Глава 20

Стивен

Чёртова девчонка выводила меня из себя даже на таком расстоянии. У меня ладони чесались от огромного желания уложить её поперек колен и всыпать как следует. Ей это пойдет только на пользу. И моя сестра ничего толком объяснить мне не могла, точнее, она отказывалась от объяснений.

— Стивен, пожалуйста, ни о чём меня не спрашивай! Я сделала только то, о чём меня попросили, — перекинула тебе файлы и видео, и просьбу написать обо всех недочетах или недостатках. Всё!

— Но… Но какого хрена? Мы договаривались с ней!

— Значит, у твоей Эллы есть причины.

— Какие? Какие у этой упрямицы могут причины не общаться со мной?

— Ну…

— О, так ты их знаешь? — Догадка внезапно пришла ко мне. Две женщины, объединившиеся против меня? — Ники!

— Я не знаю причины, по которой Элла не хочет говорить с тобой. Ну, то есть с мистером Питерсоном.

— Но ты знаешь нечто другое?

— Я?.. Нет, что ты, — ох. Видимо, сестра забыла, что я умею уловить ложь во всех её проявлениях. — Прости, мне пора.

— Ники!

Но она бросила трубку.

А я стоял и смотрел то видео, что сняла Элла на камеру своего смартфона. Готовая кухня. Теплая, современная, красивая… Как она успела сотворить такое всего за неделю? Я смотрел на вытянутое помещение, по одной стене которого тянулись встроенные шкафы для посуды, холодильник, духовки. На небольшой кухонный островок. На маленький, для двоих, обеденный столик у окна, которое выходило во внутренний дворик. Я видел арочный проем и диван в гостиной. Я слышал голос своей девочки, немного грустный, усталый, я бы сказал, опустошенный. Но, я не видел её. И это меня злило.

Как ни странно Элла ответила после первого гудка.

— Мисс Брукс? Что всё это значит?

— Мистер Питерсон, я знала, что вы позвоните. — Она устало вздохнула. — Я готова записать, что вас не устраивает и устранить недостатки. Насколько это возможно.

— Меня устраивает всё, кроме одного. Почему вы прислали мне эти… эти… — Я не мог подобрать нужного слова. — Мы договаривались о…

— Я подумала, что так проще. И лучше вы увидите всю картину целиком. Я понимаю, дом, точнее эти несколько комнат, выглядят немного пустовато, но… Со временем… Несколько букетов. Семейные фотографии на каминной полке…

— Дом выглядит шикарно. Но…

— Простите, мистер Питерсон… Я буду с вами откровенна. — Она тяжело вздохнула. — Я очень устала. Я не должна была соглашаться на этот проект, прекрасно зная, чем он может для меня обернуться. Если вы захотите продолжения, то… То с вами будет работать мой ассистент. Я знаю расположения комнат, знаю ваши пожелания; я сделаю эскизы, но дальше всё передам в руки Брендoна.

— Могу я спросить, почему?

— Можете. Но, это не значит, что я вам отвечу.

Она устала, я чувствовал это. И я собирался дай ей отдохнуть, совсем скоро. Я собирался позаботиться о ней. Но, какое-то непонятное чувство тревоги сосало под ложечкой.

— Даниэлла? С тобой всё в порядке?

— Да, почти да. Я планирую на этой неделе закончить спальню и вернуться домой. Ключи от дома будут у вашей сестры. Если…

— Я хотел встретиться с вами лично, Даниэлла.

— Да, конечно. После дня Благодарения?

— Раньше. Я планирую быть в Сан-Диего к следующим выходным. Может, вы задержитесь?

— Нет, это вряд ли. Я уеду в пятницу утром. Если у вас буду какие-то очень серьезные замечания, позвоните мне, и мы договоримся о встрече. Если нет, вы можете просто выписать мне чек или перевести деньги на счет фирмы.

— Только после личной встречи, мисс Брукс. Я очень надеюсь на неё.

— Перестаньте, пожалуйста. — Элла застонала. — Я и так старалась свести наше общение до минимума, а вы… Хотите правду? Мне нелегко общаться с вами. Знаете почему? Вы напоминаете мне одного человека. Я не понимаю этого, но, так выходит. Я не видела вас. Не слышала ваш живой голос, но, каждый раз я как будто говорю не с вами, а с ним…

Я до крови закусил губу, опасаясь одного: закричать, что это и есть я. И что интуиция её не обманула. Но я стоял и улыбался. Моя девочка. Моя маленькая Искорка.

— Он чем-то обидел вас, это мужчина?

Я нашел в себе силы ответить спокойным голосом.

— Нет, думаю, я обидела его. А ещё не сказала, как сильно его люблю. Но, это теперь не важно. Да и как бы я ни пыталась, не получится. — Она усмехнулась. — Уже не получится. Так что, мистер Питерсон…

Бля*ь! Мой кулак врезался в стену, и, не думаю, что Элла этого не слышала.

— У вас всё в порядке?

— Да, мисс Брукс, скоро будет всё в полном порядке! — Когда я, ей Богу положу тебя поперек колен! — Думаю, и у вас всё наладится. Значит, увидимся на следующей неделе?

Даниэлла

— Увидимся…

Что ещё я могла сказать? Я и так разоткровенничалась с ним. Больше, чем достаточно.

Хотя и не понимала, почему мой язык сейчас опережал мой мозг. Вот выболтал Ники о беременности, этому Питерсону о том мужчине, забыть которого я не смогу никогда. Конечно, проще было во всём винить съехавшие с катушек гормоны. Но я знала, что дело не только в них. Дело во мне. Самой. В моей тоске. В той боли, что сжимала сердце пониманием того, что я потеряла Хантера. Навсегда.

