?..

— Джина! — Теперь не выдержал я. — Живо показывай мне комнату! Иначе, я сам лично заставлю тебя всё мне рассказать!

— А, да… Сюда…

Джина распахнула двери дома, и я, увидев диван в гостиной, бережно опустил Эллу на него.

— Вышли все отсюда! Быстро! Ей нужен воздух. И я разберусь сам.

— Но, она моя…

— Я сказал, все! — Я метался по кухне, выдвигая ящички в поисках хоть какой-нибудь аптечки. — Но с тобой, Таккер, я ещё не закончил.

И, как только все вышли на улицу, я, взявшись за ворот обеими руками, рванул ткань платья в разные стороны, позволяя Элле дышать свободнее, и, замер… Она лежала на спине, безвольно опустив руки и ничего не скрывая от меня. Маленький, мягкий, округлый животик, стразу бросился мне в глаза. Животик, в котором росла новая жизнь. Моя жизнь… Мне хотелось положить на него ладони и коснуться губами тёплой кожи, нашептывая, что я здесь, рядом, что я всегда буду защищать и оберегать эту маленькую кроху и её мамочку. Мою Жемчужинку.

Но сначала мне надо было привести в чувства Эллу.

Я налил в стакан воды и открутил пузырек с нюхательной солью. Несколько раз пронес его под носом Эллы и увидел, как она приходила в себя. Сделала судорожный глубокий вдох и открыла глаза.

И эти огромные испуганные лесные озера с неверием смотрели на меня.

— Стив?..

Она приподнялась, и, отталкиваясь пятками, подтянулась к подлокотнику дивана.

— Это я, котёнок.

— И это не сон, не галлюцинация, и я не сошла с ума?

— Ни то, ни другое, ни третье.

— А?.. А что ты тут?.. Как ты?..

— Это долгая история. Давай я расскажу тебе её потом.

Она кивнула и, видимо, хотела поправить своё платье, но поняла, что сарафан разорван.

— Ой… А что? Что с моим платьем?

— Я порвал его. Тебе надо было дышать. Вот. — Я схватил с кресла плед и протянул его Элле. — Укутайся. Мне надо кое-что прояснить, и я вернусь. Выпей воды и сиди тут.

— Да… — Она натянула плед до подбородка. Но потом словно вспомнила что-то, выпрямилась, спуская ноги с дивана. — Там… Таккер…

Это был день совпадений? А как ещё назвать его, если со словами Эллы, дверь открылась, и мудак Таккер нарисовался на пороге гостиной.

— С ней всё в порядке?

— С ней всё в порядке. — Я кивнул. — Но тебя это не касается.

— Меня это касается. Я знаю Эллу очень давно.

— В таком случае тебе придется её забыть.

— Стив? Дрейк? — Элла переводила испуганный взгляд с меня на него. — Вы?.. Вы же?.. Я всё объясню. Стив, пожалуйста… Таккер, тебе лучше уйти…

— Не тебе решать, девочка. Я сделал тебе предложение и…

Даниэлла

И я застонала и прикрыла лицо ладонями. О, господи! Только этого не хватало.

То ни одного мужчины, то сразу двое.

А мне? Что делать мне? И, главное, как утихомирить двух разъяренных быков?

— Дрейк, я не сказала, что согласна. — Я покачала головой и посмотрела на Стива. На его нахмуренные брови. Боже, мне так много нужно было ему сказать. И узнать зачем он здесь. И… И, он здесь? — Стив, пожалуйста, позволь мне самой…

— Ты далеко собралась? — Его взгляд пригвоздил меня к полу. — Котёнок, я сказал тебе лежать. Я сам разберусь.

Его голос был тихим, ровным, и… таким властным, что пробирал до мурашек. Но, подчиниться? Ему? Нет! Ни ему, ни Таккеру! И, плевать, что я там сама говорила себе совсем недавно.

— Это решать не тебе.

— Что? Котёнок не слушается? — Ну, только ехидства Таккера не хватало! Я закатила глаза. — Могу дать парочку советов.

— Свои советы засунь себе знаешь, куда?

Таким грозным я, пожалуй, Стивена ещё не видела. И решительным.

— Элла! В кровать! Живо!

Я подпрыгнула на месте. Но стояла, испуганно переводя взгляд со Стива на Дрейка.

— Давай, девочка! Покажи себя, — Таккер скрестил руки на груди, усмехаясь Стивену.

— Элла, твою мать! Делай, чтоя́тебе велел! Пожалуйста!

Мне казалось, что эти двое играют в какую-то игру по дрессуре маленькой собачки. Типа, кого она станет слушать больше? Два грозных укротителя стояли друг напротив друга, не желая уступать. А маленькая собачка, то есть я, дрожала и была готова сделать на полу большую лужу.

Чёрт! Послать бы их! Всех! Куда подальше. Но… Но это «пожалуйста»… Не могла отказать Стиву, когда он, вот так, просил.

— Хорошо! Хорошо, я сяду. Только уйми…

— Вот и славно, котёнок. — Стив, перебил меня и как мне показалось, облегченно выдохнул. Победно усмехнулся Таккеру и кивнул в сторону двери. — Выйдем. И решим всё, раз и навсегда. А ты, — его указательный палец был направлен на меня. И я смотрела на него, как подопытный кролик в глаза удаву, прекрасно зная, что в них моя погибель. — Ты останешься здесь. И с места не сдвинешься.

Ага! Как же!

И, как только эти двое вышли за дверь, я, прижимая плед к груди встала и, крадучись, на носочках подошла к двери. Но громкий стук, такой, как будто кто-то припечатал кого-то к этой самой двери, только с обратной стороны, заставил меня ойкнуть.

— Ты будешь держаться от неё как можно дальше. Это понятно?

И снова стук. Нет не стук, грохот.

— А с чего ты взял, что я послушаю тебя? Думаешь, две недели на Гавайях, и она твоя? Подобрал к ней ключик?

Мне казалось, что Дрейк и Стив просто перекатывают друг друга по стене дома, припечатывая лопатками соперника то к фасаду, то к двери.

— О твоих ключиках я наслышан! Я даже видел их последствия! И с ужасом представляю, что могло бы с ней быть в том момент, не будь меня рядом!

— Спаситель мира! Я делал то, что ей тогда было необходимо!

— Мне спасибо тебе сказать? Да я скорее на хуй тебя пошлю! Тебя и твою заботу о ней.

— О! Да я вижу, как ты прекрасно о ней позаботился! Котёнок, говоришь? По-моему, мы оба прекрасно знаем…

— Котёнок или нет, тебя это не касается! — Снова глухой удар. И дальше слова, от которых я вздрогнула. — Я сказал тебе сидеть на диване! Ты хоть раз в жизни сделаешь так, как тебе говорят?

Так дверь-то закрыта! И как он?..

— Я сижу! — Я не удержалась и показала ему язык. Да, по-детски, не спорю, но…

— Мне проверить?

Я отвернулась, прикрыла рот ладонью и прокричала:

— Я уже там.

Да чёрта с два я уйду! Они рушили мой дом, а я должна стоять тут, за дверью? Точнее, сидеть на диване укутавшись в плед?

— С ней никогда не будет скучно, — насмешливый голос Таккера вынудил меня закатить глаза.

— Я знаю.

Мне показалось, или в голосе Стива звучали спокойные ноты?

— Поговорим?

— Думаю, стоит.

И всё. Тишина.

Эй, вы, двое! Вернитесь! Мне, что? Пропадать тут в неизвестности?

Я топнула ногой и ворчливо добавила:

— Так нечестно! Вы заставляете беременную сходить с ума от любопытства. А, а ещё от тревоги. А это, между прочим, вредно…

— Детка, я прекрасно слышу, что ты там что-то бормочешь. — Я застыла и вытаращила глаза. Это, что? Это, они сидят за стеной? На качелях? — Мне стоит войти?

Ага! Входи! И получишь по полной.

Я уже минут десять мерила пространство своей собственной гостиной шагами, кусая ноготь большого пальца. И меня убивала эта неизвестность.

— Вот, держи. — Я обернулась в сторону смежной двери, что разделяла две половины нашего дуплекса. Джина шла ко мне с тарелкой в руках. — Твой Стив велел тебе поесть. Таккер сказал, что ты ничего не съела у него дома.

Она всучила мне тарелку с сэндвичем и утянула за собой на диван.

— Велел? Он… Слишком много на себя берёт. — Но я взяла тарелку и откусила приличный кусок. — А где они сами?

— Сидят на качелях. — Джина вздохнула. — Пол принес им пива. И они сидят там и болтают, как старые приятели. Дa и я ненадолго. Мне надо готовить ужин, пока Пол возится с Беном. Готовлю и на вас.

— На меня. Я никого приглашать не собираюсь. — Я говорила с набитым ртом.

— Дали! — Джина повернулась ко мне и смотрела таким счастливым взглядом. — С ума сойти! Я не могу поверить! У тебя всё получилось. У нас будет малыш. И… Ты можешь это представить? Он приехал к тебе.

— Прости, что не сказала сразу. — Я отложила сэндвич и понуро и виновато опустила плечи. — Сначала не могла поверить. А потом этот проект в Сан-Диего… Я собиралась преподнести вам сюрприз на День Благодарения.

— Вот и преподнесла. Ох, сестрёнка! Этот Стив, он такой!.. А его глаза… Он, правда, офицер?

— Да, я видела его в форме. — Я вздохнула. — Но, Джин, я не знаю зачем он приехал. Есть кое-что…

— Он всё тебе расскажет, я уверена. Но, мне надо идти, ужин ждать не будет. — Она обернулась ко мне, уже, открыв дверь. — Да, а откуда ты знаешь Таккера?

— А ты тоже его знаешь?

— Я слышала о нём. — Мне показалось, что щеки моей сестры порозовели. Так, а жить становилось всё интереснее. — Я убегаю…

Она убегала, а я оставалась в полном неведении.