Тянущая боль по самому низу живота заставила меня тяжело вздохнуть и отвлечься от невесёлых мыслей. Я натянула на лицо улыбку и, как будто мой маленький ангел мог меня видеть и слышать, спокойно прошептала, накрывая его ладонями:

— Всё хорошо, мой маленький. Тебе не о чем беспокоиться. Сейчас я приму витамины, сяду в кресло и закину ноги повыше. И мы отдохнём.

Я так и сделала: положила телефон на каменную поверхность кухонного островка, достала из своей сумочки пузырек с лекарством, которoе мне назначила мой доктор, и, прихватив маленькую бутылочку воды, вышла во внутренний дворик. Опустилась в кресло, вытягивая ноги и запивая таблетки, расслаблялась, смотря на березу.

— Это удивительно, правда? — Я поглаживала свой маленький округлый животик. — Берёза в Калифорнии. В Южной Калифорнии. Как думаешь, если мы посадим такую же во дворе своего дома, онa приживётся? — Я говорила со своим малышом и спазмы отступали. — Ну, конечно, не такую большую. Сначала она будет маленькой. Но, будет расти, как и ты… — Я закрыла глаза. — Я так виновата перед тобой, мой маленький ангелочек. Знаю, что должна была сказать «нет» этому Питерсону и не взваливать на себя столько работы, но… Сама не понимаю, почему не смогла? Да, можно было обвинить во всём Хантера, ну, типа того, что я завалила себя работой, чтобы побыстрее выкинуть его из головы. Но, не так-то это просто. — Я вздохнула. — Хантер… Красивое имя. Фамилия, точнее. И я подумала, что хочу дать тебе его, если ты, конечно, мальчик. Но, только оно будет твоим вторым именем. Я назову тебя Энджел. Или Энджела. Как тебе? Нравится? Энджел Хантер Брукс. Или, Энджела Перл Брукс. Ну, в любом случае, ты, пока что, Энджи. Правда, здорово? — Спазмы отступали. — Я знала, что тебе понравится…

Ещё несколько дней. Несколько дней, и я вернусь к своей привычной жизни. Но, почему-то у меня такое чувство, что уехав из этого дома, я закрою дверь в своё прошлое. Недавнее прошлое. Мне бы радоваться, но, мне грустно.

В пятницу вечером я тепло попрощалась с Ники. Согласилась поужинать с ней в маленьком уютном ресторанчике на берегу океана и передать ключи от дома.

— Нет, — Ники накрыла мою ладонь своей. — Пусть останутся у тебя.

— Но мне они без надобности.

Я пыталась возразить. В зале «Aroma Thai» было многолюдно, но мне всё равно казалось, что все посетители смотрели на нас.

— Я созванивалась со Ст… — Ники удачно замаскировала свою, непонятную мне оговорку, чиханием, потирая кончик носа и извиняясь. — Со своим клиентом. Он сказал, что один комплект должен быть у тебя. Свой он заберёт у меня, потом. Ну вдруг тебе придется приехать в его отсутствие?

— Если четно, я не собиралась так делать.

— Ну, — Ники лукаво улыбнулась. — Я так думаю, что это повод, для него, увидеться с тобой. Мой братец сказал, что ты предпочла бы получить чек от меня, или увидеть деньги на банковском счёте своей фирмы. — Я коротко кивнула. А Ники вздохнула, отпивая из своего бокала с вином. — Элла, послушай, каким бы манипулятором не был мой брат, я не хочу терять нашу дружбу. Сдаётся мне, что командировка моего мужа в Сан-Диего перерастает в место постоянной работы… Ты — единственный родной и близкий для меня человек в этой части нашей страны. Но дело не столько в этом, а в том, что я привязалась к тебе. И полюбила. Ты мне как ещё она сестра.

— Ты для меня тоже. — Я смахнула слезинку. Чёртовы гормоны! — И сестра, и подруга.

— Несмотря ни на что? — Ники недоверчиво приподняла бровь.

— Несмотря ни на что. — Я утвердительно кивнула. — И хоть мы и собираемся всей семьей на День Благодарения у моих родителей, я уверена, ты и Адам будете там желанными гостями. Я приглашаю.

— Правда?

— Истинная! Я пришлю тебе адрес.

— Замётано, подруга! — Ники широко улыбнулась. — Это шоу я не пропущу! Ой, прости. Я, вовсе, не имела в виду…

— Я всё равно не поняла, о чём ты. — Я собиралась расплатиться по счёту, но Ники только фыркнула, пробормотав что-то о том, что платит её брат. — Итак, если ты не собираешься провести этот день со своим братом и его женой, то…

— Я именно что собираюсь провести этот день с братом и его женой, но, мне ничего не помешает увидеться с тобой. — Мы обе встали со своих мест. — До встречи, сестрёнка.

— До встречи.

Я обняла Ники, оставляя на её щеке легкий поцелуй, и поспешила к такси, которое мне вызвал метрдотель. Мне предстояло собрать свои вещи в гостиничном номере. Но, вместо этого, я направилась в дом в Old Town.

— Эй! Я думал, ты не должна быть здесь! — Брендон переступил порог внутреннего дворика. Укоризненно глядя на меня. — Я должен был забрать тебя из отеля, разве не так?

— Да, но… — Я вздохнула. — Не могу расстаться с этим домом.