Я закуталась в плед и опустила голову на подлокотник дивана. Вот и ладно. Усну здесь. И плевать на всё. Будет знать…

Хотя, с какой стати? Он нашел меня непонятно каким образом. Вторгся в мою жизнь. Смел командовать. Пусть… Пусть командует своей женой! Или, на ком он там собрался жениться? В конце концов это мой дом и мои правила!

И я уже спустила ноги на пол, но… Но резко распахнувшая дверь и сам Хантер, всклокоченный, с горящими глазами, подсказали мне, что лучше притвориться спящей. Я юркнула обратно, стиснула плед в кулачках и прижала их к подбородку. Приоткрыла один глаз и наблюдала, как Стивен, словно разъярённый лев в тесной клетке, метался по моей, ставшей вдруг такой маленькой, гостиной. Он кинул кожаную куртку на кресло, запустил пальцы в свои заметно отросшие волосы, которые, как, оказалось вились на концах, и тяжело вздохнул:

— Ты не представляешь, насколько я зол! Я взбешён! — Он остановился, уперев руки в бока, и уставился на меня. — И не смей притворяться, что ты спишь. Ты, вообще, собиралась сказать мне?

Ох… Дело плохо.

Я вздохнула и села, подтягивая колени к груди. О чём они говорили с Таккером? И что Стив имел в виду, когда спрашивал, собиралась ли я сказать ему? О чём? Может, он злился, что я скрыла от него своё полное имя и настоящую фамилию? Имел право.

Я теребила уголок пледа, сосредоточив всё своё внимание на нём, и тихо произнесла:

— Вообще-то, нет… В самом начале я была намерена строго следовать тем правилась, которые для себя установила.

— Да к чёрту твои правила! — Стивен сверлил меня взглядом. — Особенно, когда дело касается меня, тебя и нашего ребёнка.

Мои глаза готовы были вылезти из орбит:

— Так ты?.. Ты знаешь о ребёнке? Но?.. Откуда?..

— Таккер сказал. — Стив тяжело вздохнул и опустил плечи. — Когда ты потеряла сознание.

Я зажмурилась, но эти гадские слёзы!.. Ну, кто их просил? Кто им, вообще, дал право, жечь мои глаза своей соленой влагой? Нашего ребёнка… Нашего! Господи! Он ни на миг не усомнился… Я хлюпала носом, а Стивен продолжал:

— Знаешь, что мне очень хочется сделать? Сделать так, что руки чешутся? — Я покачала головой, не произнося ни слова. — Положить тебя поперек колен и отшлёпать! Да не просто отшлёпать, а выпороть! И, клянусь, я так и сделаю. Только, улучу момент. Выгадаю промежуток, когда ты хоть немного придёшь в себя после родов, но ещё не забеременеешь снова, нашим вторым ребенком.

— О, — я усмехнулась, — Это было бы здорово!

Но Стивен замер и уставился на меня, как на приведение, монстра из Преисподней и динозавра времен Юрского Периода вместе взятых:

— Что? Я не ослышался? За те три месяца, что мы не виделись, ты поменяла своё мировоззрение?

— Что? — Теперь была моя очередь пытаться понять, что он имел в виду. И когда смысл сказанного дошел до меня, я фыркнула: — Нет! Никогда! Отшлёпать? Забудь об этом, этого не произойдёт. Я имела в виду совсем другое: как мне не жаль и как не хочется, но… Я не смогу забеременеть снова. И, — я набрала полную грудь воздуха и выпалила. — В этом и была причина моего путешествия на Гавайи.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, тебе лучше присесть…

Я махнула рукой в сторону кресла, и… И рассказала всё.

И вердикт моего врача о возможном бесплодии.

И о желании родить ребёнка одной, для себя.

И о возможных вариантах воплощения в жизнь этой моей мечты.

И о разработанных мною правилах…

И том, как я встретила его. И что из этого получилось…

Несколько минут в гостиной царило молчание. Стивен не проронил ни слова. А я сидела, и смотрела на его склоненную голову и до безумия хотела протянуть руку и коснуться его волос. Пропустить их сквозь пальцы, ощущая шелковистость и навсегда запоминая это.

— Почему ты ничего не сказала мне? С самого начала? Ещё там, в этом маленьком ресторане? Я же рассказал тебе о причине своего развода.

— Да? — Я не смогла сдержать усмешку. — И как ты себе это представляешь? — Я приложила ладонь к груди и наивно и наигранно хлопала ресницами, пища, словно птичка. — О, офицер, как вы сказали, вас зовут? Хантер? Так вот, офицер Хантер, не могли вы подняться со мной в номер и заделать мне ребёнка? О, и не думайте, я ни в коем случае не буду больше тревожить и заставлять вас признавать отцовство. Просто… Трахните меня и… О чём ты говоришь? Ты даже не поцеловал меня! Оставил у двери и…

— Не утрируй. — Стивен вздохнул. — У тебя было достаточно времени и возможностей. Но ты не сделала этого. Более того, намеренно скрывала от меня своё имя…

— Но ты всё равно нашёл меня. — Я слабо улыбнулась, продолжая теребить кончик пледа. — Расскажешь, как?

Стивен, довольный собой, широко улыбнулся:

— Я расскажу тебе, но не сейчас. Эта история будет переходить из поколения в поколение. Это то, что я собираюсь рассказывать своим детям и внукам. На каждом семейном празднике.

Я вздохнула. Да, его детям. И, судя по тому, что я знала, общим у нас останется один единственный ребёнок.

— Ну, я думаю, нам надо это обсудить.

— Что обсудить, котёнок? Хочешь отредактировать ещё неизвестную тебе версию? Уверяю, там всё пристойно.

— Я не об этом. Я о том, — я помедлила, подбирая нужные слова. Как сказать ему о возможной совместной опеке? — В общем, я не думаю, что это будет правильно, если ты захочешь, чтобы ребёнок проводил все праздники с тобой. Нам надо составить график и…

— Детка? — Его брови, от удивления и непонимания поползли вверх. — Ты о чём?

— Ой, Стив! Давай, не будем притворяться! Я в курсе того, что ты женишься и…

— Откуда ты знаешь?

Ох, он даже не думал отрицать сей факт…

— Я… Я не знала, как связаться с тобой, чтобы рассказать о ребёнке. — Говорить правду всегда лучше, ведь так? Тем более, в моём случае. — Я искала разные способы…

— Так ты собиралась сказать мне?

— Да. Но, не перебивай… Так вот, я искала разные варианты и вспомнила, что Кристина дала мне свою визитку. Я позвонила ей. И она сказала… что ты женишься. Вот.

Хантер вздохнул, встал со своего места и взял в руки куртку.

— Она, как ни странно, сказала тебе правду. И, снова, как ни странно, обернула всё в свою пользу. Я женюсь, котёнок. Скажу тебе честно, у меня есть лицензия на брак, она лежит в сумке.

— Я… Я очень рада за тебя, честно. — Я старалась не разреветься. — Надеюсь, она очень достойная девушка. Никогда не лжет тебе. Готова подчиниться… Уверена, она любит тебя, а… А ты её…

— С женщиной никогда ни в чём нельзя быть уверенным на сто процентов. — Стив усмехнулся. — Но, в одном я уверен точно: я люблю её. И знаю, что она любит меня. — Он помедлил. Достал что-то небольшое из внутреннего кармана куртки и подошел ко мне. — Знаешь, чем я занимался в тот день, когда ты от меня улетела? — Я покачала головой. — Я сидел в кабинете командующего, говорил с ним, и, вдруг, совершенно четко осознал, что хочу семью. Хочу изменить всю свою жизнь. Я ушёл со службы и половину грёбаного дня провел в грёбаном ювелирном магазине выбирая вот это.

Он разжал кулак и показал мне красный бархатный футляр. Открыл его и вытащил изумительное кольцо. О, мой бог! Я в жизни не видела ничего изящнее и красивее. Но?.. Когда, говорите, он его купил?

— Я ехал домой и прокручивал в голове пылкую, но в тоже время романтичную и проникновенно-трогательную речь. Представлял, как я опущусь перед тобой на одно колено и как попрошу тебя выйти за меня. И, вот, я приехал домой, и, что?

— Что?

Я шмыгнула носом. Вот оно, моё упущенное счастье…

— Тебя там не было. Ты улетела. Точнее, не ты. А Даниэлла Брукс! А в гостинице, как оказалось, жила Юджина Стронг! Поэтому, — он подошел ко мне и взял в ладонь мою руку. — Время романтики для тебя кончилось. Вот! — кольцо прекрасно сидело на моём пальце, точно по размеру. — В ближайшие дни, чтоб устранить путаницу в твоих именах, ты станешь Даниэллой Хантер.

— Что? — я смотрела на него, как на умалишенного. — Это, что? Это было предложение?

— Именно. — Стив кивнул.

— Но… Но я не сказала… Я не дала согласие!

— А мне оно и не требуется. Я женюсь на тебя.

Что делало с женщиной кольцо на безымянном пальце с бриллиантом в несколько карат?

Не знаю, как с другими… Лично я смотрела на него и тихо плакала, говоря самой себе, что я недостойна такого мужчины, как Стив. Который разыскал меня, приехал и вот теперь…

— Ты? — я подняла на него глаза, — Ты, правда, женишься на мне?

— Ну, если у тебя есть другие варианты?..

Хантер насмешливо смотрел на меня, скрестив руки на груди. Но, заметив, как я смахивала слезинки со щёк, нахмурился и подошел ближе:

— Эй, котёнок, в чём дело?

— Не знаю. — Я пожала плечами и опустила голову, проводя кончиками пальцев по ободку кольца. — Всё это так…

— Ну, — он присел на пятки рядом со мной. — Я мог бы, пожалуй, жениться на твоей сестре, но она, хвала Небесам, уже замужем. И к тому же мне нравишься ты.

Он смеялся надо мной, вытирая мокрые дорожки большими пальцами, я это знала. Но, мне было так спокойно рядом с ним. Так хорошо.