— Ты прикипаешь так к каждому своему проекту? — Мой ассистент, нахмурив брови, покачал головой. — Тогда, неудивительно…

— Нет, — я перебила его. — Далеко не к каждому. Если быть более точной, то этот первый. Сама не могу понять почему? Я влюбилась в этот дом. Понимаешь, как будто делала тут всё для себя.

— Ну, может потому, что над тобой не стояла жена заказчика, гнусавя о том, что она видела у соседки напротив и почему ей это не понравилось? — Бренд уселся в плетеное кресло, вытягивая ноги и соединяя пальцы рук на груди. — Как тебе такой вариант?

Я пожала плечами:

— Может и поэтому. А, может потому, что мне просто нравится этот дом. Знаешь, я не говорила тебе, но… Я оставалась тут на ночь.

— Одна?

— Одна. И мне не было страшно. Или неловко. Или неуютно. Мне было… комфортно. Я сама не заметила, как уснула на диване в гостиной. Представляешь? Сидела и смотрела в окно, и уснула…

— Может, тебе стоит перекупить этот дом?

— Для меня это дорого. Но, мне, правда, жаль расставаться с ним.

— Если этот властный манипулятор продлит с тобой контракт?..

Странно, я усмехнулась про себя, уже второй человек называет хозяина дома властным манипулятором.

— Я бы продолжила. — Я была полностью уверена в своих словах. — Но я не буду мотаться в Сан-Диего в моём положении. А мистер Манипулятор вряд ли захочет ждать.

— Когда он увидит всё это, спальню особенно, — Брендон выразительно изогнул бровь. — Он согласится. Ради того замаскированного зеркала… Это ты здорово придумала, сделать жалюзи, которыми можно управлять с пульта. Его жена будет… в восторге. А от кровати… Ну да ладно, — Бренд встал с кресла. — Собирайся и едем.

— Домой?

Не знаю, чего именно в моём голосе было больше: радости или сожаления?

— Нет, — Брендoн положил руку мне на плечо и подтолкнул к двери. — Сначала кутить. Мы должны отпраздновать завершение твоего проекта. Тем более, что сегодня вечер пятницы. И, тем более что мы в Сан-Диего. И, я надеюсь, диван в твоем номере достаточно удобный?

— Диван удобный. Но, — я не смогла сдержать усмешку, убирая телефон в сумочку и попутно выключая везде свет. — Тусить с женщиной, срок беременности которой почти три месяца? Бренд!..

— Хорошо. — Он примирительно поднял руки. — Ты будешь сидеть с бокалом воды, а тусить буду я. Но, босс, ты угощаешь!

— Идёт. — Я усаживалась на пассажирское сиденье. — Как тебе ресторан отеля, где я остановилась? Там отличный бар, и по пятницам они устраивают молодежные вечеринки.

— Бар отеля? — Бренд недовольно фыркнул.

— Ты не пожалеешь. — Я кивала понимая, что выбора у моего помощника не остаётся. — И потом, это удобно и мне, и тебе. Я могу уйти в любой момент и забраться в мягкую кроватку зная, что не оставлю тебя пьяным неизвестно где. И ты, как только решишь, что вечеринка подошла к концу, сможешь подняться в номер самостоятельно.

Брендoн вставил ключ в замок зажигания, но повернул голову ко мне, поджимая губы:

— Знаешь, ты изменилась. Точнее, твоя беременность изменила тебя.

— Да? И, чем?

— Ты стала рассуждать, как мамочка.

Я рассмеялась и несильно стукнула своего ассистента по плечу:

— Сочту это за комплемент. Поехали!

— Обещаю, это в последний раз.

Поездка до дома, которая должна была занять не больше часа, длилась уже больше двух. И всё по моей вине. Меня укачивало в машине каждые несколько миль, и Брендoну приходилось довольно-таки часто искать место для непредвиденной парковки.

Мы оставили в стороне Сан-Клеменсе и до Фоллбрука было всего несколько миль, что могло вылиться в десять минут езды, но… Но Бренд, сокрушенно качая головой, притормозил на обочине, совсем рядом с неплохим грунтовым съездом, который вёл к огороженному кованым высоким забором величественному особняку. Он поспешно вышел из машины, обошел её и помог выбраться мне.

— Это ненормально. — Парень протянул мне бутылочку воды, откручивая крышку. — Что говорит твой врач?

— Что это пройдет с окончанием первого триместра. Брендан, всё не так плохо. Скажи спасибо, что я только выпила чаю и не стала есть тот омлет.

— Ой, это меня волнует меньше всего. Ну, подумаешь, испачкаешь салон? На это есть химчистка… — Мой помощник прижал меня к себе и погладил по спине. — Босс, не хочу давить на тебя, но, когда ты собираешься всё сказать родным? Удивлён, что они ещё не просекли, в чём дело.

— На День Благодарения. — Я отстранилась от парня. — Не хочешь поддержать меня, подчиненный?

— Я бы с радостью, но обещал провести этот день со своей семьёй. А потом заехать к Сьюзи.

— Сьюзи?

— Это та девушка из ресторана, где ты проводила интервью с претендентами на должность твоего ассистента. Помнишь?

— Помню. — Я кивнула. — Она милая.

— Согласен. — Бренд кивнул. А потом, подбородком, указал на особняк. — Знаешь, что это за место?

— Чья-то частная резиденция?

— Не совсем, хотя, не исключаю, что владелец живет именно там. Это частный тематический клуб «Логово». — Он удручённо вздохнул. — Хотел бы я попасть туда, хоть разочек…

— «Логово»? — Я нахмурила лоб. — Я знаю бар с таким названием, недалеко отсюда…

— Да. Владелец бара и клуба один и тот же человек…

Я поперхнулась водой. Вот так совпадение. Но?..