— Ну, ты мог нас перепутать. Мы с ней очень похожи. Если ты не заметил, мы близняшки…

Я поддерживала игривый тон. Возможно, это нужно нам двоим. Потому что, между нами всё ещё чувствовалась какая-то неловкость. Недосказанность, натянутость…

— Если только характером. — Стив внимательно всматривался в моё лицо. — Внешне вы совершенно разные.

— Это неправда, но, я тебе поверю. Если бы у меня был такой характер, как у Джин…

— Мне бы пришлось запереть тебя дома. Детка, Джин более открыто выражает свой протест. Да, я знаю, что она сделала вместе с подругами, — Стив усмехнулся, замечая моё удивление. — А ты… Ну, ты идёшь к владельцу подпольного тогда ещё секс-клуба… — Хантер вздохнул. — Он любит тебя, но, как дочь, которой у него никогда не было… Если он и дальше будет опекать тебя с такого расстояния, я не буду против.

Стивен убирал выбившиеся прядки волос от моего лица, взглядом контролируя весь этот процесс. И только я хотела спросить, как и чем у них закончился разговор, как Хантер наклонился и оставил на моих губах нежный поцелуй.

Господи! Но и его было достаточно, чтобы волна тепла зародилась внутри меня; окутала невесомым облаком и подтолкнула к нему. Я протянула руки, запутываясь в мягких волосах Стивена, и ответила на поцелуй. Я скучала по этому мужчине. Я была готова проститься с ним, отпустить из своей жизни. Но сейчас, поняв, что вот он тут, со мной; что всё это реально — не могла поверить. Была готова вцепиться в него руками и ногами и никуда уже не отпускать. Никогда. Стать с ним одним целым.

И я разревелась. Как маленькая девчонка, которая в силу своего возраста, ещё не могла понять всей сложности бытия. Не могла принять этот мир, со всеми его восходами и закатами; с радостью жизни и горечью утраты; с радугами, бабочками, первым весенним дождем и пением птиц; со всем добром и злом… Хлюпала носом, уткнувшись в широкую грудь мужчины, которого любила…

— Даниэлла, — он медленно, словно смаковал каждый звук, произнес моё имя. — Детка, пожалуйста, не плачь. Потому что, я не знаю в чем причина этих слёз и как мне успокоить тебя. Но могу сказать одно: теперь всё будет хорошо, вот увидишь. Мы всё наладим, со всем справимся. Я не обещаю тебе, что всё у нас будет солнечно и безоблачно, но, я думаю, знаю, как уменьшить последствия бури. Когда-то я просил тебя о доверии. Сейчас прошу о любви. Потому что я люблю тебя, Даниэлла. Поверь, я считал каждый день до встречи с тобой…

— Я… Я люблю тебя, правда-правда, — я взяла в ладони его лицо, пододвигаясь к краю дивана и совершенно не заботясь, что плед соскользнул на пол. — Так сильно люблю… И я должна была больше доверять тебя. Точнее, доверять только тебе и не слушать…

— Тихо. — Стив улыбнулся. — Тихо, котёнок. Всё уже позади… — Он приблизился ко мне, делая неловкие движения коленями по полу. Расположился между моих ног и провел по щиколоткам, приподнимая их и вынуждая переплести у него за спиной. — Мне столько нужно рассказать тебе… Но, всё потом. Ты не представляешь, как я соскучился. — Он говорил и целовал меня, оставляя влажные следы своих губ на моём лице. — Как я хочу зацеловать тебя, всю. Хочу пить тебя, вкушать тебя, как самый изысканный деликатес. Хочу ощутить твою влажность, твою тесноту. Хочу вспомнить снова каким сводящим с ума бывает твой язычок, когда кружит по мне, по моему члену…

О, боги! Боги! Боги…

Я была готова взорваться и унестись к далёким звездам только от одних этих слов. Таких горячих. Таких возбуждающих. Таких чарующих.

Я так хотела его. Хотела, чтобы он уложил меня на этот диван, поднял руки над головой, удерживал запястья своей ладонью, и брал меня. Заявлял свои права, возвращал… Да всё, что угодно, лишь бы…

— Эй, я тут… Ой! Я ничего не видела! — Кажется, мы со Стивеном одновременно застонали и повернули головы к стоящей в смежной двери Джине. Она прикрыла глаза ладонью, но это не извиняло её. — Нет, правда… если я и заметила, то…

— Джиджи, — да, мне хотелось ей досадить, — как же ты не вовремя.

— Я знаю, прости, но… Ужин готов. Пол накрывает на стол и…

— Мы будем, — Стив прижал меня к себе. — Дай нам минуту.

Моя сестра поспешно скрылась за дверью, а я тяжело вздохнула: очень уж не хотелось даже руки убирать от Стивена, не то, что лишаться тепла его тела. Но…

— Пойдем? — Я сумела отстраниться от него.

Но Хантер насмешливо смотрел на меня:

— Пойдем. Только… Детка, а ты не хочешь умыться и накинуть на себя что-нибудь из одежды?