— Что значит тематический клуб? Они, что? Устраивают реконструкции исторических событий? Играют в игры?..

Представить себе Дрейка Таккера в роли бравого военного времен Гражданской войны? Ну, если только, в роли Ретта Батлера…

— В игры они играют, — Брендан насмешливо, как на дурочку, смотрел на меня. — Но, не думаю, что именно в такие. Хотя, кто знает? Босс, тематический — секс-клуб с определенной тематикой. Ну, если ты понимаешь, о чём речь.

О, Господи! Да, конечно, теперь-то я понимала… Дрейк Таккер и его тематика… Те мои уроки, они могли натолкнуть меня на определённые мысли, но, видимо сейчас мой мозг работал только на одно — на заботу о маленьком ангелочке.

Но, чёрт возьми! И Брендон туда же! В этом мире окружающих меня людей был хоть один, кто предпочитал нормальный секс?

Я собралась поразмыслить над этим, честно, но тут, как назло, тяжелые металлические ворота, со скрежетом стали разъезжаться в стороны. Этот противный и тяжелый звук прекрасно был слышен нам, даже несмотря на то, что от нас до этих самых ворот было несколько ярдов.

Два чёрных больших внедорожника, друг за другом, направились в нашу сторону. Первый, поравнявшись с нами, притормозил. Я, из-за плеча Брендона, наблюдала, как опускается стекло со стороны водителя.

— Майк, я сам разберусь. Тем более, это не в первый раз…

Я задрожала и постаралась незаметно скрыться в тени своего помощника. Этот голос, строгий, глубокий, точнее, его обладатель, заставил меня замереть на месте и, если это возможно, превратиться в какое-нибудь мелкое насекомое. Таккер…

— Господа, — Дрейк смотрел на Бренда, — Вам известно, что это частная территория?

— Да, сэр…

Ну, вот, даже Брендон спасовал перед ним.

— Хочу заметить, что если вы журналисты и что-то вынюхиваете, как и ваши предыдущие коллеги, то, вы могли бы позвонить и попросить меня о встрече. Согласитесь, так было бы… Намного правильнее. Как знать, может, я бы согласился провести для вас наглядную экскурсию. Но действовать вот так?..

Из обеих машин доносились дружеские смешки и подколы. Одни мужские голоса…

— Нет. — Брендон прокашлялся и сделал шаг вперед. — Вы не так нас поняли. Мы не журналисты, хотя, я знаю, что это за дом. Но, смею вас уверить, что будь у меня возможность, я бы нашел другое место для остановки. Но… Моему боссу стало плохо…

— Твоему боссу? — Таккер смеялся над Брендом и надо мной. Он открыл дверцу машины и встал перед парнем. — Что за босс у тебя такой?

— Такая…

— Такая? — ну, вот… Да я по голосу слышала, насколько Таккер заинтригован.

— Такая. Это дама…

— Бренд, — я коснулась руки парня, — не надо ничего объяснять. Давай просто уедем…

— Прости, но не тогда, когда нас пытаются обвинить в незаконном проникновении на частную территорию. — Он снова вернулся к Дрейку. — Моего босса укачало и…

Но Таккер уже стоял около меня, отодвинув Брендoна в сторону:

— Даниэлла?

Я нерешительно кивнула и улыбнулась, шмыгая носом и стараясь сдержать неизвестно откуда появившиеся слёзы:

— Это я. Прости, что мы…

— Ох, девочка! — Дрейк положил руки мне на плечи. — Как же я рад тебя видеть. Сколько времени прошло?

— Несколько лет…

— Ничуть не изменилась. Нет, не правда. — Он присел так, что наши глаза были сейчас на оном уровне. — Стала ещё притягательнее, красивее…

— А ты…

Я стояла и смотрела на этого привлекательного мужчину. По-прежнему, властный. По-прежнему, влекущий. Вот только седины на висках стало чуть больше…

— Я знаю, какой я. А ты? Завела себе ассистента?

— Нет, — я улыбнулась. — То есть да, Брендон мой ассистент, в самом прямом смысле этого слова. Он помогает мне по работе…

— Видимо, сильно ты устаешь… — Дрейк сокрушенно покачал головой. — Тебя укачивает… С тобой всё в порядке?

— Да. Нет… — И тут я не выдержала, опустила голову и, прикусывая губу от подступивших рыданий, сбивчиво смогла произнести. — Простите, сэр, из меня вышла плохая ученица. Я снова выбрала не того парня…

Таккер прижал меня к своей груди, гладя по волосам и успокаивая. Обернулся к стоявшим позади нас его друзьям:

— Господа, наш обед придется отложить. Если только кто-нибудь из вас умеет готовить.

— Я умею…

Я не видела обладателя тяжелого баса, но поняла, что меня никуда не отпустят.

— Отлично, Майк. Тогда, возвращаемся в клуб. Точнее, в мои частные апартаменты. Элла, сядешь со мной. А Майк покажет дорогу твоему ассистенту.

И пока этот самый Майк, с кривоватой усмешкой поставив руки на бёдра, направлялся к нам, Бренд набросился на меня:

— Почему ты не сказала мне, что знаешь Дрейка Таккера?

— Потому что ты не спрашивал. — Я кивнула Таккеру, давая понять, что буду у него в машине. — Но, ты хотел побывать в этом клубе хоть разочек? — Я лукаво подмигнула Бренду. — Считай, твоя мечта сбылась.