— О! — Я досадливо закатила глаза. — Ты ни капли не меняешься!

— Если это произойдёт, — Стив наклонился к моему уху. — Тебе станет скучно. Да и мне…

Стивен

Круглый стол был накрыт к ужину в гостиной Стронгов. Прелесть таких столов в том, что ты видишь каждого, кто сидит с тобой рядом. Надо будет предложить Элле купить что-то подобное для нашей столовой.

Было немного странно и непривычно находиться здесь; сидеть рядом с людьми, с которыми познакомился только сегодня днём. Но и до странности спокойно, нужно, правильно. Особенно от осознания того, что Элла рядом. Что теперь-то она уж точно никуда не удерёт от меня. Но и немного забавно.

— Эй, мужик! — Пол окликнул меня. — Ты сидишь с этой идиотской улыбкой на своей роже уже битый час. В чём дело?

— Ни в чём. — Я пожал плечами. — Просто, забавно.

— А, — Пол понимающе кивнул в сторону сестёр. — Правда, круто! Первое время и меня это веселило. Они так похожи!

— С этим могу поспорить. Но вот то, как они копируют свои действия…

Это, правда, было… необычно. Джин и Элла одновременно тянулись за одним и тем же кусочком, хотя корзиночка была полна самого разнообразного хлеба. Хватались за него, а потом хихикали, словно маленькие девочки. Одновременно и одинаково разрезали на части стейк и отправляли его в рот.

— Никогда не замечал этого. — Теперь и Пол с удивлением смотрел на сестёр, которые, казалось, и не видели нас. — Или, не придавал значения. Чёрт, теперь моя фантазия о близняшках…

— Останется навечно похороненной в твоём извращенном мозгу.

— О, да ладно, мужик! Как будто… — Пол наклонился ко мне. — Скажи, а у тебя?..

— Будем обсуждать это здесь и сейчас?

К счастью, наш содержательный диалог был прерван визгом Джины:

— О! Пол! Пол, ты посмотри! — Она вцепилась в руку сестры, рассматривая бриллиант на кольце. — А она сидит тут и молчит! Дали! Тебе сделали предложение? И ты ничего не сказала? Как будто, это для тебя такая обыденность?

— Нет, не обыденность. — Элла, с невозмутимым видом, продолжала ужинать. — Признаться, до сегодняшнего дня мне никто предложения не делал. Никогда.

— Ну а сегодня сделал! — Джина повернулась ко мне. — Хантер, я поздравляю…

— Это не Стив. — Элла констатировала данный факт так же спокойно. Плутовка даже не взглянула на меня. — Ну, не Стив сделал мне предложение.

— А кто? Прости, — глаза Джины стали огромными. — Это? Это… Таккер? Это его кольцо?

Я сидел и, молча, наблюдал за этой сценой. Да, а моя Искорка не так проста, как мне казалось. Хотя, я всегда знал это. Но режиссировать этот спектакль я мог доверить только ей. Там, несколько минут назад, в гостиной, она была ласковым доверчивым котёнком. А вот сейчас ежонок выпускал свои колючки…

— Кольцо Стива. Но, он не делал мне предложения. Он, просто… Нацепил мне его на палец, сказав, что женится на мне. Всё.

Она приподняла и опустила одно плечо, выказывая этим жестом не просто своё равнодушие, а как бы говоря, что это обыденное дело, вот такое моё поведение. Возможно, она и была права. Сколько подобных битв у нас будет? Но, не из каждой я позволю ей выйти победителем.

— А какой у него был выбор в данной ситуации? — Пол усмехнулся. — Если бы Хантер только попробовал улизнуть…

Но вот сейчас я был намерен не то, что вступиться сам за себя, а и показать всем, в том числе и Элле, что последнее слово останется за мной.

— Я летел сюда с единственной целью. И я её достиг. — Я кивнул на кольцо. — А предложение… Ну, это её наказание. Она упустила возможность услышать пылкое признание и увидеть меня коленопреклонённым, когда поднялась на борт самолета, улетев от меня. Так что… — Я попытался скрыть довольную усмешку. — Даниэлле ничего не остаётся, как стать моей женой и принять то, что уготовила ей… судьба.

Как и следовало ожидать, вилка со стуком опустилась на стол, заставив маленького Бена, что сидел в своём стульчике вздрогнуть и уставиться на нарушительницу его спокойствия.

— Ну, знаешь!.. — Глаза Эллы метали молнии в мою сторону. — Я не…

— Дали! Он просто шутит. — Джина накрыла ладонь сестры своей рукой. — Неужели ты не видишь? Мама и папа будут в восторге.

— Ох, — Элла вздохнула и опустила плечи. — Мама и папа… Надо сказать им…

— Завтра? За обедом? — Джина перевела взгляд на меня.

— Вполне возможно.

Я кивнул. Да, знакомство с родителями Эллы… Я как-то упустил это из виду… Её отец бывший военный, явиться к нему с такой просьбой в обычной футболке и джинсах? Не при всём параде, не в форме?.. Я не подумал об этом. А ехать за своим багажом в мои планы не входило…

— Это будет просто здорово! — Джина радостно улыбнулась. — Вы только представьте, как мы все вместе будем жить здесь. Одной большой…

Я набрал полную грудь воздуха. Возможно, более подходящего случая у меня может и не быть.

— Вот это вряд ли. — Я сел прямо. — Жить дружно в этом доме было бы замечательно, но, боюсь, у нас ничего не получится.

— То есть? — Элла с подозрением смотрела на меня. — Ты хочешь сказать?..

— Да. Мы переедем, котёнок. В Сан-Диего. — Я поднял руку, прося Эллу сначала выслушать меня, а потом уже высказывать своё мнение. — Помнишь, я говорил тебе, что есть несколько вариантов продолжения моей службы. Так вот, мне предложили перевод в Сан-Диего, и я, как ты понимаешь, такую возможность упустить не мог.

— Сан-Диего?..

— Ну, скажи спасибо, что не Гавайи.

Я надеялся шуткой разрядить обстановку, но это не сработало.

— Но?.. Да с чего ты взял? А, а этот дом? А моя работа?

— Дом можно отдать твоей сестре. А работа, — я вздохнул и так некстати вспомнил разговор с Эллой по телефону: «А как же её работа? — Мы сумеем найти выход». — Детка, в наше время работать можно из любой точки земного шара. Современные технологии…

— Но, не в моём случае! У меня масса объектов…

— По всему округу, — я кивнул, — я в курсе. И у тебя же есть помощник.

Она злилась. Она была возмущена. И я понимал всю справедливость её гнева, но ничего поворачивать вспять не собирался.

— Помощник? Я не собираюсь бросать всё на него. И, потом…

Я сильно сжал ладонь Эллы, делая ей предупреждение:

— Не сейчас. Хочешь высказать мне всё, что думаешь, пожалуйста, но, только, сделаешь это потом. — Круглые зелёные глаза, не мигая, смотрели на меня. Элла пыталась вырвать свою руку из моей ладони, но у неё ничего не выходило, я сильно держал её. Смерил насмешливым взглядом и тихо добавил: — Разве жена не следует за мужем?

Нечего гадать, что последняя моя фраза помогла Искорке достигнуть точки кипения. Она бы ударила меня. И была бы права: нечего мне сейчас было вести себя, как последней скотине. Но Джина пришла на выручку:

— Да, конечно, Сан-Диего всего в часе езды, но… Я не знаю… Сан-Диего… Может, это не так уж и плохо, а? Дали, а тебе самой? Как тебе Сан-Диего? — она повернула голову ко мне. — Элла больше двух недель жила там, осуществляла свой новый проект…

— Да? — я приподнял бровь, делая вид, что мне совершенно ничего об этом неизвестно, но, очень интересно. — Детка, и как тебе?

— Как мне что? — Она высвободила руку и растирала свои пальчики. — Город? Большой, красивый, шумный. Я привыкла к тишине Фоллбрука.

— А дом? — Джина перебила её. — Ты говорила, что тебе понравился дом.

— Дом, да. — Элла вздохнула. — Дом красивый. И я влюбилась в него.

— Ты занималась дизайном дома? — Я прокашлялся.

— Нескольких комнат. — Элла задумчиво водила пальчиком по ободку стакана. — Но, у меня, правда, было такое чувство, что я делаю это для себя… — Она горько усмехнулась, а я не мог поверить тому, что слышал. — Я даже представила, как обустрою свою собственную мастерскую, на втором этаже, в комнате, где вид из окна так себе, зато прекрасное дневное освещeние. То, что надо. Но… Но это не мой дом. Видимо, мне придется довольствовать небольшим коттеджем в богом забытом военном городке…

Ну, радовало одно: она не отказывалась от меня. Раз согласна на коттедж…

Я прижал Эллу к себе, поцеловал в висок и тихо добавил:

— Котёнок, я куплю тебе дом. Большой красивый дом.

Но Элла, не будь она моей Эллой, фыркнула и несильно толкнула меня локтем под ребра. Да, с ней никогда не будет скучно. Но кто сказал, что я хотел именно спокойной и размеренной семейной жизни с ней? Пусть будет вулкан, время от времени, который я знаю, как усмирить.

Но спустя час, когда ужин подошел к концу и мы, все вместе навели порядок, маленький вулкан и не думал затухать. Элла стояла посередине своей гостиной, скрестив руки на груди, топала ножкой и прожигала меня своим взглядом. Было забавно смотреть на неё: маленькую, взъерошенную и злую. Я встал напротив, наклонив голову и сунув большие пальцы в петлицы пояса на джинсах. Я ждал, когда поток раскаленной лавы обрушится на меня.

И вот, началось…

— Кто дал тебе право командовать мной? Указывать мне, что и как делать? Думаешь, если ты прилетел сюда, то, всё? Ты мне не муж…

— Пока ещё. — Я спокойно парировал на её выпад.