На заднем дворе большого особняка Таккера было шумно и весело. Ну, для тех мужчин, что собрались около жаровни, на которой тот самый здоровяк Майк готовил мясо. А я и Дрейк сидели в стороне, в затененной части веранды друг напротив друга, и говорили. Точнее, рассказывала я. Всё. То, что не могла сказать Хантеру, ну, о своём возможном бесплодии. О такой желанной беременности. О которой до сих пор не сказала даже сестре, не то, что родителям. О своей любви такой всепоглощающей, но уже не нужной.

Дрейк сидел, широко расставив ноги и положив локти на колени, и не сводил с меня глаз, заставляя говорить.

— Почему я могу всё рассказать тебе? Не сестре? Не родителям? Почему я ничего не могла сказать Хантеру?

— Ты скажешь родным, потом. А вот Хантеру… Думаю, ты знаешь ответ. Он именно тот самый мужчина, девочка.

— Знаю, тот самый, — я кивнула. — И я боялась признаться в этом себе. Я боялась. Боялась своих чувств к нему. Боялась того, что все твои уроки рухнут, как карточный домик только потому, что я доверяла ему целиком и полностью. Что мне хотелось этого с ним. Только я не могла признаться в этом себе тогда. Могу сейчас, — я вздохнула. — Когда уже ничто ничего не изменит…

— Всё возможно изменить.

— Только не в моём случае.

— Почему? — Таккер, как всегда, был терпелив.

— Потому что я нагородила кучу лжи. Я следовала своим правилам, а должна была сказать ему правду. — Дрейк кивнул. — Но я бы не сделала этого. Не в самом начале наших отношений.

— Сделай сейчас.

— Не могу. Я пыталась, честно… Но… Он женится, понимаешь, он женится. — Я впервые произнесла это вслух. Нет, боль не отпустила меня, мне не стало легче. Наверное, я просто приняла это как данность. — Он… Он… Всё, что было между нами ничего не стоило, понимаешь? Я стала очередной…

— Это неправда, девочка, и ты знаешь это.

— Он женится…

Я упрямо твердила это, вытирая слёзы и раскачиваясь в кресле.

— Ты знаешь её?

Я фыркнула:

— Откуда? Но, наверняка это какая-нибудь молоденькая смазливая сабочка, которая готова для него на всё. Которая с радостью подчиняется ему. Не перечит, не спорит, не дерзит… Может, это наши уроки виноваты в том, что я не смогла стать такой?

— Послушай меня, девочка, — Таккер взял в ладони мои руки. — Даже если он предпочел тебя ей, то… ты улетела, не оставив ему даже записки. Ты могла, если бы захотела, найти его адрес и номер телефона. Но ты этого не сделала. Или сделала, но стало поздно. Так почему ты думаешь, что он женится, потому что? Потому что влюблен в эту милую послушную девушку? Ты не думала, что он это делает вопреки? Чтобы забыть тебя, хотя, вряд ли у него это получается… Элла, послушай меня. Когда мы… Когда я заставил тебя пройти через… Я уже тогда знал, что ты никогда не подчинишься до конца. Да, ты примешь, но не подчинишься.

— Но я хотела! — Я упрямо замотала головой. — Я хочу и сейчас!

— Ой, ли? — Кривоватая усмешка приподняла уголки губ Таккера. — Ты была готова принять то, что твой Хантер мог дать тебе в постели. Но в жизни? И дело не в твоих страхах потерять себя как личность. Нет. Посмотри, чего ты достигла? Твоё имя известно в профессиональных кругах, раз этот парень нанял тебя для обстановки своего дома в Сан-Диего, будучи знаком с тобой только заочно. Там, в спальне, ты не теряешь себя. Ты обретаешь. Новые чувства, новый опыт, новую жизнь… Уступить там не страшно. Потому что, ты уступаешь не одна. Он тоже, уступает тебе. Это как чащи весов: нельзя допустить, чтобы одна перевесила другую. Во всём нужно равновесие, и тогда наступит гармония. Хантер увидел в тебя это. Он мог бы подчинить тебя себе. Но он этого не сделал. Он не сломал тебя. Потому что ты нужна ему такая, какая есть. Он любит тебя, девочка.

— Уже поздно…

— Не думаю. Я сам найду этого парня.

— Уже поздно, Дрейк. — Я вздохнула. — Слишком поздно… И мне пора.

— Да. — Таккер сжал пальцы моих рук. — А что касается твоей семьи… Я думаю, что ты ещё не сказала им потому, что боишься. Боишься подвести своего отца… Он любит тебя, в какой-то степени больше, чем Джину. И, подсознательно ты боишься огорчить его. Тем, что оставила своего малыша без мужского внимания.

Я знала, что Дрейк специально подбирал слова, стараясь смягчить ту правду, которую они несли.

— Ты тоже чертов психолог? — Я усмехнулась.

— Нет. — Таккер покачал головой.

— Мой ангелочек не будет лишен мужского внимания.

— Нет, не будет.

Таккер перебивал меня. Намеренно.

— У него будет… — и дедушка, и дядя, хотелось сказать мне.

— У него буду я. Девочка, послушай… Я, как никто другой, знаю тебя. Выходи за меня. Сначала, ради малыша. Мы попробуем наладить нашу жизнь. Я никогда ни к чему не подтолкну тебя, не сломаю, не заставлю. Я буду ждать, столько, сколько ты скажешь.

О. Мой. Бог.

Я хватала ртом воздух, ни в силах произнести ни слова.

— Но, но…

— Знаю, это не романтично. То, как я сделал тебе предложение.

— Но…

— Знаю, ты не любишь меня. Солгу, если скажу, что я тайно пылал к тебе страстной любовью все эти годы. Назовем это, браком по расчету.

— Но, но… Твой Клуб?

— Ты не переступишь через его порог. Никогда. Я не притронусь больше ни к кому. Можешь верить мне.

— Но, но… Этот дом?

— Мы найдем другой. Я понимаю, что нельзя ребенку расти в таком месте. Я никогда не был женат. Но я готов пройти это с тобой. И я буду любить этого малыша, как своего собственного. Он и будет моим, сыном или дочкой. Единственным. Потому, что своих детей иметь я не могу. Я прошу тебя подумать об этом. А сейчас, пойдём, я сам отвезу тебя домой.

Всемилостивый Иисус! Дева Мария и все, кто там есть…

Вы, там, решили вот так подшутить надо мной?

Мало мне потрясений дня вчерашнего, так вы прибавили к нему день сегодняшний?

Я всё так же сидела в кресле, с открытым ртом, и не могла произнести ни звука.

Выйти замуж за… за Таккера?

Это никогда не входило в мои планы. Если честно, в мои планы не входило выйти замуж вообще. Но… Но, чёрт возьми! Сама эта мысль… Дрейк знает меня. И я могу ему доверять. И…

— Элла?

Он окликнула меня. Стоял передо мной, протягивая руку и широко улыбаясь.

— Нет, мне… Нет, не в том плане, что нет, а в том, что… — Я зажмурилась и замотала головой. — Мне надо побыть вдали от тебя и всё обдумать. Где Брендoн? Он…

— Он, я так думаю, обговаривает своё членство в клубе и стажировку с Майком.

Таккер кивнул в сторону мужчин. А я вытаращила глаза:

— Нет! Бренд, он не… Не гей!

— Я это знаю. И они это знают. Но он сам пока не может понять, что ему нравится больше: доминировать или подчиняться. Оставь парня. Идём.

Я шла за Таккером, озираясь по сторонам и не веря в реальность происходящего. В голове белый шум, в глазах яркие световые пятна, и, если бы не ладонь Дрейка, сжимающая моё запястье, я бы грохнулась в обморок.

Ну, пипец… Я выхожу замуж.

Стивен

Я закинул небольшую дорожную сумку на сиденье такси, и сам уселся рядом. Водитель повернулся ко мне, кивая и ожидая, что я назову адрес. И я назвал.

— Фоллбрук, пожалуйста.

— Фоллбрук? Но, это далеко, сэр. И дорого. Возможно, вам стоит взять машину в прокат?

— Стоимость поездки значения не имеет. — Я поставил локоть на колено и потер заросший щетиной подбородок. — Обратно я вернусь с женой, на её машине.

Я был уверен в каждом слове, которое произносил. Ну, ладно, женой-то она станет здесь, в Сан-Диего. Но, разве это меняло суть дела? Я отстукивал пяткой хаотичный ритм по полу машины, предвкушая тот момент, когда мой котёнок поймёт, что дверца мышеловки для неё захлопнулась. Я усмехнулся. Мышеловка для котенка. Звучало как название дешёвого женского романа. Но, так или иначе, Элла будет моей.

Было большим искушением, проезжая по улицам шумного города, попросить водителя сделать остановку в районе Old Town и зайти в тот дом. В мой дом. Точнее, в наш с Эллой. Но останавливало только одно: у меня не было ключей. А звонить своей сестре и видеть её насмешливый взгляд, обращенный на меня, и слушать подколы? Нет, увольте!

Всю долгую дорогу водитель, как мог, развлекал меня. Рассказывал о маленьком городке, в котором он родился, о своей семье. И я, как мог, поддерживал беседу. Но все мои мысли были направлены в городок Фоллбрук, на небольшую тихую улочку, где, как я полагал, всё соседи знали друг друга.

Я так часто открывал Гугл карты, переходил на панораму и прокладывал путь от поворота до дома Эллы, что казалось, я мог пройти его с закрытыми глазами. Что уж говорить о том, как много раз я представлял себе нашу встречу.

Как я подхожу к крыльцу, поднимаюсь по ступенькам, и, затаив дыхание, стучу в дверь. Как спустя несколько секунд слышу любимый голос. «Иду», или что-то вроде того. Как эта самая дверь распахивается и на пороге появляется моя Искорка. Какими огромными становятся её глаза: как она прикладывает ладошку ко рту, боясь закричать от радости, конечно же, во весь голос. Как кидается мне на грудь, а я подхватываю её и целую. Точнее, зацеловываю, всю.

Конечно, варианты были разными. Она не верила своим глазам, закрывала дверь, а потом снова широко распахивала её… Накидывалась на меня с кулачками и обвиняла в чём-то… Прогоняла… Но финал всегда был один: мы оказывались в постели.

Но вот к тому, что я увидел сейчас, когда попросил водителя остановить такси за несколько домов до нужного мне адреса, я готов не был.

Моя Элла возилась на лужайке перед домом с маленьким мальчиком. Ребёнок ещё плоховато стоял на ножках, и его шаги были неуклюжими. Но Элла смеялась и подбадривала малыша. А потом поднялась, схватила мальчишку на руки и, высоко подняв над головой, сюсюкала с ним:

— Кто мамин любимый мальчик? Кого мамочка любит больше всего на свете? Моё солнышко! Мой золотой лучик! Мой сладкий Бен!