— И, даже если и будешь, то, заруби себе на носу: тебе не удастся распоряжаться моей жизнью! — Она гордо вздернула свой носик. — Я уже говорила тебе, что никто и никогда…

— Я это помню, котёнок. — Я зло поджал губы. — Но, сейчас другого выхода нет.

— Выход есть всегда! Почему мы не можем остаться здесь? — Она развела руками. — Мой отец, когда служил и учился, приезжал к нам…

— Как только мог? — я усмехнулся. — Раз в месяц? А то и реже? Нет, Даниэлла, я так не хочу. Я хочу, чтобы вы, ты и наш малыш, всегда были рядом со мной.

— Но, — она была возмущена и не хотела слушать мои доводы. — Но ты военный! Ты морской офицер. Ты сам говорил мне, что ваши походы длятся по нескольку месяцев…

— Не в этот раз. Я буду нести службу при штабе. Каждый вечер буду возвращаться домой. Да, форс-мажоры никто не исключает, не без них, но, это будет не так часто. У нас будет свой дом.

Элла опустила голову и выдохнула:

— Стивен, пойми, я не отказываюсь… Больше всего на свете я хочу быть с тобой, но… Но, согласись, твоя служба… Ты ещё не приступил к ней, ты ничего не знаешь толком… Поиск подходящего дома… Это всё может занять кучу времени. Почему бы нам, хотя бы до свадьбы, не остаться здесь? Ты же не можешь не согласиться, что готовиться к ней было бы гораздо удобнее отсюда: здесь Джина и…

Я прокашлялся и взъерошил волосы на затылке, представляя, что сейчас начнется…

— Видишь ли, котёнок, — я старался говорить осторожнее, как будто в меня могли разом полететь сотни острых ножей. — Свадьбы, как таковой, не будет. По крайней мере, сейчас…

Зелёные глаза снова стали тёмными:

— То есть… Что ты имеешь в виду? Ты?.. Ты придумал?.. Это что, новый вид твоего изощренного наказания?

На последнем слове её голосок взлетел так высоко, что неприятно резанул слух.

— Нет. Всё не совсем так. Ты станешь моей женой. В ближайшие дни, от этого я не откажусь. Просто… — Я вздохнул, не зная, как мне убедить её. — Нам придется повременить со свадебным приёмом.

И почему так? Почему я рисовал себе нашу встречу в мечтах совсем иначе? Где та страсть? Где поцелуи? Где мы, в кровати?

Хотя, ладно, одно точно было: страсть! И если Искорка в ближайшее время не спалит меня дотла, то… То я всё наверстаю.

— Что это значит?

— Только то, — я сделал шаг к Элле, и, не давая ей времени, притянул в свои объятия, — что я сказал. Детка, — я согревал дыханием её макушку, крепко держа в кольце своих рук. — Мне надо быть на службе сразу после Дня Благодарения. С полным комплектом документов. Я говорил тебе, что в моём кармане лежит лицензия на брак. Что если мы заедем в муниципалитет Сан-Диего в понедельник и подпишем все бумаги? Так я успею вписать в свою страховку тебя. Но, дело не в этом, а в том, что я больше не хочу тебя потерять.

— Это всё логично. — Элла кивала. — Только… — Она оттолкнула меня. — Только ни моя сестра, ни мои родители, ни я не поймут этого. И ты не спросил у меня, чего я хочу.

— Ну, ты ответила на этот вопрос минутой раньше. — Я усмехнулся. — Сама сказала, что хочешь быть со мной больше всего на свете. Так что…

— Так что, — Элла сделала широкий жест, рукой, в сторону двери. — Пока я думаю над этим твоим весьма соблазнительным предложением… Убирайся!

Я опешил, честно:

— Куда?

— Думаю, сейчас самое время для тебя позаботиться о ночлеге. Займитесь поиском гостиницы, мистер Хантер!

— Ты выгонишь меня на ночь глядя? — Я иронично приподнял бровь. — Котёнок, это на тебя не похоже.

— Не смей! — Она наступала на меня, тыча указательным пальчиком в грудь. — Не смей называть меня котёнком! Не смей указывать мне, что и как делать! Не смей командовать мной! Не смей применять на мне все эти свои доминантно-психологические штучки! Не смей!..

— Хорошо. — Я поднял руки перед собой в примирительном жесте. — Не буду. Пока, во всяком случае…

— Что значит, пока?

— Пока ты… не стала миссис Хантер.

Мы стояли с ней нос к носу. Точнее, Элла с каждым словом привставала на носочки, вытягиваясь во весь свой небольшой рост.

— И даже тогда не смей!

— А ты веди себя как взрослая разумная женщина! Беременная женщина. Не смей психовать. Потому что… Потому что если это хоть как-то отразится на ребёнке, то…

— Ты спишь на диване.

— Я разберусь, где мне спать, — ещё секунда, и я точно уложил бы её поперёк колен. — Мне нужна ванная, я хочу умыться.

— Это моя ванная, — Элла зло сощурила глаза. — И я пойду туда первая!

Пряди светлых волос ударили меня по лицу, как только Элла развернулась и пошла в сторону лестницы. А я пошел за ней, сдерживая рвущийся наружу смех.