Что, за хрень тут творилась? Я был не просто потрясен увиденным. Я был ошарашен, сбит с толку. И, бросив сумку на дороге, летел к этой обманщице, широко раскрывая калитку.

Элла повернула голову на шум, который я устроил, округлила глаза и поспешно отступая к дому, прижала сына к своей груди. Но я хотел узнать всю правду. Подлетел, схватил её за плечи и тряханул так, что она только пискнула.

— Ты! Ты подлая обманщица! Лгунья! Ты водила меня за нос, да? Ничего не рассказала о себе: ни полного имени, ни фамилии, ни где ты живёшь. О, и теперь я понимаю, почему! Думала, я ничего не узнаю?

— Про… Простите, но я… Я не понимаю… — В зелёных глазах стоял страх. За себя, за мальчишку, которого она держала на руках. — Вы уверены, что мы знакомы?

Американские киноакадемики должны были срочно прибыть сюда в полном составе. Сейчас, на этой лужайке, решалась судьба Оскара за лучшую женскую роль первого плана. И она, без сомнения, должна была достаться этой лживой сучке.

Я ослабил хватку, но не выпускал Эллу из рук. Посмотрел мельком на малыша, тот не плакал и не выглядел напуганным. Скорее, он был заинтересован. Но Элла!.. Я видел перед собой её, но мне казалось, что удерживал на месте совсем другую женщину. И внешне, и внутренне. Чёрт! Я ругал себя, как самого последнего идиота на этой планете. Я знал тело Эллы. Очень хорошо знал. И не видел ни малейших признаков того, что она родила, возможно, чуть больше года назад. Такое ведь не скроешь, да?

— Почему ты не сказала мне, что у тебя есть ребёнок?

— А?.. А должна была это сделать?

— Считаешь, что нет? Прилетела отдохнуть, развеяться… Какая же ты мать, если ни разу не упомянула о сыне? Более того, ты при мне ни разу не звонила и не поинтересовалась, как он тут, без тебя? А сейчас разыгрываешь из себя…

— Эй, мужик! — Я обернулся и увидел, как к нам медленно, с пистолетом в вытянутых руках, приближался коп. — Какого хера тебе надо от моей жены? Я считаю до трех, ты отпускаешь её и медленно отходишь, понял?

Какого хера мне надо от кого?.. От жены⁈ Ну, приплыли…

— Так?.. Так ты ещё и замужем? Ну, охренеть, как круто!

Я отпустил Эллу, сплюнул, отошел на шаг назад и поставил руки на бёдра.

— Отойди ещё на пару шагов, — коп приближался к нам, всё ещё наведя пушку на меня. — Ляг на землю и руки за голову!

— Прости, — я повернулся к нему, подняв руки над головой, — Я не… Мужик, выходит она водила за нос нас обоих! Хочешь арестовать меня, я не буду против, пожалуйста.

Я вытянул руки, готовый к тому, что на меня нацепят браслеты, даже опустился на колени, как будто меня собирались взять в плен.

— Я просто нацеплю на тебя наручники, пока не выясню, в чём дело, хорошо? — Я кивнул и позволил копу выполнять свою работу, да и был ли у меня выбор. — Дорогая, иди в дом.

— Но, Пол?

— В дом, я сказал!

— И с места не сдвинусь!

— Тогда, ты знаешь, что тебя ждёт!

Я усмехнулся, тряхнув головой. Если во внешности этой воинственной амазонки была некая несхожесть с Эллой, то уж характер, точно её!

Пол убрал пистолет за пояс брюк и помог мне подняться. Он был моложе меня, немногим ниже меня и уже не так сильно развит физически, хотя, уверен, приемами рукопашного боя владел в совершенстве.

— Прости, старик, но, похоже, твоя женушка наставила тебе рога. Если бы я знал, я бы не никогда не связался с замужней леди.

Я выплюнул последнее слово, с отвращением глядя на Эллу.

— Пол, но я не знаю его, клянусь! Да, мне знакомо его лицо, но я…

— Помолчи! — Пол попытался остановить её, и снова повернулся ко мне. — У тебя есть документы?

— Да, во внутреннем кармане куртки…

Коп достал мой бумажник и внимательно изучал его содержимое.

— Где ты познакомился с моей женой?

— С Эллой? На Гава…

— Ох, но я не Элла!

Я следил за тем, как Искорка посадила малыша в качели и вернулась к нам. Не Элла? Ну, да! А кто же она, чёрт возьми? И тут я внимательнее присмотрелся к ней. На первый взгляд да, недалеко от меня стояла моя Элла. Но только на первый. Эта женщина была совсем другой.

— Откуда ты сказал, ты прилетел? — Не-Элла наклонила голову к плечу, рассматривая меня.

— С Гавайев…

— Ох, Пол, — женщина вытаращила зелёные глаза. — Я знаю его. Ты Стивен Хантер?

— О, Господи? Неужели, память вернулась к тебе?

Я вложил в свои слова столько желчи и яда, что, наверное, тут требовалась незамедлительная дезинсекция.

— Всё правильно, тут сказано, что он офицер ВМФ Стивен Хантер. Так откуда ты его знаешь? И ты. — Пол уставился на меня. — Откуда ты знаешь её?

— Её я не знаю. И, прошу прощения. Ты не Элла.

— Это вопрос или утверждение? — зеленоглазая блондинка усмехнулась. — Да, я не Элла.

— Ты Юджина Стронг? — Догадка осенила меня.

— Да, мужик! Или, мне обращаться к тебе по званию? — Пол пристально следил за мной. — Откуда ты знаешь мою жену?

— Я не знаю твою жену. Я знаю…

— Эллу. — Юджина улыбнулась. — Пол, он знает нашу Дали. Мы с ней близняшки.

— Разве? — Я усмехнулся. — Вы не похожи.

— Да ну? И ты, поэтому, меня спутал с ней?

— Вначале и издалека. — Я кивнул. — Но… Но вы разные. Абсолютно. Начиная с цвета волос, у тебя они более светлые. Потом глаза, твои другого оттенка, не такие глубокие. И родинка… И, может, ты снимешь с меня эти штуки?

Я вытянул руки, скованные наручниками, за спиной, показывая, насколько мне неудобно.

— Да, офицер, хорошо.

Пол достал ключи и снимал с меня браслеты.

— Стив, просто Стив.

— Как скажешь. Если сумеешь объяснить мне, как ты познакомился с Эллой и откуда знаешь мою жену.

Я потер запястья, растирая следы от тесных оков:

— Я не знал, что у Эллы есть сестра. Точнее, она говорила, вот только забыла упомянуть, что эта сестра — близнец! Но, это многое объясняет. Внешнее сходство на фото. Неточное, но совпадение отпечатков пальцев. Один адрес регистрации… Вы ловко провернули эту аферу.

— Мы ничего такого не проворачивали, — Юджина хмыкнула. — Мы действовали по плану. Но, ты нашел её…

— Эй, стоп! — Пол поднял руки. — По порядку! Прости, дорогая, — он повернулся к жене, прищуриваясь и понижая голос, — по какому плану? Разве, Элла не летала на Гавайи работать?

— Она и… работала. Пол, я не могу ничего сказать тебе. Это… Это не мой секрет.

— А чей? Я больше, чем уверен, ты замешана в этом! — Он повернулся ко мне. — Что тебе известно?

— Почти всё, — я пожал плечами, сунув руки в карманы джинсов. — Кроме одного: зачем Элла прилетала на Гавайи на самом деле.

— Джина? — Пол перевел взгляд на жену.

— Ты! — Она подошла к нему, стукнув ладонью по груди, и зашипела. — Ты… Ты можешь… что хочешь. Если я тебе позволю. Но я не скажу без Дали и слова.

— О, чёрт! — Пол застонал и потер глаза подушечками пальцев. — Эти две сестры когда-нибудь сведут меня с ума. Но моя жена особенно. Её ничего не пугает. И ничего не учит.

— В этом они схожи, — я усмехнулся. — Подчинение и повиновение не их стихия.

— Это точно! Но, это и… Постой, так ты?..

— С Эллой? — Мы понимали друг друга с полуслова. — Нет, не в полной мере. И не думаю, что буду. А ты? — Я кивнул в сторону Джины, которая смотрела на нас, вытаращив глаза.

— Аналогично. Так что они натворили?

Я ухмыльнулся и, вкратце, рассказал Полу, как Элла выдавала себя за Джину в гостинице, пользуясь её водительским удостоверением. Забавно было наблюдать, как бледнела Джина, поняв, какая взбучка её ждала. И лекция Пола о том, чем могла обернуться для них обеих вот такая игра с документами.

— Так ты прилетел к Элле, чтобы всё выяснить? — Пол тяжело вздохнул.

— Я прилетел за Эллой. У меня по отношению к ней самые серьёзные намерения.

— О, Господи! — Джина прикрыла рот ладонью и недоверчиво замотала головой. — Так ты прилетел за ней? А… А она… Она так раскаивалась…

— Вот и пусть скажет мне об этом сама. Кстати, — я тряхнул рукой, смотря на часы на своём запястье. — А где она?

— Она задерживается. — Джина вздохнула. — Должна была приехать ещё утром, но позвонила и сказала, что, совершенно случайно, встретила старого друга…

И как раз в это время напротив дома остановился большой черный внедорожник. Из него вышел мужчина, обошел вокруг и открыл пассажирскую дверцу:

— Я прошу тебя подумать…

До нас долетали обрывки разговора. Мужчина, в чьих висках проскальзывали серебряные нити, протянул руку и помог спуститься вниз… моей Элле. Она не видела нас, и говорила с этим своим спутником. Видимо, старым другом.

— Дрейк, я подумаю, но… ты вдвое старше меня.

— И что это меняет? Мой опыт…

Я не слышал весь разговор. Не мог предположить, о чём он. Но, это имя. Дрейк. Знакомое имя. Из прошлого Эллы. Дрейк… Дрейк… Бля*ь! Дрейк Таккер! Старый мудак, от воспоминаний о психологических опытах которого Элла впадала в ступор.

Я сжал кулаки и стремительно двинулся к ним.

— Убери от неё свои поганые руки!

И Элла, и этот Дрейк замерли и повернулись ко мне.

— Какого хера, мужик? — Таккер зло смотрел на меня. — Ты кто такой?

Но я не слушал его, шёл к Элле. Видел её огромные зелёные глаза, испуганную улыбку и то, как румянец покидал её щеки. Она была в том же платье, в котором пришла ко мне на свидание, что изменило наши жизни. Этот сарафан с синими цветами, с высоким воротником, судя по всему, мешал ей дышать. Элла схватилась за ворот, провела по нему рукой и судорожно сглотнула. Улыбнулась и протянула ко мне руку:

— Стивен… У… У тебя стрижка не соответствует Уставу…

Это были её последние слова перед тем, как она отключилась и едва не рухнула на землю. Благо, я успел подхватить её